Вика вдруг почувствовала какую-то тревогу: о каком эскорте он говорил? Она, конечно, знала о такой услуге, которую оказывают женщины, понятно, что теперь и женщины могут нанимать себе мужчин для разных услуг. Особенно если женщина богата, для развлечения можно и нанять себе такого. Правда, Иван не подходит для такого: во-первых, характер у него такой, что не позволит делать из него игрушку. Во-вторых, вряд ли понравится даме платить за тело, которое в шрамах, которое изранено... Она подумала, что надо было спросить, кто же это такая, что предлагала ему подобное.
А Иван с утра снова пошел искать работу. На ступеньках биржи труда сидели и стояли люди, большинство из них были молодые. Иван поднялся по ступенькам, прошел в помещение. Там у окошек толпились люди, в основном мужчины. Женщин было мало, и почти все они были среднего возраста. Отошедшие от окошка с листками бумаги две из них спокойным говорили между собой:
- Ну, вот и нашли работу – пойдем на стройку, - говорила одна.
- Да хоть куда, лишь бы зацепиться, да что-то зарабатывать, - соглашалась другая.
Иван попытался пройти к стенду, на котором висели объявления с вакансиями, но его не пропустили:
- Куда лезешь? Не видишь – тут очередь? На улице занимай!
Иван вышел, посмотрел на количество желающих пройти в здание и понял, что ему здесь ничего не светит, во всяком случае сегодня. Он стал медленно спускаться пор ступеням. На тротуаре к нему подошли двое мужчин.
- Привет, браток! Не получилось? – сочувственно спросил один.
Иван молчал, ожидая следующего вопроса.
- Афганец? - спросил второй. - У нас предложение есть, - добавил он, не дожидаясь ответа.
- В криминал я не пойду, - ответил Иван.
- А кто тебя в криминал зовет? – усмехнулся первый. – Просто мы помогаем своим. Собираем в кучку, организуем работу. Ты где воевал?
- В Пандшере.
- А я в Кандагаре. И Витек тоже. Я Олег, - протянул он руку Ивану.
Иван представился.
- Так что – идешь с нами? Здесь можешь и месяц проходить, и ничего тебе не предложат, кроме как на стройке вкалывать. Ты не инвалид?
- Инвалид.
- Так тебя еще и не положено признавать безработным, если у тебя не третья группа.
Иван не стал объяснять, что он инвалид второй группы, понял, что безработным его не сочтут, но он шел сюда не за этим, а затем, чтобы получить работу. Или хотя бы узнать, где он может получить ее.
- Так что подумай, брат, - подвел итог первый, - у нас ты реально можешь заработать.
- Я подумаю, - ответил Иван.
- Подумай, только знай: таких, как ты, много, а мы набираем не сто человек. Мы всегда здесь, если что. Каждый день. Думай, брат!
Иван чувствовал, что они чего-то не договаривают, но не мог понять, что. Так и не узнал, какую работу они хотели ему предложить.
На следующий день ему опять позвонила Нина. Она как ни в чем не бывало спросила:
- Как дела? Работу не нашел?
Ивану было неприятно говорить с ней, он приготовился ответить ей снова отказом, но она предупредила его протест:
- Не бойся, не буду я тебя склонять к интиму! Просто есть предложение и, по-моему, неплохое.
Иван молчал, ожидая предложения.
- У моего знакомого освободилось место управляющего в гостинице. Это почти завхоз. Гостиница, правда, небольшая, и штат невелик, но платит он регулярно. Я сказала ему о тебе, он завтра ждет тебя. Могу отвезти, если необходимо.
- Спасибо, Нина, ты адрес скажи, а я сам доберусь, - отказался Иван.
- Слушай, Савельев, ты перестань вести себя, как красна девица. Я не буду посягать на твою честь, просто хочу помочь тебе. Так что завтра заеду утром. Ну, пока!
Она положила трубку, и Иван опять подумал о ней с неприязнью: она не спрашивает, она командует! Но все-таки можно попробовать в гостинице, уйти можно будет всегда, если найдется что-то получше...
Нина утром действительно заехала. Она выглядела прекрасно: брюки в обтяжку, красивая кофточка с бантом на груди. Она позвонила в дверь, и когда Иван открыл, она быстро прошла в квартиру, оставляя за собой тонкий запах духов.
- Ты уже позавтракал? – спросила она, пройдя в кухню. – А я не успела. Поставь, пожалуйста, чайник!
Иван поставил чайник, удивляясь поведению Нины. Она почти не изменилась с тех пор, когда они учились в школе, была такая же порывистая, деловая. Но тогда она не обращала на него внимания. А сейчас командует, будто их что-то связывает. Иван думал так, но в то же время ставил на стол кружки, сахарницу, вазочку с печеньем. А Нина достала из сумки сливочное масло, сыр, нарезала его на тарелочку.
- Садись, быстро поедим и поедем. Николай нас ждет.
Она по-хозяйски села за стол, сделала бутерброд, с аппетитом стала его есть, запивая чаем.
- А ты не стесняйся, ешь, я ведь знаю, что сейчас в магазинах такие очереди! Полстраны едет в Москву за колбасой!
Иван тоже сделал себе бутерброд, сказал, будто между прочим:
- Вчера мне предложили работу, правда, я не очень понял, какую, но это были наши ребята, «афганцы». Обещали нормальную зарплату.
- Ты, Ваня, будь осторожен с такими ребятами. Ваши они или не ваши – это неизвестно, а то, что они ищут таких, как ты, оставшихся на обочине, это о многом говорит. У меня в милиции есть знакомый, так он говорит, что специально подбирают таких ребят, чтоб сделать вас своими рабами: будете выполнять для них разные поручения, где им светиться нельзя. Понимаешь? А тут, куда мы поедем, никакого криминала. Ну, разве что отстегнешь ему с зарплаты какую-то часть.
Она вела машину уверенно, приехали они быстро. Николай, который их ждал, внимательно осмотрел Ивана с головы до ног, особого восторга не выразил.
- Что ты его рассматриваешь? – поторопила его Нина. – тебе его на витрину выставлять? За его деловые качества ручаюсь, а ты знаешь, что я дурного не посоветую. Короче – берешь?
Иван чувствовал себя вещью, которую один должен продать, а другой – решить, покупать или нет. Ему хотелось уйти, но его положение заставляло терпеть.