Если вы думаете, что в Европе всё предсказуемо, просто посмотрите на Польшу. Страна, известная своей исторической подозрительностью к востоку, внезапно делает шаг на юг, — к Турции, — и заявляет, что процесс её вступления в ЕС должен стать "реалистичным и осязаемым".
И вот тут хочется спросить: реалистичным для кого? Для поляков, которые вспомнили о Турции после 40 лет брака без регистрации? Или для турок, которые к этим заявлениям давно выработали стойкий иммунитет?
Анкара подала заявку на вступление в Европейский союз в 1987 году — в то самое время, когда в Советском Союзе ещё существовала статья за тунеядство. Через 12 лет ей дали статус кандидата, и уже тогда это выглядело как компромиссный способ сказать "нет". С 2005 года идут "переговоры", которые больше напоминают разговор двух соседей через забор: слышно, но толку мало. Последний раунд этих обсуждений состоялся настолько давно, что за это время в Европе сменились не только поколения, но и само представление о геополитике.
И вот теперь, когда Эрдоган открытым текстом говорит: "Мы от Европы больше ничего не ждём", — на сцену выходит Польша с белым флагом и авансами. Видимо, в надежде, что Турция забудет предыдущее шоу и начнёт аплодировать.
Наивность? Вряд ли. Европейская дипломатия — это не место для наивных. Тут всё гораздо тоньше. Турцию не собираются принимать. Её используют. С ней играют. Причём правила игры известны обеим сторонам: Европа разыгрывает карту сближения, чтобы включить Анкару в конфликт с Россией, который ведётся руками Украины. Турция — включается, но только там, где это выгодно ей. Это не союз. Это бартер.
Особенно показательно, что инициатором выступает именно Польша. У страны — первая линия соприкосновения с Россией и Белоруссией, и она отчаянно ищет союзников. Особенно таких, чья армия по численности вторая в НАТО. Особенно таких, кто может воевать чужими руками. Особенно таких, кто ещё не окончательно отказался от идеи стать европейцем, хотя и не особенно в неё верит.
Эрдоган слушает. Иногда кивает. Но главное — записывает. Потому что он тоже в игре. Только цели у него не европейские. Ему интересна Средняя Азия. Там он — участник куда более тонкого спектакля: саммит в Самарканде, куда прибыли европейские лидеры, явно не ради того, чтобы просто попить чаю. Но главной фигурой всё равно остаётся Турция.
Именно Эрдоган заявил там, что Средняя Азия должна избавиться от влияния России и Китая. И именно Турция предлагает ей такой путь. Правда, не просто так — за счёт Европы. Её деньгами, её политическим авторитетом и, желательно, без её фактического присутствия. Это идеальная схема: геополитический маршрут, где Турция — водитель, Европа — платит, а решает Эрдоган.
Впрочем, сама Средняя Азия в эти объятия не спешит. Бывшие советские республики умеют балансировать. Их девиз — извлечь выгоду, не выбирая сторону. Новая Османская империя — концепт красивый, но дорогостоящий. Турция пока не тянет. А Казахстан, к примеру, не забыл, что Турция всё ещё не уходит с севера Кипра.
Тем не менее, Анкара может добиться успеха. Но только если Европа даст слабину. Потому что турецкая игра на украинском фронте тогда мгновенно перестанет быть игрой.
Так что, когда в Варшаве кто-то говорит, что пора "реалистично" относиться к вступлению Турции в ЕС, не спешите смеяться. Возможно, они наконец начали видеть, кто на самом деле играет в эту шахматную партию. И кто там — ферзь.