Истоки и испытания: Загадки Меровингов и Святого Людовика
Французская монархия, одна из старейших и самых блестящих в Европе, просуществовала более тысячи лет. Рожденная в туманной эпохе раннего Средневековья, она достигла своего апогея при Короле-Солнце Людовике XIV, пережила кровавую бурю Революции, ненадолго возрождалась и окончательно сошла с исторической сцены лишь с падением Второй империи Наполеона III в 1870 году. За свою долгую и бурную историю французский трон повидал множество королей – великих и ничтожных, святых и грешников, мудрых правителей и безумцев. И многие из них оставили после себя шлейф тайн, загадок и противоречий, которые до сих пор вызывают горячие споры среди историков и простых людей. От мифических прародителей первой династии до трагической судьбы последнего дофина – королевские секреты Франции продолжают волновать наше воображение.
История Франции как единого государства начинается с объединения франкских племен под властью Хлодвига I (правил в 481–511 гг.). Основанная им династия получила название Меровингов – в честь его легендарного деда Меровея. Фигура самого Меровея окутана глубокой тайной. Мы знаем, что он был вождем салических франков и сражался на стороне римлян против гуннов Аттилы в битве на Каталаунских полях в 451 году. Но о его происхождении неизвестно практически ничего. Эта неизвестность породила фантастические мифы, призванные объяснить его появление и легитимизировать власть его потомков. Самая известная легенда содержится во франкской "Хронике Фредегара" VII века. Согласно ей, жена франкского короля Хлодиона однажды купалась в море, и там морское чудовище по имени Квинотавр силой овладело ею. От этой связи и родился Меровей, получеловек-полумонстр, отмеченный божественным (или демоническим?) происхождением. Эта легенда, вероятно, служила для объяснения сакрального статуса Меровингов, их "длинных волос" (символа королевской власти и магической силы) и легитимации их правления. Однако в наше время возник другой, еще более захватывающий миф, связанный с Меровингами. Он был популяризирован псевдоисторической книгой Майкла Бейджента, Ричарда Ли и Генри Линкольна "Святая Кровь и Святой Грааль" (1982) и получил всемирную известность благодаря бестселлеру Дэна Брауна "Код да Винчи". Эта теория утверждает, что Мария Магдалина была женой Иисуса Христа и после его распятия, будучи беременной, бежала из Палестины во Францию (в Марсель). Ее чрево, несущее кровь Христа, и есть истинный Святой Грааль. А Меровинги, по этой версии, являются прямыми потомками Иисуса и Марии Магдалины, хранителями священной крови. Эта гипотеза, не имеющая никаких исторических или документальных подтверждений, тем не менее, оказалась невероятно привлекательной для любителей теорий заговора и альтернативной истории. Существуют и еще более причудливые версии происхождения Меровингов, связывающие их с Нефилимами (падшими ангелами из Библии) или даже с Антихристом (через того же Квинотавра). Какова же прозаическая правда? Скорее всего, Меровей был незаконнорожденным сыном знатного франка или римлянина, а легенда о морском чудовище была сочинена позже, чтобы скрыть его сомнительное происхождение и придать ему героический, божественный статус, необходимый для основания новой династии. Тайна происхождения Меровингов так и остается неразгаданной, предоставляя простор для самых смелых фантазий.
Другая загадка связана со смертью одного из самых почитаемых французских королей – Людовика IX Святого (1214–1270). Этот единственный канонизированный французский монарх прославился своим благочестием, справедливостью, покровительством искусствам и участием в Крестовых походах. Он возглавлял Седьмой (1248-1254) и Восьмой (1270) Крестовые походы. Оба похода закончились катастрофически: во время Седьмого похода Людовик был разбит и пленен в Египте и освобожден лишь за огромный выкуп; во время Восьмого похода он умер от болезни во время осады Туниса вместе с большой частью своей армии. Несмотря на военные неудачи, Людовик IX заслужил репутацию образцового христианского монарха и воина. Традиционно считалось, что причиной его смерти в Тунисе стала чума, эпидемия которой вспыхнула в лагере крестоносцев. Однако недавние исследования заставляют пересмотреть эту версию. В 2019 году группа французских ученых провела анализ челюстной кости, предположительно принадлежащей Людовику IX (хранящейся в соборе Нотр-Дам де Пари). Исследование выявило явные признаки тяжелой цинги – болезни, вызванной острым дефицитом витамина C. Это подтверждает свидетельства хрониста Жана де Жуанвиля, участника похода, который описывал, как в последние дни жизни Людовик буквально выплевывал куски десен и зубов – характерные симптомы последней стадии цинги. Жуанвиль также сообщает, что от "некроза десен" страдала шестая часть войска: "Нашей армии пришлось страдать от омертвения десен, и цирюльникам [врачам] приходилось вырезать омертвевшую ткань, чтобы позволить людям жевать мясо и глотать. И было жаль слышать, как солдаты кричат и плачут, словно роженицы, когда им резали десны" (описание смягчено). Но почему король и его армия страдали от цинги, находясь в Тунисе, где, казалось бы, было достаточно свежих фруктов и овощей? Вероятная причина – невежество и плохая организация. В XIII веке связь между цингой и недостатком витамина C еще не была известна (она была установлена лишь в XX веке). Крестоносцы питались в основном мясной пищей (солониной), а из-за плохой логистики и планирования они не взяли с собой достаточного запаса пресной воды, фруктов и овощей. Кроме того, чрезмерно благочестивый Людовик постоянно постился и налагал на себя другие епитимьи, что еще больше подрывало его здоровье. Перед смертью он также страдал от дизентерии. Исследователи полагают, что цинга, вероятно, не была прямой причиной смерти Людовика IX, но она сильно ослабила его организм, сделав его уязвимым для инфекции (будь то дизентерия, тиф или действительно чума), которая и привела к летальному исходу. Так, новые научные данные проливают свет на истинные причины страданий и смерти "святого короля", показывая, что даже монархи были беззащитны перед болезнями, вызванными элементарным незнанием основ правильного питания.
Безумие и яд при дворе Валуа: Карл VI и Агнес Сорель
Эпоха династии Валуа (1328-1589) во Франции была временем драматических событий: Столетняя война с Англией, эпидемии чумы, внутренние усобицы, но и расцвет рыцарской культуры и искусства. Этот период оставил нам и две интригующие загадки, связанные с королевским двором: странную болезнь одного короля и таинственную смерть фаворитки другого.
Король Карл VI (1368–1422), правивший Францией во время одного из самых тяжелых периодов Столетней войны, вошел в историю под двумя противоположными прозвищами: в начале своего правления его называли "Возлюбленным" (le Bien-Aimé) за его обещания реформ и стремление к справедливости, но позже – "Безумным" (le Fou) из-за тяжелого психического расстройства, поразившего его в 1392 году. Первый приступ безумия случился с королем во время военного похода: он внезапно напал на собственных рыцарей, убив нескольких человек, прежде чем его смогли связать. С тех пор приступы повторялись с разной частотой и интенсивностью на протяжении всей его оставшейся жизни. В периоды просветления Карл VI мог править страной, но во время приступов он становился совершенно невменяем. Одним из самых странных проявлений его болезни стала так называемая "стеклянная иллюзия" (glass delusion). Карл уверовал, что его тело сделано из стекла и может разбиться от малейшего прикосновения или резкого движения. Чтобы предотвратить "поломку", он предпринимал экстремальные меры предосторожности: кутался в толстые одеяла, часами оставался неподвижным, запрещал кому-либо приближаться к нему. Для передвижения он иногда надевал специальную одежду, усиленную железными прутьями, чтобы защитить свои "хрупкие" внутренности. Во время приступов он не узнавал свою жену Изабеллу Баварскую и детей, а однажды пять месяцев отказывался мыться и менять одежду. В 2018 году группа французских психиатров, проанализировав симптомы короля, пришла к выводу, что они больше всего соответствуют биполярному расстройству с психотическими эпизодами. Интересно, что "стеклянная иллюзия" – не выдумка. Это реальное, хотя и редкое, психическое расстройство, случаи которого фиксировались в Европе с конца Средневековья до XIX века, причем чаще всего оно поражало представителей знати и образованных слоев. Существует теория, что это расстройство было своеобразной культурно-обусловленной реакцией на появление новых материалов и технологий. Первые случаи "стеклянной иллюзии" совпали по времени с изобретением в Венеции прозрачного, бесцветного стекла (XV век), которое поражало воображение людей своей хрупкостью и прозрачностью. Позже, когда популярным строительным материалом стал бетон, появились люди, считавшие себя сделанными из бетона ("бетонные люди"). Возможно, хрупкость стекла стала для Карла VI метафорой хрупкости его собственного разума и королевства, раздираемого войной и усобицами.
Другая драма разыгралась при дворе сына Карла VI – короля Карла VII Победителя (1403–1461), того самого, которому Жанна д'Арк помогла короноваться и переломить ход Столетней войны. Эта драма связана с его знаменитой фавориткой Аньес Сорель (ок. 1422–1450). Аньес была не просто любовницей короля, она стала первой в истории Франции официально признанной фавориткой (maîtresse-en-titre). Когда она появилась при дворе около 1444 года, ей было всего около 20 лет, а королю Карлу VII – уже за 40. Он был немедленно очарован ее красотой, умом и остроумием. Аньес была не только ослепительно красива ("Дама Красоты", как ее называли), но и умна, образованна и обладала значительным политическим влиянием на короля. Считается, что именно она убедила Карла VII возобновить войну с англичанами и отвоевать Нормандию. Король осыпал ее подарками: поместьями, драгоценностями (ей приписывают владение первым ограненным бриллиантом), титулами. Аньес вела роскошный и экстравагантный образ жизни. Ее платья со шлейфами длиной до 8 метров, отороченные мехом, и смелые декольте, обнажавшие одну грудь (мода, которую она сама ввела!), шокировали консервативный двор. Она родила королю трех дочерей, которых он официально признал. Естественно, у всесильной фаворитки было множество врагов при дворе: ее ненавидели обделенные вниманием короля аристократы, ее осуждало духовенство, ее не любила законная королева Мария Анжуйская. В феврале 1450 года Аньес Сорель, только что родившая четвертого ребенка (который вскоре умер), внезапно заболела. У нее началась сильнейшая диарея ("кровавый понос"), и через два-три дня она скончалась в возрасте всего 28 лет. Официальной причиной смерти была названа дизентерия после родов. Однако подозрительно быстрая смерть молодой и здоровой женщины немедленно породила слухи об отравлении. Эти слухи оказались правдой. В 2005 году было проведено вскрытие и токсикологический анализ эксгумированных останков Аньес Сорель. В ее волосах и тканях были обнаружены огромные дозы ртути, многократно превышающие смертельную. Аньес Сорель была отравлена. Но кем? Убийца так и не был найден. Подозреваемых было несколько. Сначала обвинили королевского казначея Жака Кёра, но вскоре его оправдали (Аньес была его лучшей клиенткой, и ее смерть была ему невыгодна). Подозрение падало на королеву Марию Анжуйскую (из ревности) или на коварную кузину самой Аньес, Антуанетту де Меньеле, которая после ее смерти заняла место фаворитки. Не исключали и врача королевы, Пуатевена, имевшего доступ к ядам. Но наиболее вероятным подозреваемым многие историки считают дофина Людовика (будущего короля Людовика XI), сына Карла VII. Людовик открыто ненавидел фаворитку отца, считая, что она дурно влияет на короля и разоряет казну. Известно, что он угрожал Аньес, однажды даже гнался за ней с кинжалом. У дофина были свои шпионы среди слуг Аньес, которые могли исполнить его приказ. Однако прямых доказательств вины Людовика нет. Убийство Аньес Сорель так и осталось нераскрытым преступлением, одной из самых интригующих "холодных дел" французской истории.
Темные тайны Короля-Солнца и его матери: От Варфоломеевской ночи до Железной Маски
Эпоха религиозных войн во Франции XVI века и последовавшее за ней правление "Короля-Солнце" Людовика XIV в XVII веке были временем не только политических потрясений и блеска Версаля, но и мрачных тайн, жестоких интриг и загадочных событий, бросающих тень на французскую монархию.
Варфоломеевская ночь 24 августа 1572 года – одно из самых кровавых и трагических событий в истории Франции. В эту ночь и последующие дни в Париже и других городах страны произошла массовая резня гугенотов (французских протестантов), унесшая жизни тысяч людей (по разным оценкам, от 5 до 30 тысяч). Это событие стало кульминацией Религиозных войн, раздиравших Францию на протяжении десятилетий. Историческая ответственность за организацию резни традиционно возлагается на Екатерину Медичи, королеву-мать, фактическую правительницу страны при своих сыновьях. Ее прозвище "Королева-Змея" отражает представление о ней как о коварной и безжалостной интриганке. Контекст был таков: Екатерина стремилась к миру между католиками и гугенотами и устроила брак своей дочери Маргариты Валуа (католички) с одним из лидеров гугенотов, Генрихом Наваррским (будущим королем Генрихом IV). На свадьбу в Париж съехались тысячи гугенотов. Однако атмосфера была напряженной. За несколько дней до Варфоломеевской ночи было совершено покушение на адмирала Гаспара де Колиньи, главного вождя гугенотов. Он был ранен. Католическая партия при дворе (во главе с могущественным домом Гизов), опасаясь мести гугенотов и потери своего влияния, решила нанести упреждающий удар. Был составлен план убийства Колиньи и других лидеров гугенотов. Какова же была роль Екатерины Медичи? Знала ли она о готовящемся покушении на Колиньи? Вероятно, да. Хотела ли она смерти нескольких лидеров гугенотов, чтобы обезопасить своего сына, короля Карла IX? Возможно. Но планировала ли она массовую резню тысяч людей? Прямых доказательств этого нет. Напротив, есть свидетельства, что Екатерина посетила раненого Колиньи, обещала найти убийц, послала к нему своего врача и даже предлагала убежище гугенотам, спасавшимся от католической толпы. Зачем ей было провоцировать резню, которая гарантированно привела бы к новой войне, если целью брака было как раз установление мира? Слова самой Екатерины после событий ("Никогда прежде... я не была в ситуации, где у меня была бы столь веская причина испытывать ужас и из которой я бы спаслась с большей благодарностью") говорят скорее о том, что ситуация вышла из-под контроля. Вероятно, после покушения на Колиньи Карл IX, под давлением католической партии и в панике, отдал приказ: "Убейте их всех!". А Екатерина была вынуждена согласиться или, по крайней мере, не смогла предотвратить резню. Ее роль остается предметом споров, но представление о ней как о единоличном злом гении Варфоломеевской ночи является сильным упрощением.
Эпоха правления внука Екатерины Медичи, Людовика XIV, "Короля-Солнце" (1643–1715), была временем блеска Версаля, абсолютной монархии и расцвета искусств. Но под этим золотым фасадом скрывались свои темные тайны и скандалы. Один из самых громких – "Дело о ядах" (Affaire des poisons), разразившееся в 1677-1682 годах. Началось все с расследования серии загадочных отравлений при дворе и в парижском высшем свете. Полиция вышла на след целой сети колдуний, гадалок, алхимиков и поставщиков ядов, оказывавших свои услуги аристократам, желавшим избавиться от соперников, надоевших супругов или получить приворотное зелье. Центральной фигурой этого "преступного магического подполья" Парижа стала Катрин Монвуазен, известная как Ля Вуазен. Эта умная и образованная женщина (она разбиралась в медицине и физиологии) была популярной ясновидящей и гадалкой, к которой обращались самые знатные дамы и господа. Она занималась хиромантией, чтением по лицу, изготовлением афродизиаков (часто из весьма сомнительных ингредиентов вроде толченых костей жаб, шпанской мушки и человеческой крови) и, что было особенно опасно, проведением абортов и продажей ядов. Со временем Ля Вуазен добавила к своим ритуалам еще более мрачный элемент – "черные мессы", кощунственные пародии на католическую литургию, во время которых она, по слухам, использовала собственное тело как живой алтарь для призывания темных сил. Среди ее клиенток была и всесильная фаворитка Людовика XIV, маркиза де Монтеспан. По показаниям самой Ля Вуазен (данным под пытками), мадам де Монтеспан заказывала у нее черные мессы и приворотные зелья, чтобы удержать любовь короля, а когда Людовик увлекся юной Анжеликой де Фонтанж, ревнивая Монтеспан якобы потребовала яд, чтобы устранить соперницу. Расследование "Дела о ядах" вскрыло ужасающую картину: Ля Вуазен и ее сообщники были причастны к сотням, если не тысячам, смертей (назывались цифры от 1000 до 2500). Скандал грозил затронуть самые верхи аристократии и даже королевскую семью. Людовик XIV был вынужден создать специальный трибунал ("Огненная палата"), но не решился предать суду знатных особ, включая мадам де Монтеспан (хотя ее обвиняла даже дочь Ля Вуазен), опасаясь, что если станет известно, что Версаль – "гнездо убийц и колдунов", это может вызвать восстание. В итоге основной удар пришелся на исполнителей: Ля Вуазен была сожжена на костре в 1680 году вместе с 36 своими сообщниками. Мадам де Монтеспан была удалена от двора, но избежала наказания. "Дело о ядах" приоткрыло завесу над темными сторонами блестящего века Людовика XIV, показав, что за фасадом роскоши и галантности скрывались суеверия, интриги и преступления.
Еще одна знаменитая загадка эпохи Людовика XIV – тайна "Железной маски". Речь идет о неизвестном узнике, который содержался в различных французских тюрьмах (включая Бастилию) во второй половине XVII – начале XVIII века. Особенностью его заключения было то, что ему никогда не позволяли показывать лицо: оно всегда было скрыто маской, сделанной, по свидетельствам современников, из черного бархата, а не из железа (железной ее сделали позже Вольтер и Александр Дюма в своих произведениях, романтизировав историю). Условия содержания узника были строгими: его охранял один и тот же тюремщик (Бенинь Довернь де Сен-Мар) на протяжении 34 лет, ему было запрещено разговаривать с кем-либо, кроме как о самых насущных нуждах, под угрозой смерти. Его держали в специальной камере с тройными дверями, чтобы никто не мог его услышать. Кто же был этот таинственный узник и какое преступление он совершил, чтобы заслужить столь необычное и суровое наказание? Большинство современных историков сходятся во мнении, что имя узника было Эсташ Доже (Eustache Dauger), и он был камердинером (валетом). Однако это лишь добавляет загадки: почему простого слугу нужно было держать в такой строгой изоляции и скрывать его лицо? Само имя "Доже" может быть псевдонимом или искажением фамилии "д'Анже". Основные теории о личности "Железной маски" можно разделить на две группы. Первая (романтическая, популяризированная Вольтером и Дюма) предполагает, что узник имел королевскую кровь: он мог быть братом-близнецом Людовика XIV (скрытым, чтобы избежать споров о престолонаследии), старшим незаконнорожденным братом короля или даже его настоящим отцом (скрытым, чтобы скрыть истинное происхождение Короля-Солнца). Существовала даже теория, что это была женщина – тайно рожденная дочь Людовика XIII и Анны Австрийской, которую подменили мальчиком (будущим Людовиком XIV). Однако историки отвергают эти версии: узник был идентифицирован как камердинер и даже служил камердинером у другого знатного заключенного, что было бы немыслимо по протоколу XVII века, если бы он сам был королевской крови. Вторая группа теорий предполагает, что Эсташ Доже был носителем некой важной государственной тайны. Он мог быть замешан в каком-то заговоре, знать о секретных переговорах или компрометирующих связях короля или его министров. Среди кандидатов называли опального генерала, английского дворянина, итальянского дипломата графа Маттиоли (хотя обстоятельства его заключения известны и отличаются). Кем бы ни был Эсташ Доже на самом деле, его тайна была настолько важна, что потребовались беспрецедентные меры предосторожности. Он умер в Бастилии в 1703 году, унеся свою тайну в могилу. "Железная маска" так и осталась одной из самых интригующих и неразгаданных загадок французской истории.
Но не только люди хранили тайны при дворе Людовика XIV. Секреты доверяли и шифрам. Одним из самых сложных и надежных шифров в истории криптографии был "Великий шифр" Людовика XIV. Он был разработан для защиты секретной дипломатической и военной переписки короля командой отца и сына Антуана и Бонавентура Россиньолей. Россиньоли были настолько важны для безопасности королевства, что работали в комнате рядом с кабинетом короля в Версале и возглавляли так называемый "Черный кабинет" – шифровальную службу. Их "Великий шифр" использовался на протяжении всего долгого правления Людовика XIV и считался абсолютно не поддающимся взлому. Секрет его стойкости заключался в сложной системе, сочетавшей элементы простой замены (моноалфавитной) и номенклатора. Шифр использовал 587 чисел, но они обозначали не отдельные буквы, а целые слоги! Фактически, Россиньоли шифровали звуки речи, что было уникально для того времени. Кроме того, в шифр были включены числа-ловушки (пустышки), которые ничего не означали и служили лишь для запутывания дешифровщиков. Существовали также варианты шифра для разных корреспондентов. "Великий шифр" оставался неразгаданным более 200 лет после смерти Людовика XIV. Он перестал использоваться лишь в 1811 году, когда умер последний из династии Россиньолей, унеся с собой ключи. Лишь в 1893 году французскому криптоаналитику Этьену Базери после трех лет упорной работы удалось частично взломать шифр, подобрав значения для некоторых слогов. Однако полностью шифр так и не был раскрыт. Это означает, что огромный массив зашифрованной корреспонденции времен Людовика XIV, хранящийся во французских архивах, до сих пор остается непрочитанным. Эти документы могут содержать неизвестные подробности о политике, интригах, войнах и личной жизни Короля-Солнца – целых 150 лет французской истории все еще ждут своего часа, скрытые за непроницаемой завесой "Великого шифра".
Отсеченная голова и потерянный дофин: Проклятие Бурбонов
Династия Бурбонов, пришедшая к власти во Франции после Религиозных войн, также оставила после себя немало загадок и трагических историй, особенно связанных с периодом Французской революции и последующей эпохой.
Генрих IV (1589–1610), первый король из династии Бурбонов, вошел в историю как "Добрый король Анри". Приняв католичество ("Париж стоит мессы!"), он положил конец кровопролитным Религиозным войнам и принес Франции долгожданный мир и процветание. Он был убит фанатиком-католиком в 1610 году и похоронен в базилике Сен-Дени, традиционной усыпальнице французских королей. Однако его праху не суждено было покоиться с миром. В 1793 году, в разгар Французской революции, когда Бурбоны стали символом ненавистного "старого режима", толпа революционеров осквернила королевские гробницы в Сен-Дени. Останки королей и королев были извлечены из могил и сброшены в общую яму. Когда после Реставрации Бурбонов в 1817 году массовое захоронение было вскрыто для перезахоронения королевских останков, выяснилось, что голова Генриха IV отсутствует. Куда она делась? На протяжении почти двух столетий судьба головы "Доброго короля Анри" оставалась загадкой. В 1946 году некий фотограф предложил Лувру купить мумифицированную голову, якобы принадлежавшую Генриху IV, но музей отказался. И вот, в 2008 году, мумифицированная голова была обнаружена на чердаке дома пенсионера-налоговика Жака Белланже в городе Анже. Начались исследования. Программное обеспечение для реконструкции лица показало хорошее сходство с прижизненными портретами Генриха IV. Были даже идентифицированы характерные приметы – родинка над губой и шрам от ранения. Казалось, реликвия найдена. Однако возникли сомнения. Во-первых, мозг в найденной голове (усохший до размера грецкого ореха) не был удален, что противоречило обычной практике королевского бальзамирования. Во-вторых, ДНК-анализ дал противоречивые результаты. Сравнение с ДНК из пятна крови, предположительно принадлежавшего потомку Генриха IV, Людовику XVI (сохраненного на платке после его казни), показало совпадение. Но само происхождение этого пятна крови было сомнительным. А вот сравнение ДНК головы с ДНК ныне живущих потомков Бурбонов по мужской линии показало несоответствие! Таким образом, аутентичность найденной головы остается под большим вопросом. Где же настоящая голова Генриха IV? И было ли тело, найденное в 1817 году, действительно его телом? Возможно, революционеры, уважавшие "Доброго короля Анри", похоронили его останки отдельно и с достоинством. Тайна пропавшей головы короля так и не раскрыта.
Пожалуй, самой трагической и трогательной загадкой эпохи Французской революции является судьба "потерянного дофина" – Людовика Шарля, второго сына казненных короля Людовика XVI и королевы Марии-Антуанетты. После казни отца в январе 1793 года роялисты провозгласили семилетнего мальчика королем Людовиком XVII. В это время ребенок был разлучен с матерью (которая находилась в тюрьме Тампль в ожидании суда) и отдан на "перевоспитание" сапожнику Антуану Симону и его жене. Симоны обращались с мальчиком жестоко, заставляли его пить алкоголь, петь революционные песни и ругать своих родителей. Под давлением и, возможно, пытками Людовика заставили дать показания против собственной матери, обвинив ее в инцесте. Эти чудовищные и лживые обвинения сыграли свою роль в осуждении Марии-Антуанетты и отправке ее на гильотину в октябре 1793 года. После казни матери Людовика вернули в тюрьму Тампль, где он содержался в ужасных условиях – в одиночной камере, в грязи, практически без ухода и общения. Его здоровье быстро ухудшалось. 8 июня 1795 года было официально объявлено, что десятилетний Людовик Шарль умер в тюрьме, предположительно от туберкулеза (золотухи). Врач Филипп-Жан Пеллетан, проводивший вскрытие, тайно извлек сердце мальчика, заспиртовал его и сохранил у себя. Однако таинственность, окружавшая последние дни и смерть дофина, а также жестокость революционных властей породили упорные слухи, что умерший ребенок – не Людовик XVII, а подмененный мальчик, а настоящий дофин был тайно вывезен из тюрьмы и спасен роялистами. На протяжении XIX века появилось множество самозванцев (более ста!), выдававших себя за выжившего Людовика XVII. Самым известным и убедительным из них был Карл Вильгельм Наундорф, немецкий часовщик, появившийся в Париже в 1833 году. Он обладал поразительным сходством с Бурбонами, знал многие интимные подробности жизни королевской семьи, имел характерные приметы (деформированное ухо, шрам на губе), как у дофина. Бывшая гувернантка дофина при Версале признала в нем своего воспитанника. Правительство Нидерландов, куда Наундорф позже переехал, официально признало его Людовиком XVII, и на его надгробии в Делфте написано "Людовик Шарль де Бурбон, Герцог Нормандский". Казалось бы, загадка решена? Но ДНК-анализ внес еще большую путаницу. В 1999-2004 годах было проведено исследование мумифицированного сердца, сохраненного доктором Пеллетаном. Анализ митохондриальной ДНК показал ее генетическое родство с ДНК Марии-Антуанетты по материнской линии (Габсбурги). Это подтверждало, что мальчик, умерший в Тампле, действительно был дофином Людовиком Шарлем. Однако сторонники Наундорфа не сдавались. В 2014 году было проведено сравнение ДНК из кости плеча Наундорфа с ДНК ныне живущих Бурбонов и Габсбургов. Результаты этого исследования (хотя и оспариваемые) также показали определенное сходство. Кроме того, возникли сомнения в подлинности самого сердца: король Людовик XVIII (брат Людовика XVI) отказался признать его сердцем племянника, после чего орган много раз менял владельцев, терялся и находился вновь, пока не попал в королевскую усыпальницу Сен-Дени в 1975 году. Не исключено, что это сердце принадлежало какому-то другому члену королевской семьи. Большинство историков сегодня считают, что дофин умер в тюрьме Тампль. Но для немногих энтузиастов и потомков Наундорфа сомнения остаются, и тайна "потерянного дофина" продолжает жить.
-----------------------------------------------------------------
Отблагодарить автора чашкой кофе, если понравился материал ;)
Также вы можете оформить Премиальную подписку, и читать материалы, которых нет и не будет в открытом доступе. К сожалению, правила модерации Дзен не позволяют мне публиковать некоторые тексты, если там присутствуют натуралистичные описания жестокости или иные подробности, которые система трактует как "шокирующий контент". А это значит, что я попросту не могу освещать некоторые темы так подробно, как бы мне хотелось - например, если там описываются пытки, казни, наиболее кровопролитные сражения или военные (и иные) преступления. По этой же причине я не могу цитировать некоторые источники и документы эпохи.
Чтобы избавиться от ограничений, такие тексты я буду публиковать в закрытый Премиум-раздел, где модерация Дзен намного мягче и, к тому же, нет никакой рекламы. Кроме того, несколько раз в месяц там будут выходить массивные лонгриды на 30-60 тысяч знаков, подробно освещающие ту или иную тему. Так что подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!