Началоhttps://dzen.ru/a/aAEb4sj2F2BXIrrJ
Тревожная тишина окутала мрачный лес. И лишь время от времени разносились среди высоченных сосен жуткие звуки стука дерева.
Это двое князей, правителей могущественных своих государств, собственноручно разбирали завалы дома ведьмы. Не было между ними ни голословных обвинений, ни тоскливых криков, а лишь холодный расчет и слаженная работа.
- Это бери ... Вправо ... Раз-два, взяли ... сперва верхний вытащим, потом тот, Нижний сруб... осторожнее, чтобы не завалилось...там они были в той комнате...давай с той стороны расчистим…
Каждый из них желал найти самой первой свою возлюбленную. А у Глеба еще и за дочку болело сердце.
- Они должны были где-то спрятать девочку, - пытался подбодрить его Владислав.
- Почему? Почему зелье не выпила какая-нибудь из наших женщин? Почему дали его Цветане? - вдруг вскинулся Глеб.
- Потому что она ближайшей была к Повелителю. Потому что она знает хорошо целительство. Потому что, в конце концов, надо было усыпить его бдительность. Это же обсуждалось сотню раз, Глеб! И ты сам видел, что лишь ей давалось это заклятие покорения темной силы. У них бы ничего не получилось, если бы не удалось хотя бы на мгновение сковать Повелителя. Ты сам видел, что это смогла сделать лишь Цветана. Наш план был тщательно продуман и это было лучшее решение.
- Да, все так, Владислав. Но теперь я ищу под завалами жену и дочь. И не знаю, найду ли их живыми, - вздохнул тяжко нахмуренный Глеб.
Вдруг они услышали звук. Быстро и слаженно отодвинули деревянные бревна, под которыми слышались вздохи. Каждый из мужчин надеялись там увидеть свою женщину, но высунулась запыленная рыжая голова.
- Ох, вот это меня придавило! - пыталась выбраться из-под завалов Цветана. - Все тело побито. Ох, я чувствую чьи-то руки рядом. Осторожнее, возле меня кто-то лежит.
Едва выползла наверх ведьма, а мужчины отбрасывали уже те доски, на которые указала ведьма. И вдруг сковало все холодом в груди Владислава. Он первым увидел совершенно побелевшее и чистое от проклятия лицо Лагоды. И лишь тонкая струйка крови краснела у виска. Он приложил пальцы к шее, припал к сердцу, слушая, бьется ли.
- Цветана, взгляни! - воскликнул отчаянно. - Она еще жива? Она должна быть живой!
- Ох, подождите, дайте мне хоть встать, - стонала ведьма. - Хорошо, что все свои снадобья я храню в погребе. Потому что в этом беспорядке мы бы ничего не нашли.
Цветана поплелась к спрятанному под мхом погребу, распахнула дверь и полезла вниз.
Владислав пытался вдохнуть жизнь в свою любимую, давил на сердце, прислушивался к дыханию. Сокрушенно вздыхал: "Я любил ее и такой. Что мне с того, что она теперь красива. Лишь бы очнулась... лишь бы жила".
Глеб же раздвигал балки, потому что заметил рядом край бархатного платья своей жены. Зореслава тоже была без сознания. Он вытер ее лицо, осторожно вытащил ее тело. Похоже, что рука точно была сломана, на платье темнела черными пятнами родная кровь.
- Вот, этот отвар должен взбодрить ее, - поднесла какое-то питье Глебу Цветана. Провела рукой по лицу, по шее женщины. - Я чувствую, что она жива. Влей ей в рот. Она очнется.
Владислав же сгоряча схватил тело возлюбленной на руки отнес ее под раскидистое дерево.
- А вот здесь будет сложнее, - задумчиво пробормотала Цветана, подойдя. - Но она не умерла, жизнь еще теплится в ней. Ей также надо выпить мой отвар. Слышишь, Владислав?
Владислав ничего не слышал и не видел вокруг. Он стиснул в объятиях хрупкое тело, и скупые мужские слезы навернулись на глаза.
- Нет-нет, - шептал князь. - Я не смогу пережить потерю любви еще раз.
Глебу повезло больше. Зореслава вскоре очнулась. Но первым словом, сказавшим, было тихое:"Ярослава".
- Сейчас, любимая, мы найдем ее.
- Там где-то, где была дверь.
- Скорее, Цветана, помоги!
К счастью, ведьма, с которой любил делить постель уничтоженный Повелитель, почувствовала в себе новую способность. Она легким движением руки смогла поднять вверх тяжеленные деревянные бревна и без труда отыскала под ними маленькую девочку.
Оба родителя мигом склонились над ней. Зореслав терла ручки, всхлипывала и вспоминала все заклинания исцеления, которые когда-либо знала. Отваром напоили и Ярославу. Однако шли минуты, но ни Ярослава, ни Лагода не очнулись.
Цветана достала из своего погреба все магические средства, которые имела. Колдовали обе над маленькой и большой ведьмами всеми возможными способами.
А когда уже багровое предвечерье спустилось на таинственный лес и солнце, пряча свои лучи в шелестящих деревьях, садилось за небосклон, девочка наконец очнулась.
- Маленькая моя, солнышко мое, – не выпускали из объятий Ярославу радостные родители. - Девочка наша! Ты жива! Ничего не болит? Как ручки, ножки, головушка не болит?
Ярослава качала головкой. Что, мол, ничего, действительно, у нее не болит. Опоры так удачно сложились, что дверь упала, но не придавила маленькую, а наоборот, стала для нее защитой от верхних срубов.
- Это Дормидонт превратился в гигантское чудовище и защитил меня, – радостно сообщила всем девочка.
Однако больше всего не повезло именно Лагоде. Ее тело все было в синяках и царапинах. Бледное лицо не давало никакой надежды на то, что она выживет. Владислав не отходил от нее три ночи. Так и ночевали там, в лесу, под открытым небом. Ярослава же с Зореславой спали в уютном погребе.
А на третий день, когда Владислав уже потерял надежду и сидел чернее, чем грозовая туча, неожиданно пошел проливной дождь.
Цветана все эти дни не прекращала свои ритуалы, заклинания, чем-то отпаивала Лагоду.
И когда капли дождя стекали прозрачными лентами по лицу, густые ресницы затрепетали, и Лагода открыла глаза.
– Ну, наконец-то, - облегченно произнесла Цветана. - Мы тут уж и хоронить тебя собрались. Владислав совсем исхудал.
Он нежно обнял ее, взял на руки с той лежанки, что они смастерили.
- Ты жива ... сердце мое, душа моя, ты жива..., - вдыхал мокрый запах ее потемневших пшеничных волос, целовал виски.
Лагода одной рукой обняла его за шею, второй провела по своему лицу.
– Я опять красивая, - прошептала. - Мы уничтожили его, да?
- Собственно, никаких признаков, что он остался существовать нет, – сообщила Зореслава, придерживая перевязанную руку. Все вместе стояли рядом, улыбаясь и радуясь тому неоценимому счастью, когда родные остались живы. - И никаких следов его темной энергии Цветана не обнаружила.
- А Дормидонт откуда-то узнал, что темный замок исчез, - гордо сообщила Ярослава. - Он утверждает, что Повелитель, вероятнее всего, уничтожен, хотя другие темные магические существа не пострадали. Мир будет существовать и дальше. Магия и колдовство будут среди нас вечно. Так сказал Дормидонт, – а потом устало добавила. - Мама, я хочу домой. Я устала здесь. В лесу сыро и холодно. И мне очень скучно.
– И я хочу домой, - вдруг добавила Лагода, взглянув на Владислава. - Хватит уже с меня этих приключений. Я хочу тихой и спокойной жизни вместе с тобой.
- Любимая моя! Мы отправляемся домой. Люблю тебя превыше всего, хоть красивую, хоть не очень. Неважно, ведьма ты или обычная женщина. Ты - мой дом, моя крепость и моя жизнь.
И улыбнулась на те искренние слова Лагода, потому что самое прекрасное и сильное чувство во всем мире, которое способно преодолеть любые препятствия и пройти самые сложные испытания - это, конечно, любовь.
Эпилог
Посреди безгранично широкой равнины стоит истуканом, серым отшельником, храм служителей светлого бога. Вряд ли можно было бы узнать княгиню великого княжества Подгорье в скромной женщине, сидевшей на лестнице. Подставляла свое красивое лицо Солнцу, разглаживала складки простого серого платья и терпеливо ждала встречи с самым главным служителем храма.
Седобородый старец в простой изношенной одежде спустился к ней и сел рядом.
- Здравствуй, дорогая княгиня, рад тебя видеть в нашем святилище.
-Здравствуй, служитель. И я счастлива быть здесь, - чуть с дрожью в голосе сказала Лагода. - Хотела поговорить с тобой, получить прощение и искупление за свое темное ведьмовство. Я сожалею, что прошла такой путь.
- Твой путь привел тебя к той Лагоде, какая ты есть сейчас. Ничего в этой жизни так просто не случается. У всего есть причина и следствие.
- Но ведь я была темной ведьмой…
- Какая разница, в конце концов, как называется та или иная магия: темная или светлая? Ты своими поступками доказала, что служишь добру. Ты способствовала уничтожению величайшего зла. Я был на княжеском дворе, я почувствовал ту необычайную силу от ведьмака. Однако тебе удалось его уничтожить. Тебе удалось сделать невозможное. Вы вместе избавили мир от самого могущественного существа из всей нечисти. Так что не стоит относить себя к темной стороне, когда ты на светлом пути. Не расстраивайся, княгиня. У каждого из нас свой путь в жизни, который надо пройти с достоинством. У каждого из нас свое искупление за прежние ошибки. Но всегда есть выбор. Каждый раз мы сталкиваемся с перепутьем. И от того, какую тропу ты выберешь, зависит то, где ты окажешься в конце своего пути. Слушай свое сердце, но и прислушивайся к своему разуму.
- А является ли неправильным то, что я до сих пор обращаюсь к ведьмовской книге. Варю зелье для своего друга Луки?
- Он не использует их для того, чтобы навредить людям?
- Нет-нет. Он торговец зельем, путешествует по миру, продает мои наработки. Там преимущественно такие средства, помогающие исцелиться, преодолеть болезни.
- Значит, получается, что он также действует во благо других. Это не зло.
Княгиня Лагода немного смутилась, потому что заметно было, что хотела задать самый важный для нее вопрос. Поправила прядь непослушных волос, которые трепал игривый ветер.
- Меня еще волнует такой вопрос. На самом ли деле я жена Владислава? Мы обвенчались в храме светлого бога. Однако темными силами я связана браком с другим.
- Я слышал, что темный замок исчез, развеялся, словно пыль. А поскольку ваш брак, видимо, заключался в темном замке, то можно считать его отмененным. Мы не признаем договоренностей, которые были созданы в том, ином мире. Что такое брак? Это какая-то условность для других, то, что нужно для людей или для каких-то выгод? Или это искреннее сочетание двух судеб навеки? Если второе, то в браке ты только с Владиславом.
– Да, да, - кивала головой Лагода. - И буду с ним навсегда. Я люблю его истинно, искренне, превыше всего. И боюсь, чтобы любовь моя не была для него обузой. Чтобы не навредила ему. Ведь слухи уже распространились, что он в браке с темной ведьмой. И соседи его возмущаются.
- Ну, князь Владислав вряд ли когда-то считался с мнением других. Знаешь, расскажу тебе одну историю, хоть и должен хранить тайну. Однако я полагаю, что ты должна это знать, - взял своей старческой рукой нежную руку Лагоды. - Недавно ко мне приезжала княжна Радислава, плакалась горько, что приходящая к ней во сне сестра приказывает и ей, и отцу отцепиться от Владислава и жить с ним в мире и согласии. А Радиславе советует найти себе другого мужчину и даже не думать о подгорском князе. Это я к чему веду, княгиня. Тебя оберегают высшие силы, потусторонние существа, твоя магия. Доверяй Вселенной и живи этой жизнью в полную силу. Будь счастливой и любимой, потому что в этом твое предназначение.
- А дети? Смогу ли я когда-нибудь подарить Владиславу сына?
- А что дети? - задумался служитель. - Да, это счастье и радость. Но главное - это свет в тебе, Лагода. Не знаю, будете ли вы иметь потомство, но пусть ваша любовь прорастет внутри вас, крепче и крепче связывая ваши сердца и судьбы. Пробуждай все лучшее в себе: благодарность за каждый рассвет, радость от каждого прожитого дня, любовь к этой жизни. И Вселенная услышит тебя, откликнется тебе, посылая щедрые дары. Ведь второе имя женщины - это "любовь". Так что лелей эту любовь в своем сердце и окропляй ею все вокруг. Потому что так было задумано тем, кто создал всю нашу жизнь.
Конец