Когда он впервые сказал: — Мне не нужно ничего, просто будь рядом, — я растаяла.
Это звучало как признание. Как будто рядом с тобой наконец появился человек,
которому важно не то, что ты делаешь, а кто ты есть.
Звали его Никита. 39 лет. Мы познакомились случайно — не на сайте знакомств, не в соцсетях.
В аптеке. Да-да. Он спросил, какую мазь лучше взять от ожога. А потом добавил:
— Никогда бы не подумал, что встречу такую женщину здесь.
Я рассмеялась. Он оказался весёлым, лёгким, внимательным. Позвонил в тот же вечер.
Через неделю — кофе. Потом прогулки. Потом ужин у меня. А потом — как-то само собой — остался на ночь.
— Я не навязываюсь, — сказал он, выходя утром из ванной в моём халате. — Просто с тобой хорошо.
Давно мне не было так спокойно.
Спокойствие — это то, чего мне не хватало самой. Я устала от сильных мужчин,
которые уезжают в командировки и забывают звонить. От карьеристов, у которых на тебя времени нет даже на кофе. Никита был другим. Мягким, внимательным. Он слушал. Он гладил меня по плечу, когда я молчала. И он всегда был рядом.
Через две недели он начал оставлять у меня вещи. Сначала — зубную щётку.
Потом — пару футболок. Потом пришёл с чемоданчиком:
— У меня затопило комнату. Поживу у тебя немного?
Конечно. Я не могла отказать. Он же не требовал ничего. Он просто — есть. Просто — рядом.
Он вставал поздно, работал удалённо. Или говорил, что работает. Я уходила в офис, он оставался дома.
Сначала я радовалась. В доме кто-то есть родной, тихий. Сидит на кухне, пьёт чай, ждет.
Потом начала замечать: он оставлял грязные тарелки в раковине. Ужин — готовила я. Продукты покупала я.
Платежи — моя обязанность. А он?
А он говорил:
— У меня сейчас сложный период. Не хочу напрягать тебя. Мне просто важно, что ты рядом. Всё наладится.
Прошёл месяц. Два. Я покупала ему гель для душа и стирала его футболки. Он обнимал и говорил:
— Ты у меня самая лучшая.
Когда я осторожно спросила про участие в бюджете, он обиделся.
— Ты же говорила, что не ради денег со мной. Зачем всё портить? Я просто... хочу быть рядом.
Неужели тебе важно, кто сколько за что платит?
Мне было важно. Только я этого ещё не осознавала до конца.
Я жила на автомате: дом, готовка, стирка, уборка.
Никита сидел на диване, пил чай и рассказывал, как трудно быть мужчиной в современном мире.
Потом исчез интернет. Я спросила, оплатил ли он за него. Он пожал плечами:
— Я думал, ты оплатишь, как всегда. Это ведь твоя квартира.
Удивительно, как «твоя квартира» звучит так, будто ты ещё и виновата, что не устроила всё по его стандарту.
А через день он пришёл с пакетом гречки и банкой тушёнки:
— Вот. Чтобы ты знала — я тоже покупаю продукты.
Я посмотрела на пакет. Это стоило 500 рублей. За два месяца совместной жизни.
И на фоне моего счета за квартиру, еду, электричество и мою эмоциональную вовлечённость это выглядело как шутка. Или плевок.
Я начала отдаляться.
Он стал чаще говорить:
— Ты какая-то холодная. Раньше ты была мягче. Что-то с тобой происходит?
Происходило. Я просыпалась утром и видела в своей постели мужчину, которому здесь просто удобно.
Не потому что он любит меня. А потому что тут — чай, чисто и не надо платить.
Мне понадобилось ещё две недели, чтобы перестать себя уговаривать.
Чтобы не говорить подруге: «он просто сейчас в непростом периоде», а честно сказать себе:
он не в периоде. Он живет нахаляву.
Всё, что происходило между нами, он называл отношениями.
Но на деле — это была аренда мужчины в обмен на крышу, борщ и терпение.
Однажды я пришла домой и увидела его спящим на диване, рядом пачка чипсов на тумбе.
Телевизор работал. На полу стояли две банки пива.
Я просто стояла и смотрела.
И в какой-то момент услышала голос внутри:
«А если ты так будешь жить ещё год? Или два? Или всю жизнь?»
Он проснулся и улыбнулся:
— Привет, кошечка. Я тут тебя ждал. Хотел вместе сериал досмотреть.
Я села рядом, молча.
Смотрела на него, как будто видела впервые.
— Никита, — сказала я, — а зачем ты со мной?
Он не ожидал.
— Что за вопрос? Потому что ты классная. У нас всё стабильно. Мы уже как семья…
— А в семье кто-то один всё тянет?
Он замялся.
— Ну… Я пока не в форме. Я же говорил. Но ведь ты рядом. Это самое главное. Просто будь рядом.
— А ты когда-нибудь был рядом?
Не на моей кухне, не в моей квартире, а — рядом со мной. Когда мне было тяжело. Когда я уставала.
Когда не хотелось говорить.
Он не ответил.
— Быть рядом — это не ночевать у меня. И не есть мой борщ. Это спрашивать, как я.
Это делить, а не потреблять. Это не исчезать, когда приходит счёт за свет.
Это приносить не только проблемы, но и участие.
Ты не со мной. Ты просто живешь у меня.
Он сел. Смотрел.
— Ты всё не так понимаешь. Я не ради выгоды. Просто ты умеешь создать уют, тепло…
— Ты тянешься к удобству. Я — не твой диван и не кормушка.
Я — человек. Женщина. И я заслуживаю быть с тем, кто не будет искать в женщине способ переждать жизнь.
Уходи.
Он молчал. Долго.
А потом встал.
Собрал свои вещи — наконец-то быстро, без лишних слов.
На прощание сказал:
— Надеюсь, ты не держишь зла. Просто… мне было хорошо с тобой.
Да, ему было хорошо.
Но мне — нет.
Когда он ушёл, в квартире стало тише. И легче.
Я прошлась босиком по полу, включила музыку и вдруг поняла: мне не грустно, не одиноко.
Я поставила чайник.
Сварила себе пасту. Только себе.
Съела её за столом — медленно, с удовольствием. И поняла: наконец-то рядом со мной — я сама.
И в следующий раз, когда кто-то скажет: «Мне ничего не надо. Просто быть рядом», я задам встречный: «А ты точно хочешь быть рядом со мной — или просто рядом с моим комфортом?»
Потому что рядом — это когда вместе, а не когда кто-то один платит за двоих.