Тревожные партнёры очень страдают от одиночества и отсутствия отношений. Когда люди с надёжным типом вступают в отношения или ищут их, это означает, что остальные сферы их жизни более или менее налажены, ресурсов и времени достаточно для того чтобы теперь начать отношения.
У тревожных отношения – как лекарства для хронически больного. От болезни не вылечат, но без них гораздо труднее. Даже если есть неоднозначны побочные эффекты. Все потому, что страдать от разбитого сердца немного проще, чем от страха смерти.
А у тревожного именно такого выбора в жизни:
- быть в одиночестве, ощущать себя покинутым и брошенным, изгнанным их племени, а значит, без 5 минут мертвым.
- Или же жить с кровоточащей раной на сердце, болезненно, но в целом вполне переносимо?
Втрое для тревожного человека более понятно, привычно, а значит более просто и желаемо.
Исходя из этого выбора, тревожный должен занять место партнёра каким-то человеком. Каким именно – второстепенны вопрос.
Представьте магазин, в котором сотрудники уже несколько месяцев работают без выходных, потому что персонала не хватает. Просто некому сменить кассира и администратора. А функционал у них такой, что кто-то из них уйти не может, потому что в этом случае работа магазина встанет. Без кассира не будет продаж, без администратора банально нельзя будет принять товар и пополнить запасы продуктов на полках.
И вот в этот магазин приходит новый сотрудник. Он плохо считает, делает много ошибок, вид у него помятый. В разговоре с ним становится ясно, что это человек не очень надёжный, порой склонный вести себя по-детски.
Кассир и администратор смотрят друг на друга глазами, под которыми мешки от усталости всех оттенков фиолетового. Они без слов понимают друг друга: с этим человеком будет много проблем. И проблем связанных именно с его безответственностью. Но сейчас лучше хотя бы он, чем вообще никого. Потому что в противном случае кто-то из старых работников просто сляжет.
Тревожный партнёр – это такой же сотрудник магазина. У него нет времени подобрать подходящего партнёра. А конкретно сейчас он буквально погибает от невыносимых чувств. Любой партнёр подходит. Практически любой.
И вот какими бывают выборы тревожных партнёров:
Идеальное попадание
При мысли об этом человеке сердце замирает от необыкновенного тепла. Но и от необыкновенной боли тоже. Этот человек – единственный такой в целом мире. Он был всем. Или мог стать всем. И не стал. Это не просто какие-то отношения. Это отношения, которые бывают раз в жизни...
Или же, вы нашли человека для идеального переноса. Джек-Пот!
Правда о том, для чего тревожный партнёр отыскал такое сокровище, лучше не думать.
У тревожного партнёра слишком глубокая травма доверия и привязанности, чтобы он был способен перешагнуть через всю свою боль и с вот этим идеальным человеком построить уже наконец свое светлое будущее, свое "долго и счастливо".
Тревожный может фантазировать сколько угодно о том, что мечтает о теплых и надёжных отношениях. Его психика в это время, как наемный убийца под покровом ночи, будет искать подходящего игрока для своей игры. Она будет искать человека, с которым глубокие болезненные травмы прошлого можно будет вытащить на поверхность из самых темных глубин.
Вытащить, вскрыть и предпринять попытку исцелиться. Риски огромные, ведь такие травмы – это много лет спавшие на дне морском мины. Они могут взорваться в любой момент и тогда всех кто рядом, разорвет на части.
Но психика тревожного идёт на это. Потому что быть океаном, дно которого усеяно такими минами - довольно тяжело.
Таким образом, случай, когда партнёр кажется самым особенным и самым-самым – это случай, когда психика готовится к работе над серьезной травмой.
Особенный трепет, нежность и сладость этих отношений – это уникальный гормональный коктейль. Такой потребляют абсолютно все жертвы абьюза в лучшие времена своих абьюзивных отношений.
Этот коктейль – смесь гормонов, выделяющихся от ощущения близкой опасности, и всех гормонов любви и счастья. Туда же добавляются гормоны, приглушающие боль. Это похоже на бокал шампанского, который дают осуждённому к смертной казни, перед тем, как усадить его на электрический стул.
Тревожные тоже могут испытать действие этого гормонального коктейля, если найдут своего «единственного».
Этот эмоциональный коктейль – маркер ситуации, сложившейся по принципу: «шансов выжить практически нет. Но если выживешь – озолотишься».
Жертвы стремятся к абьюзерам, словно зачарованные, именно потому, что только рядом с абьюзером (без терапии) возможно достать до дна своей самой глубоко травмы, оттолкнуться от него и может быть уже выплыть наконец на какие-то светлые и мирные просторы с кромешного морского дна.
Тревожные по сравнению с хроническими жертвами не так сильно стремятся в ситуации, где возможна «экстремальная проработка». И отличие тревожных от хронических жертв в том, что:
- Тревожные могут совершать разные выборы, не только разрушительные.
- А вот жертвы практически не способны выбрать кого-то кроме очередного абьюзера.
Для чего тревожному нужен человек, способный стать субстратом для идеального переноса?
В отношениях с родителями, где тревожный стал тревожным, был значимый вопрос, воплощённый особым образом. Вопрос звучит как:
«Так ты любишь меня или нет? Я могу рассчитывать на жизнь, или нет?»
А вот в каких словах, мини-ситуациях, жестах, мимике, интонациях, речевых оборотах, в какие глаза при этом надо было смотреть – это особые условия, в которых этот вопрос проигрывался.
И в них секрет переноса. Когда психика находит человека, подходящего для переноса, она может максимально быстро и четко отрыть портал в адское прошлое.
Казалось бы, нашелся «тот самый и единственный». Но вот проходит совсем немного времени, и ты вдруг оказываешься в ревущем аду своих разрушительных эмоций. Потому что всегда надо продолжать:
«Тот самый и единственный для хорошего переноса».
Чем больше совпадений у человека в настоящем с образом фигуры из детства, тем проще будет наконец разрешить этот вопрос:
«Так ты любишь меня или нет? Я буду жить?»
Как отыгрываться этот вопрос между родителем и ребенком – это основа истории. А во взрослом возрасте эта модель могла трансформироваться, мутировать, измениться практически до неузнаваемости. Но по сути это будет та же модель.
Например, ребенком человек может страдать от мучительно страха быть брошенным. А во взрослом возрасте тот же страх уже будет выражаться в форме гнева. Просто потому, что подросший человек набрался сил и навыков, чтобы взять реванш.
И способ, которым тревожный собирается «отработать» свою травму в переносных отношениях – это то, что уготовано этому единственному неповторимому. Если это годами копившаяся злость на нерадивого родителя – единственный, как раз и получит эту злость. Вовсе не для любви тут все собрались. Это мало, похоже, на любовь.
Девушка влюбляется в парня, который кажется ей очень особенным. Его глаза, черты его лицо, его голос, его повадки – все это кажется ей таким привлекательным! И не просто привлекательным, а зачаровывающим. Она хочет быть с ним каждую минуту. И это все, чего она хочет. Чуть позже оказывается, что этот парень имеет сложности с финансами и алкоголем.
Он вообще, почти постоянно живет в условиях стресса от непосильного объема проблем. Рядом с таким человеком жизнь трудно выносима. Девушка страдает, но уйти не может. Потому что парень невероятным образом похож на ее отца. Но за магию узнавания родного человека приходится расплачиваться реальными проблемами.
Также, как этот парень невероятно похож на отца внешне и на уровне поведения, он невероятно похож на отца и атмосферой и условиями жизни, которые создаёт вокруг себя. Да, это по ощущениям совершенно родной человек. Но родной не равно безопасный.
Партнёр, подошедший для идеального переноса, словно бы озвучивает ответ на самый важный вопрос о жизни и смерти. Притом делает это метафорически теми же словами, фразами, интонациями, что и родитель.
Поэтому, даже после разрыва этих отношений, воспоминания, вызывающие трепет у тревожного, ещё долго будут возвращаться. Можно выстроить трехэтажную логическую цепь из доказательств, почему этот партнёр вреден для жизни. Но чувство тепла к нему будет жить, может быть ещё много лет.
Как обычно
В отличие от жертв, тревожные не постоянно выбирают человека, способного устроить им максимально экстремальные условия. У каждого тревожного есть участок на шкале того, какими бывают его партнёры, который можно назвать «моя условная норма».
Обычно это партнёры, эйфория от которых не такая сильная не такая длительная. А переживания от их травмирующего и тригерящего поведения не такие интенсивные и болезненные. Но назвать такие отношения спокойными все равно нельзя.
Даже если партнёр не очень похож на родителя, его поведение все равно звучит для тревожного, как ответ на вопрос о жизни и смерти. Родитель отвечал:
«Не знаю, может быть. Как пойдет. Зависит от тебя».
А партнёр тревожного воспроизводит то же самое, но уже с уклоном в сторону:
«Может быть, зависит от тебя».
Чем дальше партнёр от фатального по шкале «какими бывают партнёры», тем больше в его ответе этого «может быть», тем больше надежды. Проблема в том, что чем больше эта песня-ответ отличается от оригинала, тем больше она непонятна для тревожного.
Он и хотел бы всем сердцем услышать, что будет жить, потому что любим. Но он же является человеком, который не знает этих слов. Он выучил весь язык кроме них. Когда они звучат, он не понимает их смысла.
Партнёр «как обычно» для тревожного – это партнёр, которого легко идеализировать. То есть, его легко пригласить на роль актера своего драматического театра. И он даже будет выполнять свою роль. Но от всех его движений будет ощущение смутного неудовлетворения. Что-то будет неуловимо не так, словно в фирменном рецепте недостаток какой-то одной приправы.
И за это ощущение неудовлетворения от несовершенности тревожный обязательно будет вымещать на партнёре, но даже не будет знать, почему.
И также легко с этого человека спадает все очарование, когда магия идеализации заканчивает свое действие. Но разочарование от условно нормального партнёра у тревожного тоже не такое сильное, как от фатального.
Через некоторое количество условно нормальных для тревожного партнёров, тревожный вообще может перестать воспринимать всю динамику таких отношений всерьез. Он будет страдать, но как будто не до конца искренне.
«Как обычно» – это партнёр, лишь условно напоминающий тревожному родителя. Так что временами он легко может убедить себя, что это «не тот человек». А на самом деле это просто «не совсем тот человек».
Что-то не то, но что поделаешь
Ещё чуть дальше от фатального по шкале «мои партнёры» у тревожного есть такой типаж «что-то не то, но делать нечего».
Людей этого типа тревожный выбирает, когда выбора у него особо нет. Например, потребность в отношениях такая сильная, что нужно скорее получить «дозу» эмоционального коктейля. Уже не важно, какого качества, хоть какую-нибудь. Иначе будет жестокая ломка.
Таких партнёров тревожный выбирает, и когда выбор в целом не очень большой. Например, такого партнёра тревожный может выбрать из своего коллектива, в котором двое мужчин на 20 женщин.
От этих отношений у тревожного постоянное фоновое чувство отвращения и голода. Может присутствовать фрустрация:
«Я зачем вообще в этих отношениях нахожусь?»
Противно и от партнёра и от самого себя, потому что зачем-то такого партнёра «подобрал», как бездомного котенка. А теперь мучается, потому что решение подобрать котенка было импульсивным. Котенок портит обои и настроение, а выгнать не представляешь как.
При этом партнёр такого типа может быть прекрасным человеком. Вот беда, обычные для любого человека недостатки у него выглядят гипертрофированными для тревожного. Почему? Потому что он не может вызвать гормональный всплеск, который сделает эти недостатки невидимыми.
А тревожному вообще непривычно смотреть на недостатки партнёра трезво. Он-то опьянён эйфорией, то страданиями. Сначала в эйфории недостатки подходящего партнёра кажутся ему незначительными, потому что наконец-то нашелся источник достаточно сильных эмоций.
А потом они кажутся незначительными, потому что этот источник собирается исчезнуть, что вызывает всплеск эмоций страдания вперемешку с эмоциями привязанности. Убойный коктейль, под таким коктейлем вообще наплевать на любые недостатки человека.
Партнёр типажа «что-то не то» такие эмоции дать не может. Его недостатки видно, как есть. Да он, по сути, обычный нормальный человек. Но тревожный испытывает у нему отвращение уже очень скоро после начала отношений. И рано или поздно уходит.
Приятель на время беды
Иногда тревожный находит себе партнёра из категории «что-то не то», но из-за внешних обстоятельств создаётся забавный эффект. Если у тревожного в жизни на этом отрезке уровень стресса зашкаливающий, он может принять человека «что-то не то» за «привычного», а иногда и за «того самого».
Чем сложнее обстоятельства в жизни тревожного, чем больше его психика расшатана, тем проще тревожному будет даже совершенно неподходящего партнёра принять за «своего».
Привязанность к такому партнеру может быть довольно крепкой. Но не потому, что это человек, подходящий для переноса. И не потому, что этот человек стоит того, чтобы к нему привязываться. Нет. Просто психика отпечатала его образ гораздо ярче, чем обычно. Просто, потому что уже находилась в аварийном состоянии.
Этот более яркий отпечаток называется травматической связью. Такой эффект испытывают люди, столкнувшиеся с войнами или терактами. Тот, кто был рядом в экстремальный момент, необъяснимо видится более родным и близким. Хотя при обычных условиях отклика он не получил бы.
То есть, химия гормонов от внешних обстоятельств может дополнить химию от партнёра из категории «что-то не то». В этом случае путь к отвращению и разрыву будет несколько длиннее.
Надёжные с зазубринами
Надёжные партнёры редко вступают в отношения с тревожными. Надёжным есть чем заняться помимо бесконечных эмоциональных качелей. Тревожные не выбирают надёжных обычно потому, что от них нет никакого профита, как кажется травмированной психике. Ни эмоций, ни условий для экстремальной проработки травм. Ни даже простого отвращения.
Надёжные для тревожных – это область, где ни одно слово не знакомо. Кому вообще захочется изучать какой-то странный язык с нуля, если уже знаешь довольно неплохо несколько других языков?
Но иногда тревожные и надёжные сходятся. У тревожного в этом случае за плечами может быть серьезный багаж «проработок в экстремальных условиях», а на плечах – невыносимая усталость от их последствий.
Надёжный при этом тоже будет иметь некоторое «но». Может быть, он вообще редко вступал в отношения по причине «непопулярности» у противоположного пола. Теперь этот сумасшедший тревожный выглядит для него, как попытка с маленькими шансами, но все же попытка. Возможно, последняя попытка, потому что годы уходят. Или потому что уже много лет прошло, а партнёра все нет. При этом человеку может быть как 19, так и 35, когда по-честному говорить о возрасте и отсутствии отношений из-за него странно.
Тревожный партнёр может переживать не лучшие свои времена, надёжный окажется рядом и создаст комфортные условия. Комфортные не для проработок и эмоциональных всплесков, а просто для того чтобы восстановить силы. При этом тревожный будет считать надёжного «каким-то не таким», но у него не будет сил уйти или отказаться от этих условий.
Надёжный при этом будет действовать по принципу: «для наследного принца наконец-то нашлась принцесса в жены! А то что она не от мира сего – это мелочи, на которые надо закрыть глаза».
Надёжный в этом случае сам может иметь опыт отношений, где фокусам тревожного его уже обучали. Он уже знает, что тревожного надо бесконечно успокаивать и утешать. И успокаивает и утешает.
И вот тогда травмы тревожного начинают сначала стремится на поверхность с неимоверной силой, а потом понемногу исцеляться. И хотя надёжный даёт ответ на самый важный вопрос на совершенно незнакомом языке, он единственный даёт правильный ответ: «да, я люблю тебя. И поэтому ты будешь жить».
Иногда надёжный со своим «но» – это человек с высокой толерантностью ко всяческим эмоциональным приключениям. Это может быть человек из семьи, где один из членов был тяжело болен физически или психически. При этом он будет демонстрировать верность и привязанность к своему тревожному партнеру, ему будут казаться грибным дождичком все тревожные модели.
Потому что главная буря в его жизни была там, рядом с больным родственником. Но в этом случае надёжность и привязанность имеют оттенок спасательства. Не смотря на сложность исходных данных такой тандем вполне может быть целительным для обоих. Для одного, потому что его принимают. Для другого, потому что принимать нужно все меньше и меньше ужаса и боли.
Если вам понадобится помощь, обращайтесь к автору этой статьи
Читайте другие статьи по этой теме:
© Все права защищены.
Эксперт по зависимость/созависимость Буренков Д.В.
На консультацию Вацап: 8-918-253-73-83
