Антон нервно поправил галстук и позвонил в дверь. Из-за двери доносились голоса, звон бокалов, музыка. Семья Анны собиралась каждое воскресенье на обед, и сегодня он впервые получил приглашение.
– Раньше надо было приходить, молодой человек! – дверь распахнулась, и на пороге возник Виктор Павлович, отец Анны. – Мы уже час как за столом.
– Здравствуйте, Виктор Павлович. Извините за опоздание, автобус задержался, – Антон улыбнулся, протягивая руку для приветствия.
Виктор Павлович проигнорировал протянутую руку и окинул парня оценивающим взглядом. Поношенный пиджак, купленный специально для этой встречи, бюджетный букет роз и коробка конфет. Все кричало о скромном достатке гостя.
– Так и будете в дверях стоять? – с нескрываемым раздражением спросил хозяин дома. – Проходите уже.
Антон сделал глубокий вдох и переступил порог. В квартире всё дышало достатком: хрустальная люстра, картины в тяжелых рамах, кожаная мебель. Такую обстановку он видел только в кино.
Анна выбежала из гостиной, легкая и воздушная в светло-голубом платье. Нежно обняла его и тихо прошептала:
– Не обращай внимания, папа сегодня не в духе.
В гостиной вокруг большого стола собралась вся семья. Антон поздоровался и протянул цветы матери Анны – Елене Викторовне. Женщина сдержанно улыбнулась, но глаза остались холодными.
– Присаживайтесь, Антон, – она указала на единственный свободный стул. – Вы уже знакомы с нашим старшим сыном Георгием? А это его жена Софья.
Георгий лишь кивнул, не отрываясь от телефона. Его жена – эффектная брюнетка с идеальным маникюром и крупными бриллиантами в ушах – смерила Антона взглядом, в котором читалось снисхождение.
– Итак, Антон, Анечка говорила, вы работаете в какой-то мастерской? – поинтересовалась Елена Викторовна, накладывая ему салат.
– Да, я автомеханик. Уже пять лет в профессии, – с гордостью ответил парень.
– Автомеханик? – хмыкнул Виктор Павлович. – И сколько же платят за то, что вы пачкаетесь в машинном масле?
– Папа! – возмутилась Анна.
– Что такого я спросил? – развел руками мужчина. – Мне интересно, как молодой человек собирается обеспечивать мою дочь с такой... профессией.
Антон сжал вилку чуть сильнее, но сохранил спокойный тон:
– Я хорошо зарабатываю. Достаточно, чтобы содержать семью.
– Достаточно для вас, но вряд ли для Анны, – вступила в разговор мать. – Она привыкла к определенному уровню жизни. Путешествия, рестораны, салоны красоты...
– Мама, перестань! – щеки Анны вспыхнули румянцем. – Я не избалованная принцесса.
– Конечно, нет, солнышко, – мягко ответила Елена Викторовна. – Но согласись, в жизни женщины финансовая стабильность не последнее дело.
Весь обед прошел в подобной атмосфере. Каждое слово Антона встречалось скептическими взглядами, каждая его попытка рассказать о себе прерывалась колкими замечаниями отца Анны или демонстративными зевками ее брата.
После десерта Виктор Павлович предложил выйти на балкон покурить. Антон не курил, но понял – это возможность поговорить наедине.
На балконе мужчина не стал ходить вокруг да около:
– Послушай, парень, я вижу, ты вроде неплохой, но не для моей дочери.
– Почему это? – Антон выпрямился и посмотрел прямо в глаза собеседнику.
– Потому что ты нищий, – отрезал Виктор Павлович, выпуская струю дыма. – Анна – выпускница престижного университета. Она работает в международной компании. А ты – простой механик. Автобусами ездишь. Даже цветы нормальные купить не можешь.
Антон побледнел от этих слов, но возразил:
– Я люблю вашу дочь. И она любит меня.
– Любовь? – усмехнулся мужчина. – Знаешь, сколько раз я слышал это слово? Любовь не накормит вас, когда придут счета за квартиру. Анне нужен мужчина под стать – с образованием, связями, перспективами.
– У меня есть перспективы, – твердо произнес Антон. – Я планирую открыть собственную мастерскую...
– Мастерскую? – презрительно перебил его Виктор Павлович. – Моя дочь заслуживает лучшего. Через месяц её повышают до руководителя отдела. У нее будет командировка в Европу. А тебе в Европу только на картинке смотреть.
Он затушил сигарету и, глядя куда-то в сторону, добавил:
– У Анны скоро день рождения. Мы устраиваем большое торжество. Будут приличные люди, мои партнеры по бизнесу, их сыновья... Я бы предпочел, чтобы ты туда не приходил. Незачем позорить Анну перед приличным обществом.
Антон почувствовал, как кровь прилила к лицу:
– Вы не имеете права решать за неё.
– Имею, – отрезал Виктор Павлович. – Я её отец. И я говорю тебе прямо: ты слишком беден для нашей семьи. Можешь не приходить на день рождения дочери!
Дверь на балкон распахнулась. На пороге стояла Анна со слезами на глазах.
– Папа! Я всё слышала!
– И правильно! – отец ничуть не смутился. – Давно пора посмотреть правде в глаза! Ты губишь свою жизнь с этим... автомехаником.
– Перестань! – закричала Анна. – Я люблю его! И если ты этого не понимаешь, то... то я уйду из дома!
– Не говори глупостей! – вмешалась подошедшая Елена Викторовна. – Куда ты пойдешь? В его съемную комнату? Будешь есть дешевые макароны и ездить на автобусе?
– Да хоть на метро! – сквозь слезы выпалила Анна. – Лишь бы не задыхаться в вашем золотом доме от лицемерия!
Она схватила Антона за руку и потянула к выходу:
– Пойдем отсюда!
– Анна, остановись! – крикнул вслед Виктор Павлович. – Если ты сейчас уйдешь, можешь не возвращаться!
Она обернулась и тихо произнесла:
– Как скажешь, папа.
Хлопнула входная дверь, и они оказались на лестничной клетке.
– Прости меня, – Антон обнял дрожащую девушку. – Я не должен был...
– Ты не виноват, – Анна вытерла слезы. – Это всё они. Думают, что могут купить счастье. Что можно оценить человека по толщине его кошелька.
Они молча вышли из подъезда. Вечерний город встретил их шумом проезжающих машин и прохладным ветром.
– Куда теперь? – тихо спросила Анна.
– Ко мне, – ответил Антон. – Знаю, это не хоромы, но...
– Мне всё равно, – она крепче взяла его за руку. – Я хочу быть с тобой. Остальное неважно.
В маленькой съемной квартире Антона было чисто и уютно. Никакой роскоши – простая мебель, книжные полки, сделанные своими руками, гитара в углу.
– Располагайся, – смущенно сказал он. – Чай, кофе?
– Кофе, если можно, – Анна присела на край дивана. – Знаешь, я впервые у тебя дома. Уютно здесь.
Пока Антон хлопотал на кухне, она подошла к полке с фотографиями. На одной из них мальчик лет десяти стоял рядом с женщиной в белом халате.
– Это твоя мама? – спросила Анна, когда Антон вернулся с двумя чашками кофе.
– Да, – кивнул он. – Она работала медсестрой в детской больнице. Умерла пять лет назад от рака.
– Прости, я не знала...
– Ничего. Она была замечательным человеком, – он улыбнулся, глядя на фотографию. – Воспитывала меня одна. Научила всему, что знаю. Особенно тому, что важно не сколько у тебя денег, а кто ты есть.
Они пили кофе и разговаривали до поздней ночи. Анна говорила о своем детстве в золотой клетке, о родителях, измеряющих успех цифрами в банковском счете, о своих мечтах, которые никто не принимал всерьез.
– Я устала быть куклой, – призналась она. – Красивой игрушкой, которой гордятся, но не слышат.
Утром Анна проснулась от звонка телефона. Звонила мать.
– Доченька, хватит дурить, – голос Елены Викторовны звучал устало. – Возвращайся домой. Отец погорячился.
– А он сам почему не звонит? – спросила Анна.
– Ты же знаешь своего отца... Гордый слишком.
– Передай ему, что я останусь здесь.
– Где – здесь? У этого механика? Анечка, опомнись! Что ты будешь там делать? Как жить?
– Счастливо, мама. Буду жить счастливо.
Когда она закончила разговор, Антон протянул ей чашку с кофе:
– Ты уверена? Может, стоит помириться с родителями?
– А ты хочешь, чтобы я вернулась? – она внимательно посмотрела ему в глаза.
– Я хочу, чтобы ты была счастлива, – честно ответил он. – И если для этого нужно, чтобы я исчез из твоей жизни...
– Нет, – перебила Анна. – Я наконец-то чувствую себя свободной. Знаешь, я давно хотела уйти от родителей, но боялась. А теперь понимаю – нет ничего страшного в жизни без роскоши. Страшно жить без любви.
В дверь позвонили. На пороге стоял Виктор Павлович собственной персоной. В строгом костюме, но с осунувшимся лицом.
– Здравствуйте, – сухо произнес Антон.
– Я за дочерью, – так же сухо ответил тот.
– Папа? – Анна вышла из комнаты. – Что ты здесь делаешь?
– Забираю тебя домой. Хватит этого цирка.
– Я никуда не поеду.
– Поедешь! – повысил голос отец. – Ты думаешь, я позволю тебе прозябать в нищете с этим... этим...
– С человеком, которого я люблю, – твердо закончила Анна.
– Любовь? – горько усмехнулся Виктор Павлович. – Посмотрим, что ты скажешь через месяц, когда закончатся деньги на твои кремы и салоны!
– Я уже устроилась на подработку, – спокойно ответила она. – И у меня есть основная работа, если вы забыли. Я могу обеспечить себя сама.
Она подошла к отцу и взяла его за руку:
– Папа, пойми, дело не в деньгах. Дело в уважении и любви. Антон видит во мне человека, а не дорогую куклу или выгодный проект. С ним я живая.
Виктор Павлович долго молчал, потом глухо произнес:
– Значит, выбор сделан.
– Да, – кивнула Анна. – Но я всё равно люблю тебя и маму. И буду любить всегда.
Мужчина повернулся к Антону:
– А ты? Ты действительно любишь мою дочь? Или тебя привлекает перспектива получить богатую жену?
– Я бы любил Анну, даже если бы она была самой бедной девушкой в городе, – просто ответил Антон. – Для меня главное – она сама, а не её деньги или связи.
Виктор Павлович смотрел на молодого человека так, будто видел впервые.
– Знаешь, мой отец тоже был против нашего брака с Еленой, – неожиданно сказал он. – Говорил, что я недостаточно хорош для его дочери. И я доказывал всю жизнь, что достоин... Наверное, в этом и была ошибка.
Он помолчал, потом добавил:
– Воскресные обеды никто не отменял. Ждем вас... вас обоих. И на день рождения тоже приходите.
Когда за отцом закрылась дверь, Анна обняла Антона:
– Ты понимаешь, что это? Он признал тебя.
– Не уверен, – улыбнулся Антон. – Но это точно первый шаг.
За окном занимался новый день. Впереди было много трудностей, но они знали – вместе справятся со всем. Потому что счастье измеряется не толщиной кошелька, а глубиной чувств. И этого богатства у них было в избытке.
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!