18 апреля 1980 года в подмосковном аэропорту Быково готовился к вылету пассажирский Ан-24Б Аэрофлота. Самолёт должен был направиться в Ульяновск. На борту находились 47 человек - 5 членов экипажа и 42 пассажира. Налёт КВС на этом типе составлял более 2500 часов.
Ан-24Б - один из самых массовых и надёжных турбовинтовых самолётов своего времени, широко использовавшийся на региональных маршрутах в СССР. Борт, о котором пойдёт речь сегодня, был выпущен 1967 году.
В 1980-х годах московский авиаузел включал четыре основных аэропорта, каждый из которых имел свою специализацию.
Шереметьево обслуживал в основном международные рейсы, а также внутренние рейсы на север, северо-запад и запад - в Прибалтику, Белоруссию, и Ленинград.
Из Внуково выполнялись полёты на Украину, в Молдавию, Закавказье и на южные курорты, а также отдельные рейсы в Сибирь и на Дальний Восток. Кроме того, именно во Внуково базировался правительственный авиаотряд.
Домодедово, в свою очередь, считался воротами на восток - отсюда отправлялись рейсы в Поволжье, на Урал, в Сибирь и Среднюю Азию. За ним закрепилось неофициальное прозвище «летающая провинция» - почти все рейсы выполнялись региональными авиапредприятиями, и у аэропорта не было собственных самолётов ближней или средней дальности.
На этом фоне Быково занимал свою нишу: он служил в качестве «малой воздушной гавани» Москвы и специализировался на региональных перевозках внутри европейской части РСФСР. Аэропорт был относительно небольшим, но активно использовался для коротких рейсов. Сюда регулярно летали Ан-2, Як-42 и Ан-24, а сама инфраструктура позволяла быстро обслуживать пассажиров и экипажи.
Взлёт проходил днём, в хороших погодных условиях. Перед началом разбега командир не проконтролировал выпуск закрылков во взлётное положение. Из-за этого борт начал разбег с убранными закрылками. Фактическое пилотирование осуществлял второй пилот.
После отрыва на скорости 220 км/ч командир, не убедившись, что самолёт набрал хотя бы 5 метров высоты, дал команду убрать шасси. Команда бортмехаником была выполнена. В момент уборки шасси произошла просадка и самолёт задел хвостом взлётную полосу. Вместо того чтобы прекратить взлёт, командир принял безрассудное решение на его продолжение, что лишь усугубило ситуацию.
Самолёт продолжал движение на фюзеляже. Двигатели работали на взлётном режиме. Лопасти воздушных винтов бились о поверхность, высекая искры. После пробега в таком виде 750 метров борт выехал за пределы взлётно-посадочной полосы и ударился об основание антенны курсового радиомаяка. Затем произошло столкновение с деревьями и железобетонным забором аэропорта. Продолжая движение самолёт пересек шоссе, столкнулся с деревьями и нежилыми постройками на удалении 260 метров от торца ВПП.
В происшествии никто не погиб. Пострадали 11 человек - пять членов экипажа и шестеро пассажиров. Самолет полностью разрушился и частично сгорел.
Комиссия установила, что трагедия стала следствием ошибок экипажа. Во время подготовки к полёту экипаж нарушил сразу несколько положений нормативных документов. Так, контрольная карта выполнялась в спешке и формально, что привело к критической ошибке - взлёту с убранными закрылками. Кроме того, КВС дал команду к уборке шасси, не убедившись что самолёт достиг безопасной высоты. А когда возникла аварийная ситуация, он не воспользовался возможностью прервать взлёт.
Также выяснилось, что ранее на экзаменах КВС демонстрировал слабые знания по основным дисциплинам. Однако ему всё равно разрешили выполнять самостоятельные полёты.
Сопутствующими факторами стали серьёзные недостатки в организации лётной работы, формальный подход к подготовке экипажей и слабый контроль со стороны руководства 62-го лётного отряда и Быковского объединённого авиаотряда. Кроме того, в лётном отряде регулярно нарушались требования по времени отдыха между вылетами. В том числе, отдых данного экипажа между вылетами составил от 5 до 7 часов, из-за чего люди были переутомлены.
Ту-154 не смог взлететь: