– Ну что там, юрист что сказал? – Люба встретила Тамару у двери, словно ждала новостей из прокуратуры.
– Сказал, шанс есть. Пункт в договоре нашли. Мол, если «одаряемый» угрожает жизни или здоровью дарителя – можно отменить. Но нужны доказательства.
– А синяки на руках? – Люба нахмурилась. – Покажи-ка!
– Вот… – Тамара закатала рукав.
– Ну ты даёшь… Надя тебя рукой ударила?
– Да так… оттолкнула. Не специально.
– Тамара! Хватит её оправдывать! Она тебя выгнала, чуть не покалечила, и ты всё равно её жалеешь?
– Люба, она же мне как дочь…
– Она тебе никто, раз вот так поступила. Не дай бог у меня внучка такая будет – лучше пусть кошек заводит.
– Я не могу её в суд тянуть. Пусть живёт. Пусть… счастливой будет.
– А ты?
– А я… Я привыкла уже, что мне много не надо. Угол найду. Тепло. Ты рядом. Спасибо тебе, Люба.
– Вот упрямая… – соседка выдохнула. – Ладно. Но знай: если передумаешь – скажи. Я с тобой хоть в суд, хоть на Первый канал.
Тем временем Надя устраивала в квартире «новую жизнь».
– Кирюх, ну что? Классно, да? Тут и зал, и спальня. Всё как мы хотели.
– Да, норм. Только ремонт надо будет переделать. Всё бабкино.
– Не проблема. Я Зинку напрягу – она на шторы даст. А там и шкаф купим. Главное, что теперь — наша.
– Слушай, а ты точно всё оформила? Без подводных?
– Да сто раз проверяла. Дарение, нотариус, всё у меня. Бабка сама подписала.
– Ну и отлично. Тогда давай зови народ. Отметим.
***
Через пару дней, вечером, вся кухня гудела. Друзья Кирилла, шампанское, пиво, пицца, громкий смех.
– За новую жизнь! – чокалась Надя. – И чтоб без бабки под ногами!
– За свободу! – подхватил Кирюха.
– Ой, кто-то курит? Не курите в комнате! – послышался голос с кухни.
– Да не бойся, сейчас открою окно…
– Кирилл! Горим! Дым!
– Ох, твою ж…
***
Пожарные приехали через полчаса. Квартира выгорела почти вся. Потолок – в копоти, мебель – чёрный скелет. Пожар начался от свечи, которую кто-то поставил на шкаф.
– Надя, я тебе говорил, свечи не ставь! – кричал Кирилл.
– Это ты её поставил! Я видела!
– Да что ты мне лечишь? Я вообще на кухне был!
– Иди ты!
– Да пошла ты сама! Я сюда пришёл из-за квартиры. А теперь тут нечего ловить.
– Что?!
– Всё, Надя. Я уезжаю. Пока.
– Кирилл! Подожди! Куда ты? Куда?!
Дверь хлопнула. Следом упала кастрюля – Надя осталась одна среди гари.
***
Через неделю в дверях Любы снова появилась Тамара Игоревна.
– Можно… чайку?
– Конечно. Проходи. Ты чего такая?
– Надя приходила. С вещами.
– А ты?
– Я ей сказала: здесь не гостиница. А потом… плакала всю ночь.
– Знаешь, что я думаю? – Люба налила в чашку. – Ты слишком добрая. Она этого не заслуживает.
– Я это поняла. Но знаешь… мне не жалко квартиры. Жалко, что я Надю потеряла. Её настоящую. Маленькую. С хвостиком. Та – куда-то исчезла.
– Может, ещё найдётся.
– Не знаю.
– Люба, можно я останусь у тебя ещё чуть-чуть? Хочется хоть немного еще побыть в доме, в котором провела всю жизнь.
– Да оставайся хоть навсегда. Мне с тобой весело. И ты вареники лепишь лучше, чем я.
– А ты лучше кроссворды разгадываешь. Нам с тобой не скучно.
Обе улыбнулись. Тамара Игоревна аккуратно поставила чашку на блюдце.
– Главное, Люба, знаешь что?
– Что?
– Что я всё-таки ушла сама. А не потому, что меня выгнали. И что у меня осталась ты. А это – главное. Читать далее...