Тревога от комфортной работы в проекте, о которой я рассказывал в одном из прошлых постов, подняла на поверхность набор старых воспоминаний, которые до этого были крепко захоронены в подсознании.
С момента поступления в школу я стал жить с родителями. В детстве я был скорее умным ребёнком — отец привозил мне разные энциклопедии, которые я с удовольствием читал. Но вместе с этим был, что называется, «рассеянным».
Я часто пропускал детали или допускал мелкие ошибки, концентрируясь на сути. И в целом, сосредотачиваться для меня было сложно в разных вещах. Например, когда в школе я начал ходить на секцию восточных единоборств, то не сумел продвинуться даже до базового, новичкового жёлтого пояса, так как не мог выполнить простой захват. Он включал несколько движений разными частями тела, совместить которые для меня было непосильной задачей. Я мог либо тянуть рукой, либо передвигать ногу — но не вместе.
В школе эта особенность сильнее всего отражалась на русском языке. Фраза «как курица лапой» преследовала меня практически до выпускного класса. Мне, в принципе, нравилось понимать те или иные правила русского языка, но когда нужно было писать диктант, я неизменно уходил в процессе в свои мысли и допускал ошибки. Не потому что не знал правил, а потому что, опять же, никак не мог сконцентрироваться на нескольких одновременных вещах: писать рукой, слушать учителя и думать об орфографии.
Это могло бы не быть особой проблемой, потому что были предметы, где моему стилю мышления явно симпатизировали — например, история и обществознание, где способность понимать суть проблемы ценилась выше внимания к деталям. Но была вторая часть проблемы, из-за которой я оказывался между молотом и наковальней.
Мой отец в школе был хоть и неплохим учеником, но, что называется, хулиганом. Так получилось, что после 11 класса он практически единственный не смог поступить в университет. По его рассказам, ему было безумно стыдно перед окружающими. Весь следующий год он работал на стройке и оплачивал репетиторов, чтобы исправить свою ошибку. Особую остроту ситуации придавали угрозы военкомата в случае непоступления — отправить «куда подальше».
Видимо, исходя из этого жизненного эпизода, у него был страх, что его сын окажется условно «тупым» и неспособным к поступлению. Поэтому он крайне полярно относился к моим оценкам. Сколько бы пятёрок по литературе, истории и обществознанию я ни приносил домой, одна тройка по русскому языку намертво перечёркивала все мои достижения и переводила меня в ранг неуспевающего.
Но сделать что-либо с этими тройками я не мог — часть учителей в школе всё ещё были советской закалки, для которых вся суть образования сводилась к чёткому воспроизведению деталей. И меня они не понимали и не переносили.
Доходило до того, что мне приходилось справляться с искушением вырывать страницы из дневника — настолько удушающий стыд я испытывал каждый раз, неся очередную тройку домой, чтобы опять выслушать поток эмоций, который сейчас для меня понятен, а тогда был уничтожающим.
Я был ребёнком и не понимал, что нормально иметь сильные и слабые стороны. И что задача человека заключается в развитии и совершенствовании сильных, а не в бесконечном беге с попытками исправить слабые. В итоге я начал испытывать тревогу ко всему, что связано с внешней оценкой или собственными достижениями.
Прошло много лет, но я до сих пор боюсь. Боюсь, что как бы хорошо я что-то ни делал — снова появится кто-то, кто с одной стороны скажет, что даже самая маленькая ошибка делает бессмысленным всё, или что недостаточно быть хорошим только в одном, пока что-то другое проседает.
Это знание — что за внешней тревогой стоит маленький испуганный мальчик, который просто очень старался — помогает мне чуть мягче относиться к себе. Я всё ещё учусь видеть в себе не только того, кто что-то не сделал, не дотянул, ошибся, а и того, кто умеет понимать, чувствовать, разбираться в сложных вещах. И даже если иногда мне всё ещё страшно, я теперь знаю: страх — не приговор, а сигнал. С ним можно быть. Его можно слушать. И идти дальше — не чтобы доказывать, а чтобы жить.
Узнавайте о новых постах первыми - подписывайтесь на мой Telegram-канал "Цветы для Элджернона"