Болото правосудия, (продолжение 2)

Продолжение жалобы Генеральному прокурору.
2-й Вопрос обжалования.
Ответ Прокурора апелляционно-кассационного отдела уголовно-судебного управления, советника юстиции А.И Белова,
Рязанская прокуратура – «горячий» пример беззакония (см. выше).

2.1. В своей жалобе мной был представлен, не безосновательно, список сотрудников прокуратуры Рязанской области, которые запятнали свою честь и к которым у меня нет доверия (Приложение 2, здесь не приложена).

А.И. Белов, отвечавший мне на жалобу - в этом списке (основание - отвод, ч.1 ст.45 Конституции РФ). Ответ А.И. Белова противоречит чести, разуму и закону.

2.2. Цитата ответа А.И. Белова: «в связи с указанным доводам 28.12.2020 прекращена на основании п.4.12…» (файл «12-604-2018 от 29.12.2020 ответ Абанину С.Н.») повторяет многократно повторяющуюся небрежность:

1) Документ - «доводы» от 28.12.2020г. должны быть оформлены подписью именно от 28.12.2020 (см. реальную дату подписи 29).

2) В содержании отказа нарушает Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-1 (ред. от 31.07.2020) "О прокуратуре Российской Федерации", Ст.10.3 «… должны быть разъяснены порядок обжалования принятого решения». А.И. Беловым этот процессуальный акт выполнен?

Вывод:

- прокуратура Рязанской области «крепка» своими традициями, по форме и содержанию - тирания моих прав, прописанных законом (см. выше, § 1.2.);

- подчеркну, прежде чем отравлять факты нарушений делопроизводства в Генеральную прокуратуру, они были изложены в Рязанской областной прокуратуре, но мой акт доброй воли был необоснованно отвергнут «…прекращением на основании п.4.12…». Полагаю, по опыту своей длительной жизни, что такие вопросы глупо пропускать в центр, поэтому мотив преступного безобразия должен быть раскрыт.

Утверждаю – бессовестность в человеке и бессовестная ложь в содержании ответов прокуратуры Рязанской области - закономерность.

Не бывает «лжи маленькой», как и не бывает «лжи большой» Существование лжи в Рязанской областной прокуратуры представлено приложением 2.

2.3. Прокуратура Рязанской области презрела ст. 413, ч.3.1 УПК РФ, отказав в рассмотрении жалобу от 17.12.2020 (см. файл «В Прокуратуру Рязанской области-2 борьба за справедливость_17-12-2020»), хотя требование УПК РФ однозначны: «… вступившим в законную силу приговор суда внесена заведомая ложность показаний …свидетелей обвинения, заключения эксперта, а равно подложность вещественных доказательств и судебных действий…».

Необоснованный отказ А.И. Беляева скрывает незаконную, организованную судом, утрату права предъявить ходатайство на экспертизу автомобиля ООО «Шиловское ХДПМУ» КАМАЗ-65111 во время судебного процесса.

Доказано в жалобе от 17.12.2020 (см. файл «В Прокуратуру Рязанской области-2 борьба за справедливость_17-12-2020»):

1) Сговор и подлог марки автомобиля в показаниях свидетелей обвинения и Файрушина, водителя, обвиняемого мной в преступлении. Прокуратурой Рязанской области этот факт проигнорирован;

2) Сговор и подлог марки автомобиля государственным обвинителем в судебном заседании – преступление должностного лица прокуратуры Шиловского района Рязанской области.

Вывод:

Прокуратура Рязанской области, совместно с прокуратурой Шиловского района намеренно скрывает подлог.

Статья 49.3. Конституции РФ не работает. Мной приведены неоспоримые судами и Прокуратурой доказательства ПРАВОВОГО подлога, а я по-прежнему - с тем же статусом!

Статья 40.4. Присяга прокурора (в ред. Федерального закона от 28.12.2010 N 404-ФЗ) забыта.

3) Низкодушие следственных действий следователем по особо важным делам:
- на существенный вопрос моего права «какая машина закреплена за водителем Файрушиным (КАМАЗ-65111 или КАМАЗ 55111)», которого я обвинял и обвиняю, теперь уже коллективно с правоохранительными органами Рязанской области в преступлении, ответ отсутствует;
- расследование коррупционной составляющей инспектора ДПС Гвоздева, которая мной доказывалась недопустимыми данными Протокола осмотра, проведен формально, без исследования существенных материальных доказательств (в документе расследования не нашел обоснования существенных нарушений инспектором ДПС Протокола осмотра). Пропущены и другие вопросы жалобы, см. файле «Жалоба в прокуратуру_Шилово-2020-9-21»

Прошу:

1. На основании ст. 19, 123-125 УПК, ст. 46 КРФ, провести расследование бездействия начальника Главного уголовно-судебного управления С.А. Бажутова за уклонение от законного ответа на жалобы, за ответы с недопустимыми доказательствами, способствующими сокрытию реального преступления, предусмотренного УК РФ Глава 16. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ.

2. Проверить действия прокуратуры Рязанской области на коррупционную составляющую. Какой мотив покровительства явных правонарушений правоохранительными органами р. п. Шилово?

3. Принять конкретные меры к изменению положения дел в Рязанской областной прокуратуре, так и в Прокуратуре Шиловского района на основании многочисленных, недопустимых для такого органа нарушений законов РФ.

4. Рекомендую рассмотреть включение в программы обучения будущих прокурорских работников законов мироздания, которые должны стать мировоззренческими. (см. файл «Университет_генеральная Прокуратуры Российской Федераци.»)

5. Исключить из обоснований причин ДТП фразу «не справился с управлением» без обоснований причин потери управления (см.прил.2, п.3)

Незаконно осужденный Абанин С.Н.

13 января 2021г.

Карта преступлений
по делу №1-55/2018 Шиловской правоохранительной системы Рязанской области.

Состояние дела на сейчас

На основании части 4 статьи 125 Конституции РФ и пункта 3 части первой ст. 3; ст. 36; ст. 96; ст. 97 ФКЗ о КС РФ обращаюсь в
Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина законом,
примененным ( Дело №1-55/2018, Шиловский районный суд Рязанской области) по ст.264 УК РФ осужден к 2 (два) года лишения свободы сроком с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.
В соответствии со ст.7З УК РФ назначенное Абанину Сергею Николаевичу наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами - приводить в исполнение реально.
На основании ч.5 ст. 73 УК РФ на условно осужденного Абанина Сергея Николаевича возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Апелляционным постановлением от 14 января 2019 г. судебная коллегия по уголовным делам Рязанского областного суда оставила данный приговор суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу стороны защиты – без удовлетворения.

Постановлением судьи Рязанского областного суда от 24 апреля 2019 года отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – Президиума Рязанского областного суда.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20 сентября 2019 года отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – коллеги по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Ходатайство в Генеральную прокуратуру РФ о принесении протеста в порядке надзора на судебные постановления по уголовному делу №1-55/2018 (04.12.19г) Жалоба из Генеральной прокуратуры РФ от 11.12.19г., возвращена для проверки и принятия решения в прокуратуру Рязанской области. Рязанская прокуратура оснований для принятия мер прокурорского реагирования не нашла.
На ходатайство в Генеральную прокуратуру еще два раза 13.04.2020 и 07.09.2020 получено два ответа НИОЧЕМ вот пример от 08.10.2020 № 12-6037-19: « … Новых доводов, требующих дополнительной проверки, в ней не содержится…»
На старые не отвечены, новые не замечены!!!

Приговор, объявленный мне, не соответствует, устанавливаемым требованиям федерального законодательства, а именно: уголовно-процессуальные механизмы должны, как того требует Конституция Российской Федерации и нормы международного права, являющиеся составной частью правовой системы России (статья 15, часть 4, Конституции Российской Федерации), в максимальной степени способствовать предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для прав и охраняемых законом интересов граждан, а также упрощать жертвам преступлений доступ к правосудию с целью восстановления своих прав; конституционно важно при этом, чтобы доступ потерпевшего к правосудию был реальным и обеспечивал ему эффективное восстановление в правах (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июня 2013 года N 14-П).

По факту, меня «правосудие» из потерпевшего определило вначале подозреваемым, затем обвиняемым и вот теперь осужденным, что является основополагающим нарушением моих конституционных прав.

Возможности манипуляции смыслами и имитации исполнения статей УПК РФ, привели меня, потерпевшего, на скамью подсудимых, и в конечном итоге к осуждению. Имею полное моральное право и обязанность гражданина Российской Федерации, честно и добросовестно в третьем поколении моего рода, отслужившего Вооруженным силам России 26 календарей, проживая длинную жизнь, исходя из положений ст. 46, ст.125 Конституции РФ для пресечения преступлений, предотвращения их негативных последствий, вступил в ОТЕЧЕСТВЕННУЮ борьбу за правое дело с органами РФ.

Суть

ДТП произошло из-за водителя Файрушина (сотрудника ООО Шиловское ХДПМУ), который управляя автомобилем Камаз принадлежащий ООО Шиловское ХДПМУ), умышленно «притирал» мой автомобиль, пытался вытеснить на встречную полосу, а затем после завершения мной маневра обгона его автомобиля, догнал и ударил бампером грузовика, марки «КАМАЗ-65111» с регистрационным знаком «Х559ВК62» (ООО Шиловское ХДПМУ) в правую заднюю часть моего автомобиля (мотив, со слов приехавшего на место ДТП сына «хозяина»(ООО Шиловское ХДПМУ), - месть (по ситуации - убийство) иномарке (моей) из-за «обиды на машины-иномарки», которые его вроде как ранее «подрезали»), что повлекло неуправляемое изменение направления движения моего автомобиля- юз в сторону стоявшего на левой, второй полосе другого автомобиля Камаз, принадлежащего также ООО Шиловское ХДПМУ, и столкновение с ним.(см. приговор,л.2) при условиях способствующих ДТП - нарушением мастером того же ООО Шиловское ХДПМУтребований к ограждению места проведения временных дорожных работ (почему водитель грузовика «догнал» мой автомобиль – не мог нарушить требования временного дорожного знака – ограничение скорости – 60 км/ч; в мыслях не было и намека, что такое возможно на федеральной трассе, как оказалось это были - цветочки). Ягодки – правоохранительная система РФ.

Доказательства преступлений.

Данные из КАССАЦИИ в Верховный суд РФ
Отказ, ответ на 4 листаж, один из которых дублб, ФИО потерпевшей написано с ошибкой и это

Судья Смирнов Верховного суда

1. Необоснованность приговора, влекущее его незаконность.

Выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а именно:

- суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда;

- в приговоре употреблены не подтвержденные доказательства на достоверность, а также нет ясности, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие;

- выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осуждённого, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания (ст. ст. 389.15. ч. ч. 1 и 2; 389.16. ч. ч. 2-4 УПК РФ).

Постановление пленума ВС РФ от 5 марта 2004 г. N 1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ

1. Обратить внимание судов на их обязанность при рассмотрении уголовных дел и вынесении решений соблюдать установленные главой 2 УПК РФ принципы уголовного судопроизводства, имеющего своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

2. Решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в пункте 3 части 2 статьи 75 РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение. В силу части 7 статьи 235 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым.

Приговор Шиловского районного суда приведенным выше требованиям не соответствует.

В основу преступления суд дословно переписал Постановление о привлечении меня, Абанина С.Н. в качестве обвиняемого, мотивируя, что в расследовании положены показания, обвиняемого, потерпевшей, свидетелей обвинения и других материалов дела, без каких либо критических суждений, хотя во время заседаний суда сторона защиты и потерпевшая предоставили доказательства и ходатайства, как в виде письменных документов, так и в виде устных показаний, которым не было дано правовой оценки предусмотренной п.1. ст.88 УПК РФ.

В Приговоре суда лишь частично и формально приведены факты стороны защиты и пострадавшей, из всей совокупности, вынесенных на исследования судебного заседания. Причем, то что исследовано судом не получило всесторонней оценки, с учетом требований изложенных выше.

Согласно описательной части обвинительного приговора суда, совершено следующее преступление: «Подсудимый Абанин С.Н., управляя автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах:
18 января 2017 года примерно в 10 часов 45 минут водитель Абанин С.Н., управляя технически исправным автомобилем марки «ТОУОТА ТОWN» с регистрационным знаком «Р 602 КХ 62», принадлежащим Абанину В.С., в светлое время суток, с включенными фарами ближнего света, двигался по проезжей части 282 километра автодороги М-5 «Урал» сообщением «Москва-Челябинск» в направлении г. Москвы, при этом перевозил в салоне своего автомобиля в качестве пассажиров на заднем пассажирском сиденье ХХХХХину В.Н. и ХХХХХину О.М.

…В это же время по правой полосе проезжей части, предназначенной для движения в направлении г. Москвы, на 282 километре автодороги М-5 «Урал» сообщением «Москва-Челябинск» в направлении г. Москвы, с соблюдением Правил дорожного движения РФ, в попутном направлении двигался автомобиль марки «КАМАЗ-55111» с регистрационным знаком «С 978 СН 62», под управлением водителя Крехова А.А.

Абанин С.Н., проявляя преступное легкомыслие, был не внимателен к дорожной обстановке, предвидев возможность наступления общественно- опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий, проигнорировав требования п. 1.3, п. 1.5 ПДД РФ, в соответствии с которыми он обязан был знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, а также должен был двигаться таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в нарушении требований п. 10.1 ПДД РФ, управляя вышеуказанным автомобилем марки «ТОУОТА ТОWN» с регистрационным знаком «Р 602 КХ 62», двигаясь в светлое время суток по левой полосе проезжей части дороги, предназначенной для движения в направлении г. Москвы, избрав для движения скорость примерно 60-70 км/ч, без учета дорожных условий, которая не позволяла ему обеспечивать безопасность движения его автомобиля, примерно в 10 часов 45 минут 18 января 2017 года на 282 километре автодороги М-5 «Урал» сообщением «Москва- Челябинск», расположенном на территории Шиловского района Рязанской области, проигнорировав установленные на данном участке дороги временные дорожные знаки: 1.25 «Дорожные работы» Приложения 1 к ПДД РФ, 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложения 1 к ПДД РФ, 1.20.3 «Сужение дороги слева» Приложения 1 к ПДД РФ, предупреждающие и информирующие водителя о приближении к опасному участку дороги на левой полосе по ходу движения, и своевременно обнаружив опасность для движения, в виде стоявшего на левой полосе по ходу его движения автомобиля марки «КАМАЗ-55111С» с регистрационным знаком «Е 537 КН 58», обращенным передней частью в направлении г. Москвы, проводившим дорожные работы, и оборудованным в задней его части временным дорожным знаком 1.25 «Дорожные работы» Приложения 1 к ПДД РФ и 4.2.1 «Объезд препятствия справа» Приложения 1 к ПДД РФ, не принял своевременно возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки своего автомобиля, не снижая скорости движения своего автомобиля, намереваясь опередить двигавшийся в попутном ему направлении по правой полосе проезжей части, предназначенной для движения в направлении г. Москвы, автомобиль марки «КАМАЗ-55111» с регистрационным знаком «С 978 СН 62», под управлением водителя Крехова А.А., неправильно рассчитав его скорость движения и расстояние до стоявшего на проезжей части автомобиля, на расстоянии примерно 987,84м от километрового знака «282» п.6.13 Приложения 1 к ПДД РФ, по направлению к г. Москве, не справился с управлением своего автомобиля и совершил наезд в заднюю часть кузова автомобиля марки «КАМАЗ-55111С» с регистрационным знаком «Е 537 КН 58», водителем которого являлся Панюшкин М.В.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия находившиеся в салоне автомобиля марки «ТОУОТА ТОWN» с регистрационным знаком «Р 602 КХ 62», под управлением водителя Абанина С.Н., пассажиры ХХХХХина В.Н. и ХХХХХина О.М. получили тяжкие телесные повреждения, с которыми были госпитализированы в ГБУ Рязанской области «Шиловская ЦРБ», где 27 января 2017 года ХХХХХина В.Н. скончалась от телесных повреждений, полученных в результате произошедшего дорожно- транспортного происшествия.
… В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.
Нарушение Абаниным С.Н. п. 1.3, п. 1.5 и п. 10.1 Правил дорожного движения РФ состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения смерти ХХХХХиной В.Н. и причинения тяжкого вреда здоровью ХХХХХиной О.М.» (из приговора, л.1-2).
В заседаниях суда были представлены материалы и высказаны заявления, которые были рассмотрены без должного внимания и соблюдения принципов установленных главой 2 УПК РФ принципы уголовного судопроизводства, имеющего своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших. Эти существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела и повлекло существенное нарушение гарантированных Конституцией РФ прав и законных интересов подсудимого Абанина С.Н.,

Решение суда о причине ДТП не соответствуют имеющимся в деле фактам. ДТП произошло по вине водителя Файрушина (сотрудника ООО Шиловское ХДПМУ), который управляя автомобилем Камаз, умышленно не давал перестроиться в правый ряд, а затем после завершения маневра обгона, догнал и ударил передом своего автомобиля в правую заднюю часть моего автомобиля ( мотив, со слов «хозяина» - месть (убийство, ситуация была не дай бог) иномарке (моей) из-за обиды на машины-иномарки, которые его вроде как притерли), что повлекло неуправляемое изменение направления движения моего автомобиля- юз в сторону стоявшего на левой полосе другого автомобиля Камаз, принадлежащему ООО Шиловское ХДПМУ, и столкновение с ним.(Приговор,л.2) при условиях способствующих ДТП - нарушение ограждения места проведения временных дорожных работ мастером Дурносвистовым, ООО Шиловское ХДПМУ. Для прояснение этой ситуации, прежде всего для себя, мной были сделаны расчеты и чертежипо обоснованию ДТП, которые на заседания суда носил в тубусе, но суду они не потребовались, а устное объяснение суд не воспринял.

1.1. Суд не учел обстоятельств дела, которые могли повлиять на решения Приговора.

1) Судом нарушены требованиями ст. 88 УПК РФ, не исследована причина потери управления и «наезда…» автомобиля марки TOYOTA TOWN с регистрационным знаком «Р 602 КХ 62», которые относимы:
- вмятине правой боковой части и правой части заднего бампера автомобиля «TOYOTA TOWN»
- зафиксированным в Протоколе осмотра, следам юза;
- соответствующей этому дорожно-транспортным обстоятельствам происшествия данным в показаниях осужденного, потерпевшей об ударе (толчке), которые остались за рамками справедливого разбирательства.

2) Судом не исполнено требование ст.74УПК РФ по анализу возникновение вмятины во время ДТП от удара(толчка) и принятия решения по отсутствии фиксации её в протоколе осмотра, хотя по факту происхождения вмятины имеются материальные доказательства и свидетельские показания:
- при таком повреждении (т.2, л.д.117), движение автомобиля TOYOTA TOWN без ремонта будет сопровождаться трением и звуком брызговика подкрылка правого заднего колеса о протектор шины;
- показания потерпевшей, ХХХХХиной О.М., при посадке в автомобиль – повреждения корпуса автомобиля не было, во время движения, непосредственно перед ДТП почувствовала удар (толчок), …юз, наезд и… вмятина, как следствие толчка;
- свидетеля защиты, Богатова В.В. помогал готовить автомобиль к поездке, так же на суде утверждал об отсутствии повреждений корпуса автомобиля;
- характерное потирание указательного и большого пальца сына хозяина, заместителя руководителя ООО «Шиловское ХДПМУ» Вековищева Г.В, в моем присутствии, решил все вопросы относительно удара (толчка), косвенные доказательства: нет в протоколе осмотра третьего автомобиля, водителя, вмятины, следов перемещения в момент удара,. (Впоследствии предварительное следствие включило в обстоятельства ДТП КАМАЗ-55111 с регистрационным знаком «С 978 СН 62», водитель Крехов А.А., для фальсификации причины наезда)

3) Судом нарушен п.2, ст.73 УПК РФ, искажено решение способствовавших обстоятельств совершению преступления, так суд поддержал формально исследованные доказательства свидетелей обвинения, без анализа материальных вещественных доказательств, которые противоречат моим аргументированным пояснениям:
а) не соответствие временных дорожных знаков требованиям нормативных документов (временные дорожные знаки установлены с нарушением требований формы 7, «Организация движения и ограждения места кратковременных работ, вызывающих сужение проезжей части…» (т.1 л.д.119);
б) не соответствие морально-деловых качеств сотрудников ООО «Шиловское ХДПМУ»(«потирание пальцев», противоречие, ложь в показаниях, нанесение автомобилю удара (толчка)) проведению работ на федеральной трассе.

4) Судом не исполнен п.4, ст. 7 УПК РФ:
а) нет решения по факту отсутствия автомобиля КАМАЗ-55111 рег.номер «С 978 СН 62» с водителем Креховым А.А. и свидетелем Дурносвистовым А.П., в первоначальных документах, оформленных при ДТП (протокол осмотра), причем факт нахождения КАМАЗ-55111 рег.номер «С 978 СН 62» и водителя не подтвержден показаниями сотрудников ДПС и материальными доказательствами.
б) не мотивирован отвод судом доказательств защиты, потерпевшей ХХХХХиной О.М., свидетеля Богатова В.В. о водителе Файрушине, КАМАЗа-65111, рег.номер Х559ВК, который по факту, бортанул мой автомобиль, материальные вещественные доказательства судом запутаны, что не позволило ходатайствовать об автотехнической экспертизе на контакт КАМАЗа с моим автомобилем.
в) решение о достоверности показаний Крехова А.А., был мотивирован материальным доказательством - свидетель первым сказал про собаку, место нахождения которой в салоне машины, он забыл, а по факту не мог видеть. При этом показания Крехова противоречат материалам дела, косвенно доказывают отсутствие свидетеля на месте ДТП. Что стоит одно - придуманное свидетелем течь крови из моего носа. Суду данный факт было предложено проверить судебной медицинской экспертизой на наличие крови на месте водителя. Суд данное предложение не поддержал.
г) суд без доказательно в приговор записал решение о согласующихся показаниях свидетелей Крехова А.А.и Дурносвистова А.П., хотя по факту показания Дурносвистова А.П. не соответствуют версии следствия которую поддерживает гос.обвинитель и которую методично на протяжении всех заседаний отстаивал суд; показания свидетеля противоречат моими заявлениями, показаниям Крехова А.А., потерпевшей ХХХХХиной О.М., описательной части обвинительного приговора суда(Т.3, л.д. 118, 132-135).
д) суд не принял решения по показания потерпевшей ХХХХХиной О.М.: «Я хочу обратить внимание суда, что показания свидетелей Крехова и Дурносвистова различаются…»,

е) суд допустил противоправное действие, во время допроса, судья Долгополова М.А. пыталась добиться от свидетеля Дурносвистова «правильных показаний» о чем был заявлен протест защитой (Т3,л.д.134)

5) Суд в решении допустил нарушения уголовно-процессуального закона о допустимости протокола осмотра, основного документа фактических обстоятельств дела, (нарушены п. 3 ч. 2 ст. 75УПК РФ: «в чем конкретно выразилось допущенное нарушение.», п.3, ст.7 «…определения суда… должны быть законными, обоснованными и мотивированными», УПК РФ, п.1, ст.15 «… осуществляется на основе состязательности сторон.»)
а) суд «конкретное допущенное нарушеное протокола осмотра» усмотрел разницей «в длине следов шин» и мотивировал, что в данном случае, это не имеет существенного значения.
По факту – совершенно иначе, суд не услышал защиту об относимости разницы длины следа в 20см. и ширины следа25 см. (ширина следа на 25см. меньше конструктивной ширины колес) к углу разворота автомобиля TOYOTA TOWN на 9-12˚, относительно вектора движения, возникшего из-за удара (толчка) в правое заднее крыло КАМАЗом 65111, что вносит ясность в причину юза, зафиксированного протоколом осмотра, а точнее, перемещение (скольжение) с угловым отклонением корпуса автомобиля от направления движения на КАМАЗ-прикрытия.
б) суд не исследовал почему во время предварительного следствия, мои показания вошли в противоречие с материалами Протокола осмотра по транспортным средствам, участвующим в ДТП
в) суд обосновывает в Приговоре достоверность протокола осмотра процессуальными внешними фактами о должностных лицах и понятых; эта - видимость законности, а по факту, по содержанию документов - беспрецедентная самоуверенность, безнаказность, граничащая с глупостью– назначать понятыми, главных фигурантов ДТП (ООО «Шиловское ХДПМУ» ): -два автомобиля; - участок дороги, где проводятся временные дорожные работы; - временные дорожные знаки; - два водителя и один свидетель..
Все это привело к не соответствию Протокола осмотра требованиям КоАП РФ, Ст. 28.1.1.: «…устанавливает наличие на месте ДТП водителей, транспортные средства которых участвовали в ДТП, и других причастных к нему лиц, осуществляет проверку документов у участников ДТП, обеспечивает присутствие указанных лиц на месте происшествия», а именно:
- отсутствует автомобиль;
- нет фиксации, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положения транспортных средств и объектов дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию;
- ходатайство защиты перед судом предоставить фотографии, которые изучал эксперт Денискин(Т2,л117): «В распоряжения эксперта на цифровом носителе были представлены фотоснимки с места происшествия. Детальных фотоснимков зафиксированных в районе места происшествия следов выполненных по правилам масштабной съемки, не имеется…» Таким образом, следы на фотографиях есть! Но суд не законно отказал;
г) утверждение Протокола осмотра: «Место происшествия находится в зоне действия временных дорожных знаков 1.20.3, 3.24, 1.25. (т.1 л.д.7-10)…» судом исследуются по показаниям свидетелей обвинения в пользу обвинения, хотя, простое визуальное сравнение схем вполне достаточна для оценки соответствия требованиям схемы № 7 фактическому расположению дорожных знаков, зафиксированных Протоколом осмотра. Этого сделано не было;
д) представленные выше доказательства недопустимости Протокола осмотра вызваны существенными нарушениями процедуры его составления, нарушение ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ : « Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, в том числе доказательств, полученных при проведении осмотра места совершения административного правонарушения, в частности, ДТП».
Указанный осмотр места дорожно-транспортного происшествия был оформлен с участием понятых: Вековищева Геннадия Викторовича и Дурносвистова Александра Петровича.

Согласно ч. ч. 1 и 2 ст. 25.7 КоАП РФ, в качестве понятого может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо. Понятой удостоверяет своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты.

Данной норме права корреспондируют положения ч. ч. 1 и 2 ст. 60 УПК РФ, согласно которым, понятой – это не заинтересованное в исходе дела лицо, привлекаемое дознавателем, следователем для удостоверения факта производства следственных действий, а также содержания, хода и результатов следственного действия. Понятым не могут быть участники уголовного судопроизводства.

В качестве понятых при осмотре места ДТП от 18 января 2017 г. с участием водителя Абанина С.Н. инспектором ДПС были привлечены совершенно заинтересованные в исходе дела об административном производстве, а ныне – уголовного дела лица, а именно: Вековищев Г.В. (т. 2, л.д. 169-171) является сыном и заместителем директора ООО «Шиловское ХДПМУ» Вековищева В.М.; Дурносвистов А.П. (т. 1, л.д. 85-87) является мастером указанного ООО и по показаниям свидетелей 18 января 2017 г. руководил дорожными работами на участке дороги, где произошло ДТП, свидетелем – «очевидцем» которого он является, но при этом Дурносвистов А.П. неверно дает показания по основным характеристикам ДТП, что косвенно подтверждает егоотсутствие, к тому же, я его на месте ДТП не видел. Причем, по моему заявлению о том, что Дурносвистова А.П. на момент ДТП не было, суд в качестве доказательств представил показания сотрудников ООО «Шиловское ХДПМУ» Вековищева и Панюшкина, мотив которых напрямую замкнут на место работы и «авторитет» хозяина, Вековищева В.М. , который позволял себе игнорировать вызовы в суд без объяснений. Ходатайство о критическом отношении к показаниям таких свидетелей судом было отведено, мотив - ст. 282 УК РФ.
Таким образом, дорожно-транспортное происшествие произошло с участием двух автомобилей «КАМАЗ-55111», принадлежащих тому же ООО «Шиловское ХДПМУ», водителями которых являлись работники этой же организации Крехов А.А. и Панюшкин М.В. (по версии следствия, суда) при способствующих обстоятельств, опять же связанных с этой организацией - нарушения ограждения места проведения временных дорожных работ.

На основании проведенного исследования, суд не смог сделать правильные выводы:
- протокол осмотра не позволяет объективно и однозначно судить о ДТП;
- при определенных условиях, на основе принципа относимости часть информации можно использовать для получения объективных данных, таких, как оценка законности установки временных дорожных знаков , расположения двух транспортных средств, использовать данные для анализа скольжения автомобиля TOYOTA TOWN на принципах относимости с другими вещественными доказательствами, в том числе вмятина на правом заднем крыле и сокрытых от защиты фотоизображений из АИУС ГИБДД, с зафиксированными следами автомобилей, участников ДТП и, возможно, другими материальными доказательствами ;
в) в протоколе осмотра есть вещественные доказательства, по которым можно исследовать показания потерпевшей, мои, а также мотивы и цели составителей данного документа, доказательства допустимости их показаний и т.д. Суд не исследовал, почему существенные вещественные доказательства не были отражены в Протоколе осмотра и отсюда не сделал соответствующего постановления.
г) суд не исследовал мотив моего подписания данного документа и не принял по нему решений, хотя различие моих последующих показаний и протокола осмотра требовало по УПК РФ такого исследования.

6) . Обоснование приговора недопустимыми доказательствами Автотехнической экспертизы.

Проводя исследование автотехнической экспертизы, которая базировалась на недопустимом Протоколе осмотра, суд, используя его факты в достижении своих мотивов, не правильно оценил результаты экспертизы, не смог найти в деталях Протокола осмотра достоверные данные для оценки событий и, в конечном итоге, выйти на назначение новой, дополнительной экспертизы, которая при данном, зафиксированном количестве и качестве вещественных доказательств отработает допустимую, достоверную модель движения автомобиля TOYOTA TOWN относимую совокупности данных материалов дела, в том числе и исследует технические аспекты в показаниях свидетелей ИДПС группы ДПС ОГИБДЦ МОМВД России «Шиловский», сотрудников ХДПМУ, потерпевшей и мои.
6.1) В соответствии со ст. ст. 4, 7, 8 и 16 Федерального закона РФ от 31 мая 2001 г. №73- ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», при производстве судебной экспертизы эксперт независим, …не допускается воздействие на эксперта со стороны органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей и прокуроров в целях получения заключения в пользу кого-либо из участников процесса или в интересах других лиц; эксперт проводит исследование объективно, на строго научной и практической основе, всесторонне и в полном объёме; заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных; эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.»
В деле представлены две автотехнические экспертизы:
- заключение эксперта-автотехника Копаневу А.Н.( Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Рязанской области ) от 20 марта 2017 г. № 780/781 (т. 1, л.д. 141-146).
- дополнительная судебная автотехническая экспертиза № 3152/3153 произведена экспертом – автотехником Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Рязанской области Денискиным А.В.от 12-30 октября 2017г.((т. 2, л.д. 112-120).
В постановлении о назначении данных экспертиз обстоятельства дела для эксперта изложены по сути одинаково(т.1,л.д.143;т.2,л.д.114): «…Абанин С.Н. управляя автомобилем марки «TOYOTA TOWN» регистрационный знак «Р 602 КХ 62» двигаясь в направлении г. Москвы, при совершении маневра обгона движущегося впереди него транспортного средства, не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность дорожного движения, не справился с управлением своего автомобиля, и совершил, наезд на заднюю часть стоявшего по ходу его движения на проезжей части дороги автомобиля марки «КАМАЗ-55111С» регистрационный знак «В 537 КН 58…»,

Данное изложенные в постановлении о назначении дополнительной судебной автотехническая экспертиза № 3152/3153 вызвало заведомо нарушения УПК РФ:
а) Обстоятельства дела, несмотря на мои уточняющие показания, показания потерпевшей, ходатайство защиты на исследование новых аспектов происшествия осталось то же.

Эксперт дополнительной судебной экспертизы по вопросу потери управления автомобиля переписал исследования из первой экспертизы от 20 марта 2017 г. № 780/781 (т. 1, л.д. 141-146), в которой данные на экспертизу, ограничены (т.1, л.д. 143):
– копией постановления;
– материалами проверки КУСП №193 от 18 января 2017г

Таким образом, в данном постановлении следователь заведомо предрешил виновность в совершении дорожно-транспортного происшествия именно водителя Абанина С.Н. и определил причину ДТП: «…при совершении маневра обгона движущегося впереди него транспортного средства, не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность дорожного движения, не справился с управлением своего автомобиля, и совершил, наезд на заднюю часть стоявшего по ходу его движения на проезжей части дороги автомобиля…», чем следователь оказал недозволенное воздействие на эксперта явно в целях получения«нужного» для кого-то или чего-то заключения.

Зачем было назначать автотехническую экспертизу, если следствием свои выводы уже были сделаны?

6.2) Кроме того, как указано в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», «…следует иметь в виду, что в компетенцию судебной автотехнической экспертизы входит решение только специальных технических вопросов, связанных с дорожно-транспортным происшествием. Поэтому при назначении экспертизы суды не вправе ставить перед экспертами правовые вопросы, решение которых относится исключительно к компетенции суда (например, о степени виновности участника дорожного движения). При анализе и оценке заключений автотехнических экспертиз судам следует также исходить из того, что объектом экспертного исследования могут быть обстоятельства, связанные лишь с фактическими действиями водителя транспортного средства и других участников дорожного движения».

Следствие, поставило на разрешение эксперта вопрос, не требующий познаний в области науки и техники, являющийся правовым и не входящий в компетенцию эксперта, а именно: «7. …соответствовали ли техническим требованиям безопасности дорожного движения их действия?», то есть действия водителей Абанина С.Н. и Панюшкина М.В.

Давая ответ на поставленный ему вопрос, в нарушение тех же указанных выше ограничений, эксперт-автотехник явно вышел за пределы его специальных знаний и компетенции, разрешив правовой вопрос о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя Абанина С.Н., что входит в исключительную компетенции прокурорско-следственных органов и суда, поскольку эксперт не решает и не предрешает вопросов, связанных с правом (юридическими понятиями), а именно:

В своих выводах по вопросу №3 (первой экспертизы) и №7(дополнительной экспертизы) эксперты, в частности, указали:

«В данной ситуации водитель автомобиля «TOYOTA TOWN», per. знак Р602КХ62, должен был руководствоваться требованиями пункта 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации…

Оценивая действия водителя автомобиля «TOYOTA TOWN», per. знак Р602КХ62, необходимо указать, что в них усматривается несоответствие, предъявленных к нему требований безопасности. Водитель данного автомобиля, двигаясь в светлое время суток по проезжей части, где видимость ничем не ограничена, не учел особенность и состояние управляемого транспортного средства, дорожные условия, в частности видимость в направлении движения, либо потерял контроль за движением, в результате чего не смог своевременно среагировать на возникшую для него опасность, и допустил наезд на стоящий автомобиля «КАМАЗ-55111C», per. знак В537КН58».

Двумя экспертами допущены абсолютно те же нарушения норм УПК РФ и законодательства об экспертной деятельности, которые подробно изложены выше, потому данные заключения не являются научно обоснованным и правильным.

6.3) Экспертами, не были исследованы, а судом не были услышаны существенные замечания защиты:

- технические характеристики автомобилей и характеристики зарегистрированных показателей в протоколе осмотра, так несоответствие ширины следа торможения-юза в схеме Протокола осмотра фактическому (конструктивному) расстоянию между колесами TOYOTA TOWN.
- юридически значимые обстоятельства движения автомобиля в зоне временных дорожных работ на соответствие установки временных дорожных знаков, нормативным документам;
- не правомерные действия водителя КАМАЗ-65111.
6.4) Правовые требования предъявляемые к водителю (подозреваемому) (см. п.6.2) не были исследованы на допустимость:

- для исполнения требований пункт 1.3 ПДД, водитель должен видеть дорожные знаки,

- для исполнения требований пункта 1.5ПДД и 10.1 ПДД судом не были исследованы обстоятельства, возникшие в результате умышленного притирания моего автомобиля КАМАЗОМ – водитель ООО «Шиловское ХДПМУ» Файрушин.
- эксперт Денискин не придал значения моим показаниям, в которых записано, что водитель грузовика увеличил скорость с 45 км/ч до70, суд также, данное заявление проигнорировал, хотя это - нарушения пункт 11.3 ПДД.

6.5) Эксперты при оценки событий на трассе М5, 18.01.2017г. первая экспертиза и дополнительная (соответственно,т1, л.д. 145; т2, л.д. 120 – скопировано): «Действия водителя автомобиля «КАМАЗ-55111С» регистрационный знак «В 537 КН 58», в данной дорожно-транспортной ситуации, техническими требованиями пунктов правил дорожного движения РФ не регламентированы.» Суд эти данные оставил в Приговоре без сомнений и скопировал в решение суда (Приговор, л.5), тем самым ответственность ООО «Шиловское ХДПМУ» в очередной раз необоснованно снята с рассмотрения, хотя вывод «требованиями пунктов правил дорожного движения РФ не регламентированы»(см.на этой стр. выше) не только не законен, но и не справедлив, о чем мной этот факт докладывался и на что суд обоснованного отказа на приведенные нормативные документы, а их было 15 пунктов, не дал.

Таким образом, суд нарушил п.4, ст.67 УПК РФ: «Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.»

6.6) Исследования дополнительной экспертизы от 30 октября 2017 г. № 3152/3153 (т. 2, л.д. 112-120), эксперт Денискин (т.2,л.д.114) по следующим вопросам провел безответственно:

По 2-му вопросу дополнительной экспертизы
(Каков характер движения автомобиля марки регистрационный знак «Р 602 КХ 62»… на момент столкновения (юзом, с заносом, с торможением, с поворотом)?)
В исследовательской части экспертизы эксперт теоретически назвал существенные факторы, которые надо учитывать при проведении экспертизы (т.2,л.д.116): «…В ходе исследования могут учитываться как различные параметры самих следов…,так геометрические параметры ходой части…», а фактически«ни характеристики самих следов, ни геометрические параметры ходой части» не исследовал, поэтому ответить на вопрос №2 не смог.

Мои исследования неуправляемого движения автомобиля проведены именно с помощью описанных выше рекомендаций и тригонометрических функций начальной школы, результаты были доложены суду, но остались без внимания, а материальное вещественное доказательство версии происшествия – деформация заднего правого крыла, которая относима проведенным мной расчетам, судом проигнорирована, хотя приведенные факты нуждались в исследовании компетентных и независимых экспертов.

По 3-му вопросу в дополнительной экспертизы
(Каков механизм образования следов шин зафиксированных на месте происшествия, с учетом заявления водителя Абанина С.Н, что в момент ДТП торможения не применял?
Эксперт Денискин дал такой ответ (т.3,л.д.117): «В распоряжении эксперта на цифровом носителе были представлены фотоснимки, зафиксированных в районе места происшествия. Детальных фотоснимков, зафиксированных в районе места происшествия следов выполненных по правилам масштабной съемки не имеется. … определить экспертным путем механизм образования зафиксированных на дорожном покрытии следов, а также характер движения автомобиля марки «ТОУОТА TOWN» рег. Знак Р602КХ62 перед происшествием не представляется возможным по причине недостаточного количества данных.»
Вывод эксперта вызывает сомнение, а учитывая его показания о «дискотеке» (см. ниже), вполне может быть и не правдив:
а) Утверждение: «характер движения автомобиля марки «ТОУОТА TOWN» рег. Знак Р602КХ62 перед происшествием не представляется возможным по причине недостаточного количества данных.» по моему утверждению ложны. Мои расчеты (см. анализ 2-го вопроса экспертизы) характера движения автомобиля на основании имеющихся данных были доложены суду. Суд самостоятельно оценку расчетам не дал, дополнительную экспертизу не назначил .
б) Защита ходатайствовала исследовать фотоснимки, на которые ссылался эксперт в материалах экспертизы. Судом был предоставлен чистый диск (без информации), мотивируя(см. ниже, п.п. «в») .

в) Вопрос совести ( УПК РФ, п.1, Ст.17.), суд, при категорически против стороны защиты, рассмотрел, так называемый вопрос об утрате изображения на диске», который в данном случае, для исследования материалов дела имел второстепенное значение. Защитник эти исследования назвал «дискотекой»

Однако, при рассмотрении «этой утраты» вызывают сомнения в первую очередь, противоположные показания эксперта Денискина и суда Приговор (л.5): «Эксперт ЭКЦ УМВД России по Рязанской области Денискин А.В., производивший указанную экспертизу, пояснил суду, что действительно на представленном диске фотоизображения отсутствовали, но данный факт не мог повлиять на дачу заключения…» Суд не исследовал показания того же эксперта в его заключении № 3152/3153(т.3,л.д.117):,

- «В распоряжении эксперта на цифровом носителе были представлены фотоснимки, зафиксированных в районе места происшествия.»

- третий вопрос экспертизы – механизм образования следов без фотографий снятых по определенной технологии, по утверждению эксперта вопрос не решается(см. там же). Поэтому (см.выше)« факт не мог повлиять на дачу заключения»- на совести суда, а материально - в Приговоре.

По пятому вопросу экспертизы
(Контактировал ли автомобиль марки «ТОУОТА ТОWN» регистрационный номер «Р 602 КХ 62» под управлением Абанина С.Н. перед наездом на автомобиль марки «КАМАЗ-55111С», регистрационный знаком «е537 КН 58» с двигающимся в попутном направлении автомобилем марки КАМАЗ-55111 регистрационный знак «с 978 СН 62»?)

Эсперт Денискин отметил (т.3,л.д.117, см. фото № 2):
а) «…что на правой боковой части и правой части заднего бампера … покрытие с наслоением коррозии металла… и наслоением вещества темного цвета»
О чем умолчал эксперт? О двух существенных особенностях повреждения:
- вмятина получена после того, как автомобиль КАМАЗ 65111 «догнал» TOYOTA TOWN, при этом, опередив мой автомобиль на задний бампер примерно на 10-17 см. и после этого резко нанес боковой удар, в том числе и своим бампером на глубину 2-3 см.(бортанул), что доказывает злой умысел, оставшийся на совести суда;
- при такой деформации самостоятельное движение автомобиля без трения заднего правого брызговика о шину колеса невозможно
б) «При визуальном осмотре «КАМАЗ-55111», рег.знак С978СН62 установлено, что его детали… , каких либо характерных повреждений, которые могли бы сформировать контактные пары… не выявлено.»
Исходя из данного заключения, вывода изложенного в п.«а»(см. выше), других вещественных доказательств, в том числе противоречивых показаний свидетеля Крехова А.А., косвенно подтверждается факт непричастности автомобиля «КАМАЗ-55111», рег.знак «С978СН62» и это относимо материальным вещественным доказательствам. Суд этот факт не опроверг и последующие решения суда вызывают сомнения в их законности (cм. Приговор, л.5), а именно, в обстоятельствах, изложенных судом, не расследовано ДТП с материальным вещественным доказательством – вмятиной в правой задней боковине автомобиля TOYOTA TOWN. Факт наличия в этом преступлении другого автомобиля подтверждается автотехнической экспертизой. Почему правоохранительные органы не отработали версию осужденного мотивированных и доказанных ответов суд не предоставил, а искусственно созданная путаница с маркой машин(см.п.2,§2) не позволила защите заявить ходатайство на исследование причастности КАМАЗ-65111, рег. Номер Х559ВК к удару (толчку) моего автомобиля (к тому же на заднем крыле автомобиля имелся фрагмент вещества темного цвета от бортанувшей машины) .

По 6-му вопросу экспертизы, о скорости движения автомобиля TOYOTA TOWN перед наездом расчеты не достоверны, так как условия движения автомобиля интерпретированы не верно – из-за не правильной оценки исходных данных, в том числе и Протокола осмотра. Поэтому запись этого вывода экспертизы, внесенное в Приговор (см.л.5) – недопустимое доказательство.

С учётом приведенных выше требований уголовно-процессуального законодательства и руководящих указаний Верховного Суда РФ, стороной защиты суду было заявлено ходатайство:

«Признать по уголовному делу по обвинению Абанина С.Н. недопустимыми доказательствами и исключить из перечня доказательств, представленных в судебном разбирательстве:

- заключение судебной автотехнической экспертизы от 20 марта 2017 г. № 780/781 (т. 1, л.д. 141-146);

- заключение дополнительной судебной автотехнической экспертизы от 30 октября 2017 г. № 3152/3153 (т. 2, л.д. 112-120);

- протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 18 января 2017 г. № 62 АА 014401 (т. 1, л.д. 7-14)».

Судом в удовлетворении указанного ходатайства защиты было незаконно и необоснованно отказано, и явно недопустимые доказательства были положены в основу приговора по настоящему уголовному делу.

7) Выводы суда не соответствуют содержанию исследований судебно-медицинских экспертиз.

В анализе заключения материалов судебно-медицинской экспертизы нет фактов позволяющих считать причину смерти ХХХХХиной В.Н. на десятые сутки пребывания в стационаре в прямой причинно-следственной зависимости от ДТП .
В основу обвинительного приговора суда легло заключение эксперта № 6/50-17 от 21 марта 2017 года и заключению эксперта №76 от 27 октября 2017 года, согласно обоим исследованиям, установлено что смерть ХХХХХиной В.Н. наступила от сочетанной тупой травмы – совокупности телесных повреждений в области верхних и правой нижней конечностей в указанной выше форме, осложнившихся развитием жировой эмболии сосудов головного мозга и лёгких.
Однако, в материалах дела нет обоснованной оценки причины осложнения жировой эмболии.
Более того:
а) В заключении эксперта №76 от 27.10.2017 эксперт отвечая на вопрос о причинах смерти ХХХХХиной Варвары Николаевны, честно указал что вопрос качества оказания медицинской помощи к его компетенции не относится.
б) Выводы заключения судмедэксперта о причине смерти ХХХХХиной В.Н. противоречат исследовательской части того же заключения.
Так, в исследовательской части заключения указано следующее:
«… Методические манипуляции: Скелетное вытяжение за бугристость боль­шеберцовой кости справа (18.01.2017 г.). Осложнения:Жировая эмболия со­судов головного мозга и легких. Выраженные дистрофические изменения па­ренхиматозных органов» (из заключения).

Таким образом, в выводе заключения судмедэксперта о причине смерти акцент поставлен на: «…в результате тупой сочетательной травмы верхних и нижних конечностей…», а в описании диагноза в исследовательской части этого же заключения акцентировано: «жировая эмболия сосудов головного мозга и легких…», при этом в диагнозе, как следует полагать, определяется и её причина: «Скелетное вытяжение за бугристость большеберцовой кости справа (18.01.2017 г.). Осложнения; Жировая эмболия сосудов головного мозга и легких…».

Между тем, компетентным специалистом при изучении истории болезни ХХХХХиной В.Н. установлены существенные недостатки в лечении(Приложение 3).
Прямой причинно-следственной связи между полученной сочетанной травмой ХХХХХиной в результате ДТП и ее смертью материалами дела и доказательствами в приговоре суда не диагностировано.
Предварительным следствием была организована проверка, которая была представлена Актом проверки № 2249 Минздрава Рязанской области.
Акт по нормативным документам (п.п. 6 и 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам») и содержанию не отвечает установленным требованиям УПК РФ, исследования должны быть объективными и всесторонне полными, что не скажешь об содержании этого акта.
Суд, основываясь на Акт проверки, доказывает, что диагностические мероприятия проводились адекватно, в достаточном объеме. У ХХХХХиной В.Н. проявления жировой эмболии произошло на фоне выраженного атеросклероза сосудов, в связи с чем прогноз был не удовлетворительный, (т.2 л.д.133-137)
При этом у суда не вызывают сомнения аргументов защиты, их оценка не произведена и почему суд выбрал аргументы стороны обвинения, которые не обоснованы, что явно нарушает ст.15 УПК РФ, при этом вопросы заданные суду остались без ответа :
- возрастные ограничения метода вытяжения;
- «скелетное вытяжение не обеспечивает должной стабильности отломков, (см. Прил.1, лит. [4])»;
- суд не обратил внимание, что в Акте вывод «…эмболия как непосредственная причина смерти встречается в 10-12 % случаев, особенно при переломах длинных трубчатых костей.» не научный без указании времени, места нахождения пострадавшего и анализа конкретной медицинской помощи на низком экспертном уровне.
Исходя из вышеперечисленного, а именно заказной проверки лечения, без исследования объективных на то фактов, была написана жалоба на акта №2249 от 22 декабря 2017 года Министерства здравоохранения Рязанской области медицинская помощь ХХХХХиной В.Н. (см.Приложение 3) Результаты ее рассмотрения чиновниками Минздрава были затянуты, компетентный ответ пришел после окончания Шиловского суда. Поэтому на данном этапе следствия суд ограничился отказом по заявлениям защиты и потерпевшей, которая поддерживала факт не профессионального лечения в ГБУ РО «Шиловская ЦРБ».

1.2. Суд при исследовании или оценке доказательств допустил нарушения УПК РФ.

1.2.1 Суд в доказательствах своего решения использовал не достоверные факты.
1) Фраза внесенная в Приговор (л.3) из материалов предварительного следствия: «В настоящее время с Абаниным С.Н. они не примерились, и она к нему имеет претензии материального характера, (т.1 л.д.71-76)» противоречитфразе, записанной в приговоре на той же странице(л.3) «К подсудимому никаких претензий не имеет, к нему иск предъявлять не желает, не считая его виновным в ДТП.»
Причем на суде ХХХХХина О.М. заявляла, что аналогичное заявление ей было подано на предварительном следствии старшему следователю Тюриной, которая взять категорически отказалась и не взяла.

2) Утверждение внесенное в приговор (л.3 ): «Также потерпевшая ХХХХХина О.М. пояснила, что во время удара справа она никакие транспортные средства, в том числе автомашину Камаз, в непосредственной близости с их автомашиной, не видела, а водитель Абанин С.Н. в этот момент никаким образом не отреагировал…»
а) видеть обстановку за окном минивэна, за полметра сзади справа от спинки сидения – по физиологии не возможно, вмятина, а значит и грузовик, сзади за спинкой сидения пассажиров в полуметре (т.1,с.208, фото 2,3) относима приведенным фактам. Внимание потерпевшей на это время была концентрировано на перекусе (т.3,л172).
б) расчета скорости и пройденного пути TOYTA TOWN доказывает, что все это от толчка до наезда прошло порядка 0.4сек., отреагировать мне не позволила физиология человека.
Таким образом, доказательства не допустимые.

3) Приговор (л.3): «За дорожной обстановкой она не наблюдала, так как разговаривала со своей матерью. Водителя автомобиля от движения они не отвлекали. В какой-то момент она почувствовала небольшой толчок, который произошел, как ей кажется, в правую заднюю часть автомобиля, при этом автомобиль траекторию движения не изменил, и его не разворачивало…»
Суд вписал в Приговор недопустимое доказательство: « …при этом автомобиль траекторию движения не изменил, и его не разворачивало. …», так как эта фраза была внесена, как теперь видно, намеренно, во время предварительного допроса потерпевшей, о чем на суде было заявлено защитой, на основании изучения материалов дела, и потерпевшей, которая была участницей этих событий и заявила о недопустимости фразы во время допроса.
Таким образом, суд умышленно внес эту фразу в доказательную базу приговора.

4) Приговор (л.3): «В данном случае именно оглашенные показания, как потерпевшей, … данные в присутствии защитника, после разъяснения того, что эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и при его последующем отказе от них, согласуются с показаниями свидетелей, а также письменными доказательствами.

а) Допрос потерпевшей производился в служебном автомобиле, без защитника 15.06.2017г. следователем СО МО МВД России «Шиловский» капитаном юстиции Болониным Ю.А.(т.1, л.д.71) Причем в автомобиле, кроме следователя, был еще один человек, который не записан в протоколе допроса, белесый, по поведению – старший по должности. На суде об этом было сообщено, суд определение о нарушении процессуального положения не вынес.
б) Данные показания не могут согласовываться с показаниями свидетелей(см. выше), свидетелей обвинения в машине не было, как и то, что они не видели момент перед ДТП, мои доказательства о том, что Крехов и Дурносвистов не присутствовали на месте происшествия суд, при всех их противоречивых показаниях в общих и частных фактах, мотивировал единственным материальным доказательством – собакой, место нахождение которой, не позволяло ее видеть. В тоже время показания потерпевшей относимы материальным показаниям дела: вмятина, следы юза, наезд на машину - ограждения.
Таким образом, доказательства не допустимые.

1.2.2 Суд, в доказательствах своих решений используя противоречивые факты, не мотивировал выбранное решение или принимал решения не соответствующие материалам дела или нормативным документам.

1) Не соответствует дорожная обстановка показаниям обвиняемого, свидетелям:
- моя версия (см. Приговор, л.1) – 3 автомобля ( бортанувший грузовик, КАМАЗ-прикрытия, TOYOTA TOWN.):
- протоколу осмотра – 2 автомобиля (КАМАЗ-прикрытия, TOYOTA TOWN);
- рапорте старшего инспектора по ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Шиловский» Курицына В.С. по материалу проверки признаки преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, были усмотрены обнаружены 01 марта 2017 года, (т.1 л.д.62,63) – 2 автомобиля (КАМАЗ-прикрытия, TOYOTA TOWN);
- рапорту оперативного дежурного МОМВД России «Шиловский» от 18 января 2017 года, в 13 часов 05 минут 18 января 2017 года в дежурную часть МОМВД России «Шиловский» поступило сообщение от ИДПС группы ДПС МОМВД России «Шиловский» Гвоздева С.А. о том, что на 282 км автодороги М-5 «Урал» произошло ДТП с пострадавшими, (т.1 л.д.4) – 2 автомобиля (КАМАЗ-прикрытия, TOYOTA TOWN), есть фраза во время обгона. Автомобиль «обгона» не зарегистрирован, хотя ДТП с пострадавшими;
- показаниях Крехова А.А.– 5 автомобилей (два легковых, КАМАЗ-55111, Крехова, КАМАЗ-прикрыия, TOYOTA TOWN);
- версия изложенная судом– 3 автомобиля (КАМАЗ-55111 КреховаА.А., движущегося с соблюдением ПДД, КАМАЗ-прикрыия, TOYOTA TOWN).

2) Не соответствуют режим движения грузовика:
- приговор, л.1: «В это же время по правой полосе проезжей части… с соблюдением Правил дорожного движения РФ(следствием предполагается скорость 45км/ч)…»
- приговор л. 3: «Когда они практически поравнялись с данным автомобилем, ему показалось, что он стал увеличивать свою скорость примерно до 70 км/ч,…» (увеличил скорость на 25 км/ч, препятствие обгону, п.11.3 ПДД).

3) Решение в приговоре суда (л.7): « Высказывания подсудимого об отсутствии работающего на автомашине дорожников проблескового маячка, не могут влиять на оценку действий подсудимого, поскольку, как указано выше, он видел впереди своей автомашины препятствие в виде автомашины дорожников».
Суд по существу изменяет требования условий к эксплуатационному состоянию, обеспечения безопасности дорожного движения ГОСТ Р 50971-2011 - ОДМ 218.6.014-2014: « 6.4.3 Автомобиль прикрытияс включенным проблесковым маячком… Автомобиль прикрытия или комплекс мобильный для дорожных знаков должны быть различимы на расстоянии не менее 100 м.», а в приведенной описательной части(см. выше): «неожиданно для себя (Абанин С.Н.) увидел препятствие» на расстоянии 50-60м.», такие доказательства расходятся с требованиям п.3, ч.2, ст.75 УПК РФ.

4) Приговор, л.3: «…К этому времени дорога была обработана песчано- соляной смесью. Руководителем работ был мастер Дурносвистов… пояснил: наверное,нет (про Файрушина на месте работ) Он не работает на самосвале. У него КАМАЗ, но КДМ»
Противоречия, которые не заметил суд:
а) на фотографиях ДТП, представленных Протоколом осмотра (т.1 л.д. 12-14) нет следов движения автомобилей на дороге.
Вывод: следы уничтожены песчано-соляной смесью после ДТП или отредактированы в фотошопе;
Факт отказа суда в ходатайстве защиты просмотреть следы на фотографиях, о которых есть запись в материалах экспертизы, проведенной экспертом Денискиным (т.2, л.д. 117), вызывает недовериек данному решению суда;
б) утверждение Панюшкина, что за Фарушиным закреплен КАМАЗ КДМ противоречит утверждению суда, Приговор, л.6: «Согласно приказа №86-а по ООО «Шиловское ХДПМУ» от 28 октября 2016 года за Файрушиным Р.Х. закреплена только одна автомашина КАМАЗ-65111 госномер Х559ВК, и согласно представленным сведениям ГИБДД данная автомашина числилась за ХДПМУ.
в) Показания Панюшкина противоречат и по закреплению автомобиля за Креховым А.А. Панюшкин – он работал на КАМАЗ вывозившим снег, а тот же приказ ООО «Шиловское ХДПМУ»: «… закреплении машин за водителями, за Креховым А.А. и Суховым А.Ф. закреплен автомобиль ЭД-405 с регистрационным знаком «У025ВВ»

5) Приговор, л.4: «Свидетель Гвоздев С.А.-ИДПС группы ДПС ОГИБДЦ МОМВД России «Шиловский» пояснил суду, что он выезжал на место ДТП, где было понятно, что легковая автомашина въехала в автомашину дорожников- прикрытия. Он составлял справки о ДТП. Водитель пострадавшей машины про контакт с другой машиной не говорил, признавая себя виновным в ДТП.»
а) суд, включив словесные показания свидетеля, без объяснения мотива их приобщения к делу, умолчав, при этом о таких значимых фактах, как воздействие «потирание пальцев свидетеля Вековищева» на отсутствие регистрации существенных материальных доказательств в протоколе осмотра.
б) суд умолчал (ни подтвердил и не опроверг) показания Гвоздева о (т.3, л.д. 164): «…вы (Абанин С.Н.) ходили с прикрытым носом. Мы предложили Вас доставить в больницу, … Вы забрали собаку и гуляли с ней по трассе.». «Течь крови из носа… гулял с собакой…» появился после «лжи» свидетеля Крехова А.А. и утверждение свидетеля Гвоздева «о кровотечении носа» суд не заметил и факт сговора не проверил.

6) Рапорты, приведенные в Приговоре (л.4):
«Согласно рапорта старшего инспектора по ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Шиловский» Курицына В.С. по материалу проверки признаки преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, были усмотрены обнаружены 01 марта 2017 года, (т.1 л.д.62,63).
Согласно рапорта оперативного дежурного МОМВД России «Шиловский» от 18 января 2017 года, в 13 часов 05 минут 18 января 2017 года в дежурную часть МОМВД России «Шиловский» поступило сообщение от ИДПС группы ДПС МОМВД России «Шиловский» Гвоздева С.А. о том, что на 282 км автодороги М-5 «Урал» произошло ДТП с пострадавшими, (т.1 л.д.4)».
Данные записи внесенные в Приговор не проверены на допустимость, относимость и достоверность, противоречат между собой и версией суда.

7) Приговоре (л.5): «Вопреки доводам стороны защиты и подсудимого суд не находит оснований для признания данных документов (Протокол осмотра) недопустимыми доказательствами, поскольку они составлены в строгом соответствии с законодательством…»
Мои доказательства, представленные суду (их тезисы см. п.5, §1.1.) не опровергнуты.

8) Приговор л.5: «Согласно исследованной копии постоянной дислокации дорожных знаков и разметки автодороги М-5 «Урал» с 281 км по 283 км в промежутке между 281 км-500м и 281 км+5Оом имеется съезд на Крутицы 1, что подтверждает показания свидетелей Крехова А.А. и Дурносвистова А.П. о том, что, выгрузив снег, их автомашина выехала с данного перекрестка и стала двигаться по направлению к участку автодороги, где затем произошло ДТП, что находится в пределах 500 м, и соответственно подтверждает показания данных лиц о скорости автомашины Камаз, в которой они находились, на данном участке автодороги, (т.1 л.д.117)»
Доказательство скорости научно необоснованное, не доказана зависимость «данного перекрестка» и скорости КАМАЗ.

9) (Приговор, л.5): «…Также в судебном заседании исследовался протокол выемки от 23 октября 2017 года, согласно которому у свидетеля Крючкова С.С. был изъят диск DVD+R DL с фотоизображениями, с осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 18 января 2017 года (т.2 л.д.156-157) …Эксперт ЭКЦ УМВД России по Рязанской области Денискин А.В., производивший указанную экспертизу, пояснил суду, что действительно на представленном диске фотоизображения отсутствовали, но данный факт не мог повлиять на дачу заключения, так как он сам осматривал и автомашину»
По факту данного исследования:
а) суд не сделал никакого определения по явному нарушению процессуального законодательства выемки документов (ст.183 УПК РФ);
б) «данный факт не мог повлиять на дачу заключения» ложь, третий вопрос экспертизы по записям эксперта был рассмотрен на основании фотоизображений (см.п.п. 6.5,п.6, §1,1)

10) Приговор, л.6: «Допрошенный по ходатайству подсудимого в качестве свидетеля Богатое В.В. подтвердил, что он видел автомашину подсудимого за один день перед поездкой во Владимирскую область. Затем он увидел данную машину уже после ДТП. И со слов данного свидетеля именно он, осмотрев данную автомашину, заострил внимание подсудимого на повреждении его автомашины в задней боковой части, предположив, что в эту часть мог быть удар другой машиной, и спросил, подписывал ли Абанин документы, что противоречит показаниям подсудимого, данным в ходе судебного следствия о том, что он изначально на месте ДТП говорил о контакте с другой автомашиной.»

Причинно-следственные противоречия, данная формулировка не объясняет «заостренное внимание» свидетеля, моим объяснениям на месте ДТП, так как факты разной временной полярности, а его вопрос естественен: «зафиксирована ли вмятина в документе (Протокол осмотра) и подписал ли я его без фиксации этой вмятины?» Этот вопрос связан с репутацией Шиловской правоохранительной системы. На что я ответил (по памяти): «…было давление и хамство, были и пострадавшие …нуждающиеся в помощи,…» и сейчас считаю, что сделал правильный выбор, результат был бы еще более запутанным.

11) Приговора, л.6: «… Более того, согласно показаниям подсудимого в судебном заседании он совершил маневр обгона, совершив маневр на правую полосу движения и удар пришелся сзади в его машину. Однако, из показаний эксперта Денискина А.В., осматривавшего данную автомашину, повреждение на автомашине «ТОУОТА ТОWN» имелись в задней части, но сбоку, то есть на правой боковине автомобиля, что подтверждается и фототаблицей к заключению эксперта №1420»
Не имея фактически противоречий в моих показаниях, показаниях потерпевший (говорим, что видели, чувствовали), суд идет на собственные противоречия в доказательной базе:
а) приговора(л.5): «…Из данной справки следует, что о деформации правой части автомобиля марки «ТОУОТА TOWN», в том числе заднего правого крыла всем участникам осмотра места ДТП, в том числе и подсудимому, было известно непосредственно после происшествия»
Есть и другие доказательства этому, например, (допрос АБАНИН т.3,л.д. 127): « Он бортанул меня в правую заднюю боковую часть машины…»

12)Приговор ( л.7): «… Довод подсудимого и потерпевшей о том, что причиной смерти ХХХХХиной В.Н. являются не повреждения, полученные в результате дорожно- транспортного происшествия, а осложнения, которые развились вследствие некачественно оказанной медицинской помощи, не заслуживают внимания суда, поскольку причиной поступления ХХХХХиной В.Н. в медицинское учреждение являлось получение телесных повреждений, образованных при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия».
Нарушена причинно-следственная связь событий (см. п.7, §1,1) и суд без основания отменил решение заключения эксперта №76 от 27.10.2017 эксперт отвечая на вопрос о причинах смерти ХХХХХиной Варвары Николаевны, указал, что вопрос качества оказания медицинской помощи к его компетенции не относится.

13) Приговор (см. л.7) :«Доводы подсудимого Абанина С.Н., его защитника, а также потерпевшей ХХХХХиной О.М. о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия являются не действия подсудимого, опровергаются приведенными выше доказательствами. Обо всех повреждения на автомашине «ТОУОТА ТОWN» подсудимому Абанину С.Н. было известно непосредственно на месте ДТП, но о контакте с другим автомобилем, двигавшимся в попутном направлении, Абаниным С.Н. не заявлялось ни на месте ДТП, ни во время его первоначального допроса в качестве подозреваемого несколько месяцев спустя после ДТП.»
Суд, не обратил внимание, что:
а) заявление о вмятине мной было сделано инспектору ДПС Гвоздеву на месте ДТП, о чем излагается в расширенном, дополнительном допросе. На каком основании суд признал противоположные моим показания инспектора ДПС Гвоздева достоверными, не обоснованы, не мотивированы и не допустимы. Мои же доказательства того, что инспектор Гвоздев вопреки всем нормам и законам по жесту Вековищева Г.В. отпустил КАМАЗ, «бортанувший» мой автомобиль, подтверждается материальными доказательствами – нет третьего автомобиля, который и по версии суда должен быть.
б) характеристики следов бокового скольжения , зафиксированные в протоколе осмотра, которые относимы материальному вещественному доказательству – деформации заднего правого крыла и правой части бампера, причем геометрия вмятины, которая не исследована экспертизой, именно «говорит» о боковом ударе справа налево при «догоне» моего автомобиля.
в) Почему не заявлял на предварительном следствии об ударе – вопрос судом не исследован, хотя, если этот факт суд считает существенным, то согласно ст.15 УПК РФ для разрешения вопроса необходим опрос и другой стороны, а именно, старшего следователя МО МВД России «Шиловский» УМВД России по Рязанской области майор юстиции Тюриной Н.М., почему она во время допроса и проведения автотехнической экспертизы «забыла» про вмятину, зафиксированную в материалах дела и не исследовала этот факт?
г) суд не исследовал мотив и цели как моего «не заявления», так и «забывчивости» следователя.

14) Приговор, л.7: «Более того, из первоначальных показаний потерпевшей в ходе предварительного следствия, приведенных выше, не следует, что их автомашина перед столкновением со стоявшей автомашиной Камаз –прикрытия меняла направлениеи согласно приведенных выше протокола осмотра места правонарушения и схемы иных следов, кроме описанных выше, на проезжей части автодороги не имелось.»
Данное решение противоречит исследованиям, проведенным защитой:
а) о намеренном искажениипоказаний потерпевшей (см. п.3, §1.2.1), судом данный вопрос никак не мотивирован, и запись в приговоре - недопустимое доказательство
б) ссылка суда на Протокол осмотра «…что их автомашина перед столкновением со стоявшей автомашиной Камаз –прикрытия меняла направление и согласно приведенных выше протокола осмотра места правонарушения и схемы иных следов, кроме описанных выше, на проезжей части автодороги не имелось» – не правомерна, потому что многое чего «не имелось» в протоколе осмотра (см. п.5, §1.1.) и то, что факты, приведенные защитой не были оценены всесторонне, полно, объективном доказывает мотив решения, принятый судом.

15) Приговор, л.7: «Доводы подсудимого и стороны защиты, которые сводятся к оспариванию наличия следов торможения автомашины под управлением Абанина С.Н., опровергаются заключением автотехнической экспертизы, а также показаниями эксперта Копанева А.Н., указанными выше.»
Суд не провел полного исследования показаний эксперта Копанева А.Н., и записей сделанных в материалах экспертизы, поэтому в очередной раз нарушены причинно-следственные связи в исследовании:
- (т.3,с.181) – в качестве расчетов взял прямолинейное движение с торможением на основании протокола осмотра;
Таким образом, торможение тормозной системой автомобиля осужденный не применял. Этот факт судом не опровергнут. Автотехнической экспертизой следообразование не исследовано, хотя в описательной части экспертизы по второму вопросу указаны разумные методы исследования (т.2,л.д. 116). Один из них мной был использован и результаты доложены суду. Оценки не последовало.

После проведенных исследований Приговора по материалам уголовного дела прихожу к выводу:

а) опровержения доводов защиты в приведенных фактах Приговора судом выполнено исключительно противоречивыми показаниями свидетелей, причем, ни одного материального доказательства дела суд не смог мотивированно и относимо связать с этими показаниями, то есть по факту, стороной обвинения не было представлено ни одного реального доказательства, отвечающего установленной главой 2 УПК РФ принципов уголовного судопроизводства, имеющего своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.( Пленум Верховного суда РФ, Постановление от 5 марта 2004 г. N 1, «О применении судами норм УПК РФ).

Нарушение законности судебных решений вытекает из мотивов и целей суда, которые вытекают из следующих фактов:

1) В ДТП участвовали два объекта: 1-й, - организация ООО «Шиловское ХДПМУ» (два автомобиля, участок проведения временных дорожных работ, ограждение временными дорожными знаками, водитель, грубо нарушивший ПДД, факт этому – вмятина от удара (толчка), причем сделано умышленно, умысел легко доказывается геометрией вмятины ),
2-й, – военный пенсионер водительский стаж безаварийной эксплуатации с 1970г. (автомобиль TOYOTA TOWN) .
Несмотря на явные факты нарушений правил и руководств по организации временных дорожных работ, доказанные защитой, стороной обвинения не было представлено ни одного реального доказательства, опровергающего эти факты, но тем не менее суд Шиловского района Рязанской области поддержал мнения ОГИБДД МОМВД России «Шиловский»,МОМВД России «Шиловский» Шиловскогорайона Рязанской области, Прокуратуры Шиловского района Рязанской области, тем самым скрыв предпосылки возникновения ДТП, допущенные ООО «Шиловское ХДПМУ» .

2) Следствие проведено при явном сокрытии улик во время составления первоначальных документов, которые противоречат реальным фактам и событиям настоящего дела. Не удивительно, что, несмотря на то, что понятыми могут быть исключительно совершеннолетние лица, не имеющие отношения ни к одной из сторон преступления. Причем, выбор понятых очень важная процедура и их подпись под фактами, касающихся процедуры их подтверждения есть гарантия правильности проведения процессуальных действий.
По факту имеем явные нарушения, как при отработке Протокола осмотра ДТП, так и при изъят диск DVD+R DL с фотоизображениями, что оформлено протоколом выемки от 23 октября 2017 г. (т. 2, л.д. 155-157) и тоже нарушения процедуры, в данном случае – пропали фотоизображения (см. Приговор, л.5) а, в конечном итоге, - не законно оправданные судом, действия должностных лиц, и как факт – противоречивые, умышленно запутанные процессуальными действиями, материалы дела, повлиявшие на правильность установления фактических обстоятельств ДТП и приведшие к судебной ошибке.

3) Явные нарушения процессуального характера. При вынесении решения по делу суд не смог разрешить вопросы факта – на основе оценки доказательств и вопроса права - на основе правового и логического анализа, явного отсутствия понимания в причинно-следственных связей.

4) «Хозяин» ООО «Шиловское ХДПМУ» Вековищев В.М., записанный свидетелем от обвинения, неоднократно вызывался судом, но ни разу не пришел на заседания суда, ни разу не сообщил причину этого факта, хотя мнение и оценка событий со стороны руководителя, защита считала и считает важным фактом.

К тому же, обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, по моим исследованиям, не объективны и не предотвращают ДТП на будущее.(т.2,л.д. 219-220) Суд никакой оценки по этому документу не дал.

На 2017 год РФ занимало одно из первых мест по числу погибших на дорогах Европейской части континента, проведенный корреляционный анализ погибших с коррумпированностью страны дал коэффициент корреляции – 07, т.е. связь между погибшими и анализом фактов способствующих преступлению не эффективная. Материалы настоящего дела подтверждают тенденцию этой статистики.

5) Заключительное заседание Шиловского районного суда и доведение Приговора, было без защитника и потерпевшей, что было на заседании останется на совести судьи. По моему заключению,процессуальное действо такого плана – недопустимо.

2. Незаконность апелляционного определения.

Порядок рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции чётко регламентирован нормами Главы 45.1 УПК РФ, в том числе, действия суда второй (апелляционной) инстанции по исследованию доказательств.

Необходимые разъяснения были даны судам в Постановлении Пленума ВС РФ от 27.11.12 г, № 26 «О применении норм УПК РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции». Так, в п.13 Пленума указано, что — «По смыслу части 7 статьи 389.13 УПК РФ суд выясняет у сторон мнение о необходимости проверки доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции, и с согласия сторон вправе рассмотреть апелляционную жалобу или представление без проверки этих доказательств».

Однако, в протоколе судебного заседания суда апелляционной инстанции отсутствуют сведения о действиях Судебной коллегии и сторон по исследованию доказательств, перечисленных в письменном ходатайстве защиты, приложенном к апелляционной жалобе.

В силу императивных требований п.п.6,7, ч.3, ст.389.28 УПК РФ, апелляционное определение должно содержать краткое изложение доводов апелляционной жалобы, возражений стороны обвинения и мотивы принятого Судебной коллегией решения. Всё это должно подтверждаться протоколом судебного заседания.

Однако, как усматривается из текста апелляционного определения, эти безусловные требования уголовно-процессуального закона не выполнены судом апелляционной инстанции. Правильность установления фактических обстоятельств дела судом апелляционной инстанции были переписаны из материалов Приговора, а не исследованы, как того требует п. 21, 22 Постановления Пленума ВС РФ от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» должен был заново исследовать и оценить доказательства содержащие в материалах дела, при этом, в доводах апелляционной жалобы, в выступлении потерпевшей и моем были указывали не допустимые доказательства в Приговоре и других документах дела.

Суд же апелляционной инстанции повторяет (переписывает) все доказательства и решения Шиловского районного суда в апелляционном постановлении, без каких либо исследований, изменений и критических замечаний. Приводить их в данном исследовании не вижу смысла. Ответы на жалобу апелляционной инстанции остался с той же формулировкой Шиловского районного суда .

Остановлюсь лишь на типичных фактах, характеризующих данное судебное заседание:

1) АР(с.4-5) переписывает приговор, приводя показания Крехова, не оценив мои критические замечания(ПСЗАП,с.10) нарушая п.2, ст.67 «Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.».
Более того суд изменил мои показания на противоположные (см. там же) : ««Проскочить я не мог, так как дорожный коридор был 2.5 м., а моя машина 1.68 м., 0.41 м с двух сторон.» . В протокол были не вписаны и другие существенные замечания по фактам выступления Крехова. Не оспаривая вопрос факта (см. выше) утверждаю:
а) мотив суда – не поиск истины, как того требует УПК РФ;
б) никакие решения суда не могут отменить математические закономерности;
в) трафаретно судья Санникова, отвечает на мои замечания, сделанные в соответствии с законом пишет (Приложение 2): «Анализируя содержание протокола судебного заседания и рукописных записей секретаря судебного заседания, суд пришел к выводу, весь ход судебного заседания нашел полное и объективное отражение в протоколе; вопросы и ответы участников процесса, ходатайства, заявления и мнения участников процесса записаны правильно, полно и без искажений … Протокол судебного заседания не является его стенограммой….»
Ответ является нарушением п.10, Статья 259 УПК РФ. Также в Постановлении КС РФ по делу о проверки конституционности части первой статьи 260 уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Е.В. Савченко город Санкт-Петербург 11 июля 2017 года Названные общие требования к ведению протокола судебного заседания предопределяют его значение как процессуального документа…» который призван достоверно и последовательно отражать ход судебного разбирательства, способствовать постановлению приговора в соответствии с доказательствами, исследованными в судебном заседании, и обеспечивать возможность контроля со стороны вышестоящих судебных инстанций за выполнением судом требований закона при разрешении уголовных дел (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 1014-0-0, от 17 ноября 2011 года № 1558-0-0, от 24 июня 2014 года № 1433-0 и др.).»

2) Показания свидетеля Файрушина, записанное в апелляционное решение, противоречат решениям апелляционного суда:
а) АР(с.5): «показаниями свидетеля Файрушина Р.Х. – водитель ООО «Шиловское ХДПМУ», согласно которым за ним закреплена автомашина КАМАЗ-55111 госномер Х559ВК и в день ДТП он ремонтировал закрепленную за ним автомашину»
б) АР (с.7) «приказом, №86-а по ООО «Шиловское ХДПМУ» от 28.10.2016 года согласно которому за Файрушиным Р.Х. закреплена только одна автомашина КАМАЗ-65111 госномер Х559ВК, и согласно представленным сведениям ГИБДД данная автомашина числилась за ХДПМУ»

Суд постановил(ПСЗАП, с.12): «Отказать в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам уголовного дела, сообщения Абанину С.Н. от руководителя территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Рязанской области, так как оно выходит за рамки предъявленного обвинения, поскольку уголовное дело в отношении врачей, по данному факту, не возбуждалось.»

А по факту этот документ ставит под сомнение решение апелляционного суда согласно которому медицинская помощь ХХХХХиной— В.Н. осуществлялась в соответствии с приказами Министерства здравоохранения…», доказывая Актом проверки №2249 от 22.12.2017 года, который имеет непреодолимые нарушения.

5) Утверждение апелляционного решения, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 – 291 УПК РФ. Могло бы соответствовать содержанию статей УПК РФ, если бы не сфабрикованное дело и выводы суда, которые осудили не виновного на наказание.

При том, Шиловский районный суд, как и при нарушении исполнения выше указанных статей, нарушил УПК РФ Ст. 293. Последнее слово подсудимого, которое, как мне казалось, имеет решающее значение для всего уголовного дела, так как закон дал право подсудимому высказаться и дать оценку в окончательной речи относительно всего предъявленного ему обвинения и привести устные доказательства в свою защиту, что мной и было сделано.

Факты и аргументы высказанные мной остались без ответа со стороны гос. Обвинителя, суд также «ничего не услышал».
Для чего написана ст. 293 в УПК РФ?

Выводы.

1) Совершенно очевидно, что представленные стороной защиты и потерпевшей доказательства входят в противоречие с показаниями свидетелей обвинения и опровергают их, но суд в приговоре и Судебная коллегия в апелляционном определении не указали мотивы, по которым они отвергли эти доказательства, и не сослались ни на материалы уголовного дела, ни на нормы закона, позволяющие игнорировать эти доказательства и основанные на них доводы защиты о незаконности приговора.

2) При таких обстоятельствах, ссылка в приговоре на показания подобных «свидетелей» обвинения, является не более, чем ссылкой на предположения всех этих лиц, ничем объективно не подтверждённых. Более того, сторона защиты и потерпевшая неоднократно заявляли о лжи в доказательствах по делу, но, суд безмотивно не замечал данные заявления.

3) С учётом приведенных выше исследований характеристик следов, зафиксированных в Протоколе осмотра и доказательств недопустимости автотехнической экспертизы, Протокола осмотра, которые судом не были опровергнуты, стороной защиты было заявлено ходатайство:
«Признать по уголовному делу по обвинению Абанина С.Н. недопустимыми доказательствами и исключить из перечня доказательств, представленных в судебном разбирательстве:
- заключение судебной автотехнической экспертизы от 20 марта 2017 г. № 780/781 (т. 1, л.д. 141-146);
- заключение дополнительной судебной автотехнической экспертизы от 30 октября 2017 г. № 3152/3153 (т. 2, л.д. 112-120);
- протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 18 января 2017 г. № 62 АА 014401 (т. 1, л.д. 7-14).
Судом в удовлетворении указанного ходатайства защиты было незаконно и необоснованно отказано, и явно недопустимые доказательства были положены в основу приговора по настоящему уголовному делу.

Обращаем внимание суда кассационной инстанции на то, что показания свидетелей обвинения, положенные в основу обвинительного приговора, содержат неустранённые в судах сомнения в достоверности (правдивости) этих показаний, а по точному смыслу уголовно-процессуального законодательства, все сомнения, которые не были устранены в приговоре, должны быть истолкованы в пользу подсудимого. Это относится и к достоверности показаний свидетелей, на которых сослался суд в приговоре. Обязанность суда проверить достоверность показаний допрашиваемых лиц установлена положениями ст.ст.85-88 УПК РФ.

Формальное утверждение о правильности выводов суда не может подменить обязанность опровержения каждого довода защиты. Таким образом, и это положение конституционного принципа презумпции невиновности не было обеспечено нижестоящими судами.

3. Незаконность ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции ( г. Рязань, 24 апреля 2019 года, судья Рязанского областного суда Зотова И.Н.

Кассационную жалобу на апелляционное постановление суда было написано защитником, потерпевшей ХХХХХиной О.М. (см.Прил.6) и осужденным (см. Прил.7).
При исследовании постановлений судьи Зотовой И.Н., областного суда Рязанской области, утверждаю:

1) Не получено ответа на доводы кассационной жалобы об отсутствии ответа на эти доводы в апелляционном определении. При этом, судья не могла отказать в передаче материалов уголовного дела для их проверки в суде кассационной инстанции, если доводы защиты, изложенные в кассационной жалобе, не опровергнуты содержанием приговора и апелляционным определением.

2) Суд 1-й и апелляционной инстанции, повторюсь, вопреки требованиям законов, в том числе п.11, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» (с изменениями и дополнениями): «…Потерпевшему, его представителю, законному представителю на любом этапе уголовного судопроизводства должна быть предоставлена возможность довести до сведения суда свою позицию по существу дела и те доводы, которые он считает необходимыми для ее обоснования. При этом суду следует учитывать доводы потерпевшего по вопросам, которыми затрагиваются его права и законные интересы, и дать им мотивированную оценку при принятии судебного решения.»
Мотивированных оценок ХХХХХеной О.М. не было дано ни по одному заявлению, как на судах 1-й и Апелляционной инстанции, так и постановлени судьи Рязанского областного суда от 30 апреля 2019 года Зотовой И.Н.

а) Не получено ответа на доводы потерпевшей по утверждениям:
- ложных показаний свидетелей Крехова А.А., Дурносвиства А.П.;
- искажение следствием данных допроса потерпевшей, впоследствии внесённых в Приговор и Апелляционное решение;
- показаний данных относительно водителя бортанувшего автомобиль TOYOTA TOWN;
- ходатайств о недопустимых доказательствах вины осужденного;
- об изменение содержания, её заявления, что она с Абаниным С.Н. примирилась и никаких претензий материального и морального характера не имеет, причем, суд первой инстанции применяет её заявление «наоборот», апелляционное решение тоже повторяет решение суда 1-й инстанции без уважения к её повторному заявлению на апелляционном суде.

б) Характерный пример формального ответа потерпевшей продемонстрировала судья Зотова И.Н. на законную, аргументированную претензию ХХХХХиной О.М. по Протоколу осмотра места ДТП(см. Прил.6, с.3): «...
1.2. Шиловским районным судом Рязанской области и Рязанским областным судом проигнорированы следующие важные обстоятельства- в протоколе осмотра и в приговоре:

- сокрытие в Протоколе осмотра третьей машины, которая участвовала в ДТП, которая принадлежит ООО «Шиловское ХДПМУ» и которая, по версии осужденного и моей нанесла удар в правый задний борт автомашины «ТОУОТА ТОWN», после чего машина переместилась влево и ее развернуло, и понесло на стоящий на левой стороне КАМАЗ 55111С, которая также принадлежит ООО «Шиловское ХДПМУ»;

- инспектором ДПС Гвоздевым в протоколе не зафиксирована вмятина на правом заднем боку автомашины «ТОУОТА ТОWN», которая должна была на месте исследована в качестве причины образования, влияние на ход смещения автомобиля, причем также на месте, в протокол не были внесены данные о повреждениях или их отсутствии на автомобиле, совершившего эти действия;

- в деле отсутствуют фотоснимки характеризующие все объекты-участники ДТП(третья машина, ее состояние), подтверждающие всех участников данного происшествии, а также следы на влажном дорожном покрытии, которые не были нам представлены как в уголовном деле, так и на суде, хотя свидетель Дурносвистов также дает показания о хорошо виденных им следов протекторов ((Т.3, Протокол с.133), а фотографии, которые сделаны инспектором Крючковым С.С. сокрытые от нас,несмотря на многочисленные ходатайства защиты в то же время не были исследованы (т. 2, л.д. 155-157) в судебном заседании в качестве доказательства обвинения.»
Ответ судьи Зотовой И.Н. «Довод потерпевшей, что недопустимыми доказательствами являются - протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 18 января 2017 года основан на неверном толковании норм уголовно- процессуального закона касающиеся оценки доказательств.»,
что явно не соответствует требованиям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. N 17 (см. выше): «дать им мотивированную оценку при принятии судебного решения.»

3) Судья Зотова И.Н. буквально ответила на мою претензию о том, что гос. обвинитель не дал оценку содержанию последнего слова обвиняемого (см. Постановление об отказе в передаче кассационной жалобе, л.д.2) «Является несостоятельной позиция осужденного о нарушениях закона вследствие отказа государственного обвинителя от последнего слова. Так, законом право государственному обвинителю выступления с последним словом не предоставлено. Выступление же с репликой является правом, а не обязанностью сторон и процессе.»

Хочу отметить, что судья Зотова И.Н. не усмотрела в данной претензии нарушение основных принципов судопроизводства, а именно:
а) Статья 15. Состязательность сторон:

п.1. Уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон;

п.3. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

п.4. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

б) Статья 293. Последнее слово подсудимого на судопроизводстве Шиловского районного суда Рязанской области, как показывает отношение гос. обвинителя, решения суда 1-й инстанции, так и ответ судьи Зотовой И.Н., не имеет значения для установления истинного положения дела, как факт – вопрос решен, формальность соблюдена, что не соответствует установленными главой 2 УПК РФ принципам уголовного судопроизводства, имеющего своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (п.1, ПЛЕНУМ ВС РФ, Постановление от 5.03.2004г.,№1), ст. 293, УПК РФ.

3) Кроме процессуальных нарушений, допущенных судом первой инстанции, Судебная коллегия оставила без реагирования нарушения органами предварительного следствия, суда 1-ой инстанции следующие факты дела:
- запись в протокол допроса потерпевшей заведомо неверных доказательств, способствующих изменению фактов ДТД;
- более того суд апелляционной инстанции сам переписал без доказательно из Приговора эти заведомо недостоверные данные;
- суд 1-й инстанции и за ним апелляционной инстанции не обоснованно, во время исследований материалов дела, менял марки автомобилей, которые позволили следствию отказать защите в праве ходатайстве на исследования автомобиля на предмет его участия в ДТП(п.п.б,п.4, §1.2.2., п.2, §2);
- суд 1-й инстанции, доказывая фотоснимки, сделанные во время ДТП не вещественными доказательствами дела никак не отреагировал на нарушения исполнительской дисциплины участников передачи диска DVD+R DL с фотоизображениями, при этом, никак не реагируя на факты лжи, которые были представлены суду(п.п.п. "в", 3-й вопрос,п.п. 6.5, §1.1.) Постановление апелляционной инстанции оставило эту «дискотеку» без должной оценки.

Учитывая все вышесказанное, утверждаю:

1) Приговор не смог доказать непричастность существенных фактов уголовного дела, относимых к материальными доказательтвами ДТП, таких как:

- маневр по обгону грузовика ООО «Шиловское ХДПМУ» автомобиля TOYOTA TOWN», per. знак Р602КХ62 был завершен – доказательство: сигнал поворотника откючен; передние колеса стоят походу движения;

- потеря управления автомобиля TOYOTA TOWN», per. знак Р602КХ62 вызван толчком (ударом) в заднюю правую боковину – доказатеьства: вмятина задней правой части крыла, с характерной геометрией и повреждениями (царапинами) удара (толчка) при догоне, характерные следы юза автомобиля, относимые скольжению после удара (толчка)

- способствующие обстоятельства этого происшествию судом оценены не правильно – доказательства: не соответствие схемы № 7 «Организации движения...» схеме размещения временных дорожных знаков Протокола осмотра.

2) Суд первой и апелляционной инстанции неправильно установили обстоятельства дела, в связи с чем необоснованно вынесли обвинительный приговор.

Полагаю, что обжалуемый приговор подлежит отмене с прекращением производства по уголовному делу в отношении АБАНИНА С.Н., ввиду недоказанности (по факту – засуженности) наличия в действиях осужденного состава вменяемого ему преступления.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 401.1, 401.14 — 401.16 УПК РФ, —

ПРОШУ:

1. Приговор и апелляционное определение в отношении осужденного АБАНИНА С.Н. отменить.

2. Уголовное дело в отношении АБАНИНА С.Н. прекратить из-за отсутствия в действиях АБАНИНА С.Н. состава преступления.

Осужденный,

Приложение 1

Сопроводительное письмо от 12 марта 2018 года

Продолжение приложения 1

Свойство фотографии сопроводительного письма

Приложение 2

Протокол судебного заседания по рассмотрению уголовного дела №22-985/2018 в апелляционном порядке, г.Рязань, 14 января 2019 года, замечания и ответ

Приложение 3

Ответ Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения от16.11.2018г. за №И622641/18.
Копии документов приложений верно АБАНИН С.Н.