Наследие тишины: межпоколенческая передача депрессивного поля
Депрессия может оказаться не не просто личным опытом, тем, что «со мной случилось». Она может стать воздухом, которым дышит целое поколение. Это фон, в котором растёт ребёнок, не замечая, что вокруг всё немного глуше, чем должно быть.
Депрессивное поле может передаваться, как фамилия или старый семейный альбом, в котором вместо фотографий -- пустота, которую очень сложно выразить словами.
Про депрессивное поле я пишу вот в этой статье. Тут повторю, что этот термин описывает феноменологическое пространство, в котором главным переживанием становится невозможность достичь Другого. Это не столько симптом, сколько атмосфера, невидимая ткань между людьми. В этом поле даже попытка контакта может казаться бессмысленной - «Не пытайся, не получится».
Посмотрим, как депрессивное поле передаётся между поколениями. И да, это поле может не просто появиться у одного несчастного взрослого, а благополучно передаться дальше. Исследования показывают, что депрессивное состояние родителя создаёт такое поле вокруг него, которое прерывает аффективную регуляцию в отношениях с ребёнком. Малыш учится, что достижение Другого — это чаще всего провал. И он не просто усваивает это как правило — он впитывает это как телесный и психический опыт.
Здесь есть важный момент, мы говорим не о «наследственной депрессии» в классическом смысле, а о передаче на уровне поля, то есть той самой атмосферы, в которой грусть запрещена, контакт небезопасен, а потребность есть что-то постыдное. Сын депрессивной матери может быть жизнерадостным карьеристом, но в глубине души не иметь доступа к своему страданию. Это и есть выражение депрессивного поля, замаскированного под гиперактивность.
Дети, выросшие в таком фоне, становятся родителями, несущими это же поле в следующих отношениях. Даже если внешне они «не такие, как родители», внутри них всё равно звучит тот же глухой звон: «меня не достичь». И их дети чувствуют то же самое. И это похоже на замкнутый круг.
Добавим к этому культурное измерение: депрессивные поля пронизывают целые общества — послевоенные поколения, культуры пережившие геноцид, репрессии, масштабные потери. Здесь речь уже про социальное бессознательное.
Увы, мы не сможем вылечить поле, накормив его антидепрессантами. Оно требует другого — внимательного присутствия, нового качества контакта, признания боли как истории отношений. Терапевт, вступающий в это поле, рискует также потерять контакт с собой — но именно его присутствие может создать ту самую возможность контакта, которой не было раньше.
Холодова Елена - аккредитованный гештальт-терапевт, супервизор, ведущая психологических и телесно-терапевтических групп, преподаватель, художница
Автор: Холодова Елена
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru