Тома Реддла разбудил шум, и, резко сев в постели, он увидел, как в его окно кто-то забирается. Рука инстинктивно дернулась к палочке, которой, конечно же, не было. Человек уже на середину просунулся в окно, и тогда Том подскочил, рывком оторвав его от подоконника, от чего тот машинально разжал руки и чуть не выпал из окна. Его держала только крепкая хватка Тома и то, что частично он опирался телом на выступ.
— Эй! Ты чего?! — воскликнул парень.
— Что "чего"? Ты вламываешься в мою комнату и спрашиваешь, чего это я? — прорычал Том, крепче ухватив его за воротник.
— Это же я! Томми! — от этого его даже передёрнуло, и он едва сдержался, чтобы не скинуть его вниз. А затем, вглядевшись в лицо, он с изумлением узнал его.
— Луи, — вдохнул он и втащил его в комнату.
— Да, я, а кого ты ещё ожидал? — Луи отряхнулся и, выпрямившись, широко растянулся в улыбке. Это был он, точно такой же, как в школьные годы, только чуть старше, примерно лет двадцать, может, чуть старше. — Мы опять поругались со стариком, так что решил пока к тебе.
— Ясно, — Том судорожно вздохнул и отвернулся.
— Лягу на полу, принцесса. Не переживай, не займу твою кровать, — он включил ночник. — Отец совсем достал. Хочет, чтобы я осенью поступил в Оксфорд, сказал, что хватит мне жить беззаботной жизнью. А я не хочу!
— Понятно, — Том еле добрался до постели и сел на неё.
— Да, — Луи сел в кресло у рабочего стола и потрепал свои волосы. — После смерти матери он стал совсем невыносим. А ведь прошло уже столько лет, а с каждым годом только хуже. Вечные эти его присказки, тот, кто носит фамилию Дамблдор...
— Как ты сказал? — Том резко выпрямился.
— Д-а-м-б-л-д-о-р, — произнёс по буквам Луи и хохотнул, а затем закрыл ладонью рот и игриво глянул в сторону двери. — Прости. Ладно, кинь мне одеяло и подушку. И надеюсь, утром твоя мама приготовит оладья.
Желание Луи сбылось. Меропа действительно сделала на завтрак оладья. Женщина явно благоволила его другу и с интересом расспрашивала о его поездках в Париж. Чего нельзя было сказать о Томе Реддле-старшем. Он видел, как напряглись челюсти отца, когда он пережёвывал еду. Да, папаша, с удовольствием подумал Том, не таких друзей ты бы мне хотел.
— И давно ты вернулся? — Меропа подлила сиропа в тарелку гостя.
— Из Парижа вчера утром, а к Тому ещё до рассвета. Он знал и встретил меня, — без запинки соврал о последнем Луи.
— И какие планы у тебя, Луи? — Реддл-старший отпил кофе. — Послушаешь своего старика и наконец-то получишь образование?
— Может быть, — аккуратно ответил юноша. — По крайней мере, наша последняя беседа с ним была об этом.
— Твой отец мудрый человек, директор старой академии, ты должен помнить об этом.
— Да, только об этом и думаю, — губы Луи скривились. — Благодарю, миссис Реддл, ваши оладушки — произведение искусства! Том, идём, у нас же были планы.
— Ага, — Том вытер рот салфеткой, и они покинули столовую.
Они выскочили на улицу, и серый Альбион Лондона напомнил им о том, что солнечные дни здесь не такие уж частые гости. Луи достал пачку сигарет и закурил.
— Ты сегодня на меня пялишься до неприличия! — бросил паренёк, выдохнув дым. — Что-то случилось?
— Просто непривычно тебя видеть, — Том отвёл взгляд.
— Ага, я же призрак. Ладно, потопали. Заскочим к Белле? Или сегодня без девчонок?
— Мы вроде как расстались.
— О! — Луи поднял брови, а затем хлопнул его по спине. — Ну и отлично, она — та стерва. Тогда сейчас прокатимся ко мне. Я переоденусь, и можно затем в какой-нибудь паб. А может, у кого из наших будут посиделки. Говорю на старушечьем, и это всего полгода в Париже!
***
Гермиона вернулась со стажировки. Как выяснилось, она закончила юридический факультет и теперь стажировалась в местной, небольшой компании, которая в основном брала дела о делении имущества, неверных выплатах и тому подобное. К своему стыду, она постоянно ловила себя на желании воспользоваться магией.
— Эту кучу папок, можно было бы рассортировать быстрее, — пробурчала она себе под нос, скидывая туфли.
Ноги ужасно болели. Рон вернётся поздно. А потому, упав на диван с миской чипсов и шипучкой, девушка безмятежно стала щёлкать каналы. Стрекотание мобильника вырвало её из вечернего ток-шоу, и, стряхнув крошки с домашней футболки, девушка прижала его к уху.
— До-ро-га-я, — протянула по слогам Джинни. — Ты просто обязана со мной пойти!
— О, нет, Джинни! Я очень устала...
— Ничего не хочу слышать. Долгопупс устраивает вечеринку. Я даже Луну уговорила. — Она тяжело вздохнула. — Ты заставляешь меня выпить всё вино одной!
— Ты много пьёшь, знаешь? — но говоря это, просто не смогла сдержать улыбку.
Джинни, словно почувствовав это, накинулась с большей силой.
— Я знаю, что ты хочешь тоже пойти! Рон всё равно вернётся не раньше полуночи. Гарри вчера потянул плечо. Кто будет голосом рассудка?
Гермиона закатила глаза.
— Ладно. Хорошо. Иду. Но вы заедите за мной.
Признаться, девушка испытывала невыносимое удовольствие в обычных сборах к друзьям. Эйфория по-прежнему била ей в голову. Выбрав из шкафа самый простой наряд, состоящий из джинсов и белой блузки, она заскочила докрашивать губы, когда ей показалось, что она видит кого-то за окном. Высунувшись, жили они благо на втором этаже, она заметила удаляющуюся фигуру. Это он или она стояли под окном спальни? Может, это Том? Не похоже по телосложению. Выпрямившись, Гермиона не заметила, как крепко её пальцы вцепились в подоконник.
***
Луи упал на свою кровать и убрал руки за голову.
— Старик, похоже, уехал, хотя бы сейчас не слышать его.
Том огляделся. Это была самая обычная спальня, с небольшими отпечатками хозяина. Носки под кроватью, неразобранный чемодан, пара фоток на стене над рабочим столом. На одной Луи лет тринадцати в футбольной форме, улыбается с измазанной щекой. На другой он и Том, примерно нынешнего возраста, может, младше на пару лет, в каком-то пабе с пинтами пива.
— Отвратительно, — не выдержал Том.
— Что?
— Говорю, что футбол её куда не шло, — Том одел маску спокойствия и безмятежности. — Я тут размышлял, каким бы ты был, лишённый всех этих благ. Каким бы был я.
— Наверное, спились и валялись бы в какой-нибудь канаве. — Луи невесело улыбнулся. — Да, мы немного изнежены, но ты, в отличие от меня, гордость отца.
— Думаю, у меня начался подростковый возраст по его меркам.
— У тебя что-то случилось? — Луи сел.
— Даже если расскажу, не поверишь, — Том не стал добавлять, что уж этой версии Луи он не доверил бы даже собственные носки. — Так что насчёт планов?
— Да, точно, — Луи встал с кровати и подошёл к столу. Какое-то время он провёл за ноутбуком. Быстро стучали клавиши. — У Долгопупса что-то намечается сегодня. — Бросил он через плечо. — Слышал, что месяц назад Крауч, ну тот, что сынишка судьи, чуть не сбил его мать на машине в пьяном угаре. Теперь идут целые разбирательства.
— Ага...
— Придурок редкостный, — Луи покрутился на стуле. — И подпевала Беллы. Вечно у неё во френдзоне. — У Тома аж скрижетнули зубы. Но не от ревности, а от этого слэнга. Ему не хватало лаконичной речи старого товарища. — Наверное, ликует и думает, что теперь у него появились шансы.
— Возможно, — Том безразлично кивнул.
***
Долгопупсы жили в двухэтажном коттедже в часе езды. Гермиона не помнила, когда столько смеялась. Она даже подавилась водой и не успела отвернуть лицо, всё оказалось бы на блузке. Полумна большую часть времени молчала, лишь улыбалась и иногда вставляла комментарии по типу "О, овечки ещё пасутся" или "Какие чудесные виды".
Когда они приехали, у коттеджа уже стояло несколько машин. Джинни припарковала своего красного жука и, поправив красное облегающее платье, взметнула рыжими волосами.
— Ну что, пора навести шуму в этом уютном местечке.
В гостиной, наполненной людьми, играла музыка. И махнула две девушки на диване. В углу кивнул парень. Некоторые лица Гермиона узнавала, другие совсем нет. Полумна выставила руку, и указательным пальцем ткнула в потолок.
— Чудесная лампа!
— Да, Луна, — Джинни усмехнулась. — А вот и бочка с сидором!
— Каждый увидел то, что искал, — Гермиона засунула руки в карманы.
Стаканчик сидра, новости о помолвке неких Бетси и Джона, шутка Джинни про футболиста и пингвина. Всё шло отлично. А затем она ощутила, что словно на неё кто-то смотрит. Сначала она провела рукой по шее, проверяя, точно по ней ползёт жук, затем обернулась. Никакого пристального взгляда, никаких подозрительных личностей. Но она вновь горько жалела о том, что нет волшебной палочки. Рука словно забыла тепло, и теперь его не хватало.
— Всё хорошо? — Джинни дотронулась до её плеча.
— Да, просто ... кхм ... — Она покачала головой. — Душновато. А где Полумна?
— Отошла в уборную.
***
Ванная комната озарилась мягким светом, отражаясь в плитке и создавая уютную атмосферу. Пахло ароматическими палочками с лавандой. Полумна стояла у зеркала, вытирая руки махровым полотенцем с гравировкой "Д". Шум вечеринки с эхом доносился до её ушей — смех, музыка и разговоры друзей создавали живое настроение. Завтра она нарисует картину, что-то радостное и живое... Вдруг дверь распахнулась, и в ванную с решительным видом вбежала Гермиона.
— Полумна! Ой, прости! — воскликнула она. Её волосы блестели, а разве у неё были блёстки? Блёстки были даже на синей футболке. — Мне срочно нужно поменять тампон, можешь отвернуться?
Полумна, немного удивлённая, при этом почувствовала легкий дискомфорт. В глубине души её закралась мысль, что что-то тут не так, но она решила не задавать вопросов. Положение её самой не располагало к обсуждениям, и она просто кивнула.
— Конечно, не переживай, — ответила она, используя возможность, чтобы скрыть свои чувства. Глядя в зеркало, Полумна пыталась сосредоточиться на себе.
— Знаешь, какая классная вечеринка? Я просто в восторге, что мы выбрались! - тараторила она. Такая быстрая речь так была непривычна. Полумна не решалась отвести взгляд.
— Мы недавно пришли, — девушка пожала плечами. — Думаю, ещё пару часов.
— Здорово! — Гермиона подскочила к раковине и стала мыть руки, подмигнув ей в отражении. — Здорово, — повторила она, и Полумна невольно затаила дыхание.
Её взгляд был совсем другим. Другим... Она не знала, как это объяснить, даже не понимала, как это возможно.
Этот взгляд был холодным и чужим, он пробирался через её душу, словно острие льда, оставляя за собой неприятное ощущение. Вот она, подруга, с которой Полумна делила множество секретов и улыбок, а сейчас в её глазах не было ни искры любви, ни привычной привязанности.
Гермиона медленно повернулась к ней, её движения были аккуратными и предельно сосредоточенными. Она подошла ближе, и в этот момент Полумна ощутила глухое биение сердца, смешанное с тревогой.
Взгляд Гермионы теперь сосредоточился на её волосах, и, нежно поднимая пряди, она начала их поправлять, словно стремясь вернуть что-то утраченное. Это казалось обычным жестом заботы, но в нём скрывалась некая дистанция, как будто между ними была невидимая стена.
— Тебе так идёт лучше, милая, — проговорила Гермиона, но в её голосе не было той искренности, что когда-то согревала Полумну.
Полумна молчала, лишь глядя на отражение — кого же она видит на этом зеркальном стекле?
— Я пойду, — Полумна шагнула к выходу.
— Конечно, — Гермиона склонила голову на бок и улыбнулась.
***
Гермиона покончила с кукурузными чипсами, когда Полумна села рядом. Её глаза удивлённо широко раскрылись.
— Как... как ты оказалась здесь?
— В смысле? — Гермиона взяла влажную салфетку и вытерла пальцы. — Я всё время была тут.
— Но ... нет, — Полумна повернулась назад. — Ты ... Мы же только что с тобой были вместе.
— Нет, — Гермиона покачала головой. — Тебе, видимо, показалось.
— Нет же, нет... — Полумна потерянно стала вертеть головой, словно кого-то искала.
— Девочки, пойдёмте, — Джинни подошла и взяла подруг за руки. — Полли наконец-то отбила колонку и сейчас поставит нормальную музыку. Эй? Что-то случилось?
— Полумна утверждает, что видела меня в другом месте, — улыбнулась Гермиона.
— Ну уж дутки, Луна, эта девочка сидела здесь и, видимо, решила не влезть в летние джинсы, раз набивала рот чипсами. А теперь идёмте!
***
Луи остановил машину на заправке.
— Надо заправиться, машину я, конечно, оставлю у Долгопупса, но завтра планирую, как только спадёт похмелье, забрать обратно. Тебе купить что-то?
— Нет.
Луи вышел из машины, оставив Тома одного. Так было даже лучше. Последний не горел желанием вообще никуда ехать, но это было хоть что-то, нежели бездействие.
Внутри машины царила тишина, нарушаемая лишь негромким треском радио. Том задумался, погружённый в мысли о том, как вернуться в волшебный мир. Возможно, стоит попробовать найти какое-то старое зеркало, которое могло бы стать порталом, как когда-то сказали старые легенды. Или, быть может, он мог бы пересмотреть старые книги, связи отца должны дать доступ к такому.
Вдруг магнитола ожила, и первые звуки кантри с тихим звоном гитары заполнили салон. Том, не обращая на музыку внимания, продолжал погружаться в свои размышления, но вскоре мелодия сменилась на джаз, с яркими импровизациями духовых инструментов, заставляя его слегка вздрогнуть. В этот момент на фоне музыки раздался голос диктора, прерывающий его потоки мыслей.
— Сегодня в новостях. На трассе 2-м произошла авария, пострадавших нет. Погода обещает быть безветренной, а ближе к выходным будут дожди... — говорил он, и слова словно окутывали Тома, заставляя его оторваться от мрачных размышлений. Вдруг диктор произнёс его имя. — А тем временем Том Реддл застрял в магловском мире. Смекалка, ум и хитрость — или без своих сил он ничего не может? Оправдает ли он звание ученика Слизерина?
Радио выключилось, оставив его в полной тишине. Том крепко стиснул зубы, смотря на магнитолу, из которой только что прозвучали слова. Осознание того, что его существование, его идентичность стали предметом обсуждения в этом обыденном и чуждом мире, вызвало всплеск адреналина. Это не показалось ему, слова были на самом деле.
Дверь резко открылась, и Луи, держа в зубах батончик, уселся за руль.
— И даже не смотри на мой.
Через полчаса, которые Том едва ощутил, они уже были у коттеджа, рядом с которыми собралось много машин. У жука как раз усаживались три девицы. Одна уже сидела внутри, и её лица не было видно. Рыженькая, смеясь, завалилась на заднее сидение, кинув предварительно ключи блондинки, чьё лицо показалось ему знакомым. Девушка лишь покачала головой, показывая всем видом трезвую голову, и села за руль.
— Вот на их место и припаркуемся, — сказал Луи, ожидая, когда жук отъедет.
***
— Ты куда-то выходила? — первое, что услышала Гермиона, проходя в квартиру.
— Я была на вечеринке, оставила тебе записку...
— Да, но я думал, ты уже вернулась, — Рон вышел к ней и скрестил руки на груди. — Ты была такая распалённая, лезла целоваться, сказал мне идти в душ. Ну вот я и из него!
— Что? — девушка опешила, замерев в одном кеде на ноге, а другой держа в руке. — Я не делала этого, Рон! Я вернулась только что.
— Хочешь сказать, я целовался двадцать минут назад с твоей близняшкой или злым двойником? — Рон рассмеялся. — Видимо, кто-то выпил лишний коктейль.
— Но я... — она замолчала. Мысли жужжали в голове, как рой. — Видимо, да. Можешь сделать мне крепкий чай?
— Конечно, — он чмокнул её в висок и ушёл на кухню.
Гермиона дождалась, когда Рон скроется на кухне, и бросилась в спальню. Машинально рука потянулась взять палочку, а губы уже зашевелились в заклинании поиска следов незваного гостя. Но... Она замерла. Впервые она действительно оказалась беспомощной. Это не разбор бумажек, детка, надсмеялся голос в голове. Рука безвольно повисла. Нет, не может быть. Наконец-то до неё стало доходить. Если здесь есть какое-то зло, она не способна с ним бороться.
Рон зашёл с чашкой чая и поднял брови.
— Ну у тебя и лицо! Вы там точно только пили?
— Да, — выдавила она и легла на кровать. — Я ... мне надо поспать.
Но, закрыв глаза, она видела смеющееся лицо Тома Реддла над собой.
Предыдущая часть
Следующая часть
Читайте у автора: