Дождь начался внезапно. Тяжелые капли забарабанили по крыше домика, будто кто-то рассыпал горох по жести. Марина вздохнула, отложила книгу и подошла к окну. Закат давно погас, небо налилось свинцовой чернотой, и только редкие всполохи молний озаряли пустые улицы дачного поселка.
Свет мигнул раз, другой - и погас.
- Чудесно, - пробормотала она, не удивившись.
Электричество здесь отключали часто. Марина знала, где искать свечи. Буфет в углу крошечной кухни скрипнул, когда она открыла его. Внутри, среди старых банок с вареньем и пыльных чашек, лежали три парафиновые свечки. Достала одну, затем порылась в ящике и нашла бронзовый подсвечник - тяжелый, с узором в виде виноградных лоз, оставшийся еще от бабушки. Поставила его на тумбочку у кровати, положила рядом коробок спичек и устроилась поудобнее, накрыв ноги пледом. Книга - старый детектив с пожелтевшими страницами - снова оказалась в руках.
Дождь стучал по крыше, ветер гудел в щелях на чердаке, и где-то в этом хаосе звуков раздался резкий металлический звук: хлоп-хлоп-хлоп.
Марина нахмурилась. Это была калитка.
Она подошла к окну, прижала лоб к холодному стеклу. Во тьме ничего не было видно - только черные силуэты деревьев, качающихся под напором ветра.
- Наверное, просто не закрыта, — пробормотала она, хоть и почувствовала себя вдруг неуютно и уязвимо.
Натянув куртку, Марина взяла подсвечник и вышла на крыльцо. Пламя свечи колебалось от ветра, отбрасывая дрожащие тени на стены, но не гасло. Воздух пах сыростью и прелыми листьями. Темнота за пределами круга света была абсолютной. Дачный поселок словно вымер - ни огонька в окнах, ни голосов. Только стук дождя и шорохи: то ли ветер в кустах, то ли...
Она резко обернулась.
Никого.
- Вот дурёха! Сама себя напугала, - прошептала Марина.
Свечу пришлось оставить на крыльце. Девушка подошла к калитке, толкнула ее - та захлопнулась с глухим стуком. Замок щелкнул.
Она уже собиралась вернуться, как услышала шорох. Прямо за забором.
Сердце бешено заколотилось.
- Кто здесь? - голос дрогнул.
Нет ответа, только ветер.
Марина резко развернулась, почти побежала обратно в дом, схватила подсвечник, открыла дверь, впустив холодный воздух, огонёк затрепетал от сквозняка, дверь захлопнулась...
Быстро вернувшись в кровать, она снова поставила свечу на тумбочку рядом с коробком и забралась под плед. Книга лежала раскрытой, но Марина уже не читала. Она прислушивалась.
И вдруг: вип-вип-вип! Резкий, яростный звук. Кто-то дергал ручку двери.
Марина вскочила, огонёк качнулся, тени заплясали по стенам.
- Кто там?! - крикнула она.
Голос прозвучал слишком тонко, почти по-детски.
Тишина.
Подошла к окну - ни души.
- Ветер, - прошептала она, но сама себе не поверила.
Только отошла: вип-вип! — снова.
Подбежала к двери, прижала ладонь к дереву.
- Кто там?! Отвечайте!
Молчание.
Девушка глубоко вдохнула, схватила ручку... и дверь поддалась - была не заперта.
- Боже... - Марина резко захлопнула ее, повернула ключ — один оборот, второй. Сердце стучало так, что, казалось, его слышно на улице.
Она прислонилась к двери, дрожа.
Какое-то тревожное чувство в груди настойчиво говорило ей: кто-то был здесь.
Марина не впервые оставалась в этом домике одна. Каждый раз, когда на работе случался аврал, после бессонных ночей и бесконечных отчетов она не могла успокоить ум и приезжала сюда. В этом месте дышалось легче, а мысли всегда приходили в порядок. Никогда даже в самые тёмные ночи она не боялась оставаться в этом доме одна. Но сегодня…
Свеча стояла на тумбочке, создавая дрожащий круг света. Марина села на кровать, обхватив колени, и прислушалась: дождь почти перестал, птицы и мыши – молчали.
- Уффф, - раздалось совсем рядом, и свет померк.
Пламя погасло. Не просто потухло - его задули. Она слышала этот звук - чей-то выдох прямо над ухом.
Тьма навалилась мгновенно.
- Нет-нет-нет... - Марина заерзала на кровати, руки нащупали край тумбочки. Спички! Где спички?!
Она точно помнила, как оставила их на тумбочке... Пошарила по поверхности - их не было.
- Здесь же лежали.
Девушка всхлипнула, сползла на пол, ладони заскользили по деревянным доскам. И тут пальцы наткнулись на коробок. Дрожащими руками чиркнула спичкой — свет вспыхнул, ослепляя.
Свеча снова загорелась. Марина замерла, прислушиваясь. Тишина. Девушка медленно поднялась, забралась на кровать.
Вдруг опять: фууух – и темнота.
На этот раз свет зажигать не стала. Просто нырнула под плед, натянула его на голову и сжалась в комок.
В доме кто-то был. Невидимый, незваный бестелесный гость.
От осознания постороннего присутствия в доме стало так страшно, что дрожь прокатилась по телу, словно в комнате резко похолодало. «Как дожить до утра? В доме страшно. На улице – ещё страшнее, - она всерьёз размышляла о том, чтобы выскочить и побежать вдоль дороги до первого двора с припаркованным авто. - Но что скажу хозяевам? Кто-то задул свечу?»
Внезапно с улицы донеслись знакомые звуки - скрип пружины на калитке. Затем тяжелые шаги и голоса.
- Давай сюда, - хриплый шепот.
- Тихо ты!
- Да кого тут бояться? Одни старухи!
Марина замерла.
«Вип-вип-вип!» - заходила ходуном ручка.
Сердце в груди рвануло от ужаса, но память вмиг подсказала - дверь закрыта на два оборота.
- Давай окно разобьем, - не таясь предложил хриплый голос.
- Не, стой, - второй голос звучал моложе. - Слышь, а если там кто есть?
- И чё?
- Стекло, шум… Нас услышат! Давай другие дома проверим.
Вдруг калитка хлопнула.
- Кто там? - крикнул хриплый.
В ответ тишина.
- Ветер.
- Да не было ветра. Не нравится мне здесь. Пойдём, а?
Шаги удалились.
Марину ещё трясло от страха, когда она подумала: ни за теперь не уснёт…
***
Свет пробивался сквозь занавески бледными, водянистыми полосами. Ночь отступила, но не ушла совсем - она клубилась в углах комнаты, пряталась в складках пледа.
Марину разбудило протяжное завывание сирен. Она поднялась с кровати, подошла к окну.
Дождь уже кончился, но капли еще стекали с крыши. Открыла форточку – ворвался воздух, свежий, прохладный, отдающий запахом мокрой земли.
Поселок просыпался. Мимо окна торопливо вслед за воющей сиреной пробежала соседка – старая бабулька, собиравшая по округе грязные пересуды.
Что-то было не так.
Марина накинула куртку, вышла. Ноги сами понесли туда, где понемногу собиралась толпа.
Девушка быстро нагнала старушку.
- Мариш, ты ничего ночью не слышала? — спросила баба Галя.
Глаза у соседки блестели от возбуждения, с которым сплетники встречают чужую беду.
- Нет… А что?
- Да вон, в старом доме Никитиных, - баба Галя махнула рукой в сторону покосившегося здания с выбитым окном. - Ночью какая-то шпана залезла. Пьяные, наверное. Дрались, кричали… А потом - тишина. Люди слышали, но кто полезет? Вызвали полицию, да те только к утру добрались.
Марина подошла ближе.
Люди шептались, не смея высказать страшное громко вслух, словно боялись потревожить тех, кто навечно уснул внутри.
- Да один другого, говорят, ножом… - Баба Галя понизила голос. - В общем, говорят, пока скорая добралась - оба истекли.
Марина медленно обернулась, посмотрела на свой дом. На дверь, которую она вчера едва не забыла запереть. И вдруг поняла. Тот, кто дул на свечу. Кто ронял спички. Кто дергал ручку, заставляя ее встать, проверить, замкнуть щеколду… Он не пугал ее. Он торопил. Потому что, если бы не заперла дверь… вошли бы те. И тогда утро могло бы не наступить.
***
Марина вернулась в домик. На тумбочке все еще стоял бронзовый подсвечник. Она аккуратно провела пальцем по его узору - виноградные лозы, переплетенные в танце.
- Спасибо, - прошептала она в пустоту.
Может быть ей только послышалось, но где-то в тишине дома кто-то вздохнул в ответ.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ РАССКАЗ ПРО ВЫМЕРШУЮ ДЕРЕВНЮ