Дмитрий
Алиса приводит Эмму за наш стол – я даже не удивлён. Сильнее поражает другое – я пошёл на это… Купил дочери живую игрушку. И ладно бы, будь это котёнок или щенок. Я купил человека. До сих пор мысль пульсирует в сознании, оставляя крайне неприятный осадок. Кошусь на Эмму. Она считает меня тираном? Наверняка… Думает, что я привык покупать всё? И тоже права. Я знаю, что могу сделать дочь счастливой, исполняя её желания, но слова Эммы ударили в самое сердце. Девушка права: такими темпами Алиса вырастет эгоистичной, но как теперь говорить ей «нет»? Приучил ведь уже к тому, что ни в чём не отказываю ей.
После смерти Евы всё пошло наперекосяк. И это я недоглядел. Только я виновен в том, что дочь растёт без матери, лишена самого главного – любви человека, который должен быть её маленьким миром сейчас.
Вырастить монстра, чтобы сделать счастливым ребёнка? Или начать отказывать ребёнку? Голова идёт кругом.
- Как это я вовремя! – в столовую входит Влад.
Брат оглядывает нас, хмурится, останавливается взглядом на Эмме и расплывается в довольной улыбке. Я смотрю на него, одним взором давая понять, чтобы даже не смел думать, как затащить её к себе в постель.
- У нас гости? Что же ты не сказал, братишка? Я бы хоть намарафетился, надел наутюженную рубашку. Как зовут столь милое яркое создание, почтившее наш дом своим присутствием?
Влад присаживается за стол и внимательно смотрит на Эмму.
- Это моя мама. Эмма, - первой отвечает Алиса.
- Добрый день, - выдавливает скупую улыбку Эмма.
- Так-так-так, а давайте поподробнее с этого места? Мама? Чего я не знал, брат? Ты уже успел жениться? Почему раньше не сказал мне?
- Это не папина жена, а моя мама. Я купила её сегодня! – гордо вздёргивает подбородок дочь.
Её слова царапают, проникают глубоко в душу. Мне от стыда провалиться хочется. И нет, не перед братом. Перед Эммой. Потому что она сейчас выступает в роли товара, который вот так легко взяли и купили. Хоть и не показываю этого, но совестно. И мысленно я ругаю себя за то, что так легко пошёл на поводу дочери. Я же даже не попытался поговорить с ней и отговорить от абсурдной идеи: я просто пошёл и купил ей маму.
- Купила? Малышка, ты перегибаешь. Как можно купить человека?
- Купить можно всё, - звонко отвечает Алиса.
- Ну да… ну да… Жизнь не купишь, ведь старухе с косой не нужны наши деньги, - фыркает Влад.
Его слова бьют глубже, чем следовало, задевают самые потаённые уголки души, где теплились приятные воспоминания о Еве. Влад ударяет прямо по ним. Глазки Алисы увлажняются.
- Влад, ты бы не мог пообедать в тишине? Иногда тебе следует завязывать язык узлом.
- А тебе хоть время от времени включать голову, когда делаешь своему ребёнку такие подарки и ни черта не объясняешь.
Влад подскакивает с места. Он уже почти уходит, но останавливается в дверном проёме и оборачивается.
- Эмма, мне приятно познакомиться с вами. Очень надеюсь, что знакомство продолжится в более спокойной обстановке. Не люблю человеческую глупость, поэтому вынужден ретироваться сейчас.
Влад уходит, а я замечаю, как разомлела Эмма. Мой брат хорош собой – это бесспорно, но он тот ещё бабник, так что лучше ей не обольщаться на его счёт. Придётся поставить одним из условий нашего сотрудничества, чтобы не крутила романы здесь.
- Мне тоже пора работать. Всё было очень вкусно, и мне приятно, что вы составили мне компанию.
Я встаю из-за стола и кошусь на еду, к которой так и не притронулся.
- Папа, ты будешь работать в кабинете или куда-то уедешь?
- Пока поработаю у себя. А что-то не так, малышка?
- Я хочу, чтобы ты купил мне книгу.
Эмма удивлённо смотрит на Алису, а та сохраняет невозмутимое выражение лица.
- Книгу? Очень интересно, учитывая тот факт, что ты не особо любила бумажные книги, и мы отдали на благотворительность практически всё, что купили раньше. Какая тебя заинтересовала?
Надеюсь, не Франкенштейн или что-то вроде него?
- Я хочу про вредную принцессу, которой хотелось получить корзину ландышей на Новый год. Мне интересно узнать, удалось ли ей сделать это.
Корзину ландышей?
Вредную принцессу?
Что-то не припомню такой сказки…
Вопросительно смотрю на Эмму.
- Двенадцать месяцев, - шепчет она.
Двенадцать месяцев? А причём здесь ландыши? Если мне не изменяет память, то Падчерица добывала подснежники… Или я уже подзабыл сказки, и мне следует освежить память, почитав их с дочерью? Задумываюсь, как часто я проводил с ней время? В последнее время мы сильно отдалились друг от друга и да… практически не общались.
- Ладно. Конечно, я куплю тебе её. Прямо сейчас закажу, чтобы курьер доставил к вечеру, раз тебе так сильно хочется почитать.
Такие порывы стоит поддерживать.
И всё-таки мне не даёт покоя эта корзина с ландышами.
Смотрю ещё раз на Эмму, но она выглядит невозмутимой, словно так и должно быть. Ладно… Значит, это я запамятовал. С кем не бывает? Обязательно освежу память.
- Ты в порядке? Всё получается? – всё-таки спрашиваю у нашей «мамы».
- Всё просто прекрасно. У вас чудесный ребёнок, Дмитрий Евгеньевич. Понимающий и чуткий. С Алисой можно договариваться.
Эмма косится на мою дочь, а та подмигивает ей.
И о чём они успели договориться?
Если честно, то я ожидал, что Алиса уже через пять минут прибежит жаловаться, что наше строптивое рыжее чудо не слушается её, а пока всё даже лучше, чем могло бы быть.
Выхожу в коридор, иду к кабинету, думая не забыть заказать книгу, но у двери меня перехватывает Влад.
- Ты уже совсем с дуба рухнул? – зло цедит брат, глядя на меня… с презрением?
Эмма
Алиса спешит покинуть столовую следом за своим отцом. Мы идём к лестнице, и я слышу напряжённый разговор на повышенных тонах. Он доносится откуда-то неподалёку. Замираю и прислушиваюсь, но разобрать могу только обрывки слов. Дмитрий ругается со своим братом?
- А ты знаешь, что подслушивать нехорошо? – спрашивает Алиса.
Вздрагиваю и перевожу взгляд на девочку.
- Я не подслушивала. С чего ты взяла?
А врать-то плохо, крайне плохо. Я ведь тем самым подаю ребёнку дурной пример, а хотела перевоспитать её. Кого ещё перевоспитывать придётся в первую очередь?
- Ты остановилась. Полина часто так делает. А ещё она иногда подходит к двери и прислушивается, я это тоже видела.
- Но я не подходила никуда. Я просто испугалась. Вроде бы кто-то ругается.
- Папа разговаривает с дядей Владом. Они всегда там общаются. Пойдём уже. Я хочу, чтобы ты снова прочла мне сказку.
Сделать шаг я не успеваю, потому что на меня буквально налетает тот самый «дядя Влад». Ух! Ничего себе какой он высокий и крепкий. Он ловко подхватывает меня за талию, чтобы не упала, и одаривает очаровательной улыбкой. Дмитрий явно уступает брату в дружелюбии, и ростом немного ниже, но в целом они сильно похожи.
- Простите, юное создание. Мне ни в коем случае не хотелось навредить вам. На нервах так сильно спешил… - говорит Влад, отпуская меня.
Пошатываюсь и киваю болванчиком с приоткрытым ртом.
- Всё нормально. Вы появились из ниоткуда, но вроде бы я не хрустальная. Ничего не сломалось.
- Вы даже не представляете, насколько хрустальная. Если бы знали себе настоящую цену, то мы познакомились бы при других обстоятельствах.
Намекает, что я продала себя его брату?
Что-то мне уже не особо нравится тон, которым говорит мужчина, поглядывая на меня. Он меня считает продажной девкой? Ну и ладно… Очаровывать его я точно не собиралась. Это по части Полины, вот пусть она и старается.
- Как знать… как знать, - пожимаю плечами я.
- Эмма, пойдём уже! Я не люблю ждать. Ты моя мама, а не его, должна читать мне сказку, а не общаться с ним.
Влад переводит взгляд на малышку, стоящую на лестнице.
- Если бы я был твоим папой, то научил тебя манерам… и нет, не с помощью ремня, а с помощью тьмы лишений, которые с твоим-то характером тяжко было пережить! – выплёвывает Влад.
Почему-то он смотрит на Алису с презрением. Конечно, характер у девчонки не сахар, но она ребёнок, и такие взгляды на неё… Даже мне кажутся излишними.
Алиса съёживается, она не находится со словами, а её нижняя губка дрожит, словно девочка вот-вот разрыдается.
- Простите, Влад, но мне действительно следует идти. Мы познакомились не при иных обстоятельствах, и я очень надеюсь, что вы с пониманием отнесётесь к тому, что у каждого человека свои причины поступать тем или иным образом.
Быстро поднимаюсь по лестнице, хватаю Алису за руку и буквально тащу за собой. Только когда мы оказываемся на втором этаже, чувствую, как полыхают щёки. Подумала, что в доме есть хоть один адекватный человек, но, наверное, всё-таки ошиблась.
Алиса забирается на свою кровать и ложится. Она выжидающе смотрит на меня, а я впервые замечаю в её взгляде сильнейшую тоску. С этим ребёнком точно происходит что-то серьёзное на психологическом уровне, и мне теперь хочется разобраться, помочь ей. Быть может, она не такая уж плохая, как показалась изначально? Или это мой дурной характер ищет хорошее там, где его нет?
- Эй! Ты чего загрустила?
На ресничках Алисы дрожат слёзы, но она умело подавляет их и отворачивается от меня.
- Читай уже давай! Сегодня ты делаешь то, что я тебе говорю, поэтому читай и не задавай глупые вопросы.
Эх… А я уже подумала, что у нас может получиться выйти на диалог. Сколько раз за сегодня я успела обмануться?
И всё-таки сердце не на месте. После разговора со своим дядей Алиса сильно расстроилась. Какие отношения у девочки с родными? Как относится к ней отец? Он балует дочь, покупая ей множество дорогих игрушек – это бесспорно, но дарит ли он свою любовь? Заботится ли о ней так, как должен родной, любящий человек?
Тяжело вздохнув, я открываю браузер в телефоне и замечаю пришедшее от отца сообщение. У меня сердце обливается кровью, когда читаю его.
Папа: «Дочка, прости, что ты ввязалась во всё это. Не могу найти себе места. Ради сохранения кофейни ты стала пленницей чужого дома. Мама бы никогда не одобрила этого. Знаешь, кофейня не самое главное. Давай всё-таки продадим её и откроем что-нибудь поменьше? Я люблю тебя и не хочу, чтобы ты шла на такие жертвы».
Куда уж меньше? У нас и так маленькое, уютное заведение. Если только открывать киоск по выдаче напитков, но это будет уже совсем не то.
Я: «Папуля, ни о чём не переживай. Со мной всё хорошо. Не вздумай продавать кофейню. Мы справимся. Обещаю тебе. Вечером встретимся». Люблю».
Меня даже удивляет, что пока отвечаю на сообщение, Алиса ничего не говорит и не командует. Задумалась о своём? Оно и хорошо.
Читаю девочке сказку, какое-то время просто молчаливо сижу в кресле, пока мне не приказывают помочь подготовить стол для рисования. Рисует Алиса неплохо, но на каждом её рисунке читается грусть, боль одиночества.
Что же с тобой произошло, малышка? И почему ты стараешься залатать дыру в груди дорогостоящими покупками?
Продолжение:
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
Содержание:
Благодаря этой партнерской публикации канал развивается и продолжает радовать вас интересными рассказами. Просим отнестись с пониманием.
Если вы тоже хотите нас поддержать, можете оформить Премиум-подписку.
