Намедни, в прошедшую среду, ездил в город к отоларингологу на прием. В деревне, где мы живем медпункта нет, фельдшер из Центрального госпиталя раз в неделю приезжает в офис деревенского старосты и принимает жалобы местных деревенских пенсионеров. Лечить не лечит, дает направления к конкретным специалистам в госпиталь. До госпиталя 20 минут езды на машине. Зато в деревне есть модная аптека с лекарствами, косметикой, бижутерией и средствами для похудения или набора веса – кому что больше нравиться. Деревня большая, в основном экспаты, британские пенсионеры и местные, тоже по большей частью пенсионеры.
Поехал к врачу с проблемой, с которой сам уже не справлялся. Купался в холодной воде и, видать, застудил гайморовы пазухи. Врач-отоларинголог – ухо-горло-нос, кипрский грек Йоргос, закончил 1-й мед в Питере и прекрасно говорит по-русски, как и его жена, тоже гречанка, работающая с ним вместе, закончившая тот же Мед годом позже. Благодаря своему настоящему медицинскому, традиционному, базовому советскому, русскому образованию, знанию языка и разумным ценам, его клиника в Лимассоле процветает, отбоя нет от русскоязычных пациентов и своих соотечественников. Клиника оборудована всем, что позволяет заглянуть в ухо, в горло и в нос, анализы делаются тут же, на месте, результаты немедленно используются для постановки диагноза. В общем лечит и вылечивает.
Прибыл к назначенному сроку, припарковался, зашел в приемную, отметиться у секретарши, принимающей и регистрирующей посетителей, и взымающей с них плату по выходу из медицинского блока. С секретаршей объяснялась по-русски дама бальзаковского возраста приятной наружности. Секретарша русским не владела, ничего не понимала и вызвала доктора. Вышла жена Йоргоса и их разговор в полголоса был хорошо слышен в вестибюле. Не затыкать же уши!
— Вот мы приехали, нельзя ли нас сразу принять?
- Нет, к сожалению, перед вами еще 2 пациента, а где она?
- Сидит в машине, вы же понимаете…
- Да, я понимаю, пусть пока сидит, думаю через полчаса мы ее примем. Она сама дойдет? Помощь не нужна?
- Сама, сама, не беспокойтесь. Я тогда пойду с ней в машине посижу.
Ни о чем не подумал, мало-ли желающих вылечит ухо, горло и нос. Достал телефон и предался рассмотрению последних новостей из местных лент: Вот в соседней деревне убежала собака. Просят сообщить. Если кто видел куда побежала. Вот там же женщина ищет мужа на час собрать шкаф из Икеи. Со шкафом за час одному не справиться, нужно два мужа. И так далее.
Прием пациента, зашедшего передо мной, затягивается. Подтянулся и сел, ожидая своего часа русскоговорящий айтишник с лэптопом. Отметился, открыл инструмент и уткнулся в экран. На ступеньках лестницы ведущей к стеклянным дверям появляются две фигуры. Бальзаковская дама поддерживает под руку и помогает подниматься невысокой старушке. Подходят к дверям, видят сидящих, ожидающих своей очереди пациентов, замешкались, но деваться уже некуда, открывают дверь, заходят садятся сразу у входа. В старушке узнаю Аллу Борисовну. Выглядит плохо, голова не ухожена, шляпа, очки в пол-лица, но бодро, в четверть голоса, о чем-то поучает свою спутницу. По сторонам не смотрит, сохраняет инкогнито. На здоровье! Меня зовут на прием.
Выхожу залеченный, в вестибюле прибавилось ожидающих. Но это зеленая молодежь, которая, возможно и имени нашего бывшего кумира уже и не знает. Занята своими телефонами, скучает. Прохожу мимо Борисовны, «до свидания» не сказал, нас не знакомили. Политес соблюден, но стало жалко бабушку. Угораздило на старости лет вляпаться. Но каждый сам кузнец своего счастья и сам его потом расхлебывает.
Всех с наступающими праздниками!