Найти в Дзене
Хвостатое счастье

Проклятье чёрного ящика (2)

Сердце успокоилось, я попила водички и скосила глаза на Сашку. Тот метался во сне, что-то бормоча. Ему явно снилось тоже что-то нехорошее. Я аккуратно потрясла мужа за плечо, он резко открыл глаза и сел на кровати. - Фух, слава богу! - выдохнул Александр, - это был только сон. * * * * * Я сходила на кухню, налила два стакана тёплого молока себе и Сашке. Моя бабушка всегда говорила, что тёплое молоко успокаивает. Некоторое время мы молча прихлёбывали из стаканов, а потом я спросила: - Сон плохой приснился? Александр помолчал, а потом ответил: - Знаешь, сам не понял. Как будто я очутился где-то на Крайнем Севере, и там весна, лишайники всякие растут. А потом попал в какой-то лес дурацкий, где посреди дороги скала торчит, точь-в-точь могильный обелиск. Я обойти её хочу, а она как в старой сказке меня примагничивает, - Александр допил молоко, - а потом я рванул в бега и тут из камня вылезла наша сестра-хозяйка Нина Ивановна и давай на меня зубами клацать. Сморщенная, прокуренная, волосё

Сердце успокоилось, я попила водички и скосила глаза на Сашку. Тот метался во сне, что-то бормоча. Ему явно снилось тоже что-то нехорошее. Я аккуратно потрясла мужа за плечо, он резко открыл глаза и сел на кровати.
- Фух, слава богу! - выдохнул Александр, - это был только сон.

* * * * *

Я сходила на кухню, налила два стакана тёплого молока себе и Сашке. Моя бабушка всегда говорила, что тёплое молоко успокаивает.

Некоторое время мы молча прихлёбывали из стаканов, а потом я спросила:

- Сон плохой приснился?

Александр помолчал, а потом ответил:

- Знаешь, сам не понял. Как будто я очутился где-то на Крайнем Севере, и там весна, лишайники всякие растут. А потом попал в какой-то лес дурацкий, где посреди дороги скала торчит, точь-в-точь могильный обелиск. Я обойти её хочу, а она как в старой сказке меня примагничивает, - Александр допил молоко, - а потом я рванул в бега и тут из камня вылезла наша сестра-хозяйка Нина Ивановна и давай на меня зубами клацать. Сморщенная, прокуренная, волосёнки жидкие. Ей богу, чуть плохо не сделалось.

- А глаза у неё какие были? - аккуратно уточнила я у мужа.

- Безумные, впрочем как и всегда. И вот теперь я думаю, а на фига эта старая карга в тундру подалась? Ей в Москве места мало?

Молодец все таки мой муж. Любую ересь подведет под вполне логичное объяснение. Поэтому и нервная система, как стальной канат. А вот у меня мысли были другие. Совсем эта бабка с клыками не походила на сестру хозяйку оперблока. Нет, внешне очень даже, и глазки такие... монголоидные и злобомордность. Шапокляк, одним словом. Но мне-то с какого перепуга она приснилась? И почему тоже в тундре? Так - не бывает!

Я перевернула подушку (не люблю тёплую), обняла одной рукой Бусю, второй мужа. На ноги улеглась Баня и мы коллективно захрапели до утра.

- Омно-мно, - слышала я сквозь сон, - Ивановных надо когтить сразу, неважно как их по паспорту зовут! Сразу не закогтишь - они размножаться начинают. Мяв!

- Уууууу, Уруру, когтить и на коврик складывать. Мама утром встанет, а там много мышОвых. Мама обрадуется, уррр!

Хорошо, что я этого уже не слышала...

*  *  *  *  *

Профессор Сарафан Степанович еле-еле дождался ночи. Распорядок дня у оленеводов был жестче, чем в армии. Так всегда бывает, когда люди заняты тяжелым трудом. Когда стойбище охватил ночной сон, Сарафан незаметно отдернул полог и вышел из яранги. Над головой светила тяжелая оранжевая луна. Дорожка из ягеля светилась серебристым  цветом, указывая направление.

Сарафан, пыхтя и поскальзываясь, упрямо шел туда, откуда накануне слышал голос. Вот и стланик, и березки карликовые. Профессор остановился, крутя головой во все стороны, но вокруг стояла густая тишина. Сарафан Степанович еще немного подождал, а потом уверенно шагнул дальше в заросли кустарника.

Некоторое время он шел, не глядя по сторонам, но потом походка его замедлилась. На тропинку потянуло сыростью и затхлостью. Стало очень холодно и даже озноб пробежал промеж лопаток профессора.

Внезапно пространство впереди подёрнулось непонятной дымкой, словно туман спустился на землю. Но какой туман может быть ночью в тундре?

Сарафан остановился и неуверенно спросил:

- Кто тут?

Дымка качнулась, начала видоизменяться, расти, уплотняться, пока не превратилась в лицо безобразной старухи.

- Ты кто? - не испугался профессор.

- Я? - бабка рассмеялась хрипло и протяжно, - я Дулаан Дахтар, Хранительница этих мест. Ты пришёл, храбрый человек...

- Дулаан Дахтар? - переспросил Сарафан, уже поднаторевший в языке местных и недаром славившийся знанием языков, - но ведь это означает....

- Да. Именно это и означает моё имя. Итак, человек, ты хочешь узнать тайну моей скалы? - Чукотская Шапокляк, в которой мой супруг безошибочно бы признал сестру-хозяйку, отодвинулась в сторону. Позади неё среди моховой подушки высилась серая, похожая на обелиск, каменюка. Высокая и безжизненная.

- Хочу, очень хочу! - ответил Сарафан.

- Что готов отдать ты взамен на тайну Мёртвой скалы? - хитро поинтересовался облезлый экспонат, ночной кошмар стоматолога...

- Все, что угодно, - твёрдо ответил профессор Ситечкин.

___________________________________________________________________________

Все материалы канала "Хвостатое счастье" являются собственностью автора и защищены авторским правом! Копирование и распространение материалов запрещено, без предварительного согласия с автором! При цитировании, ссылка на канал обязательна!

Угостить Баню и Бусю паштетовой, куровой и говядиевой можно тут:

СБ 2202 2063 6343 3736

Спасибо!