Илья с грохотом швырнул тарелку в раковину. От голода и усталости звенело в висках. В холодильнике — шаром покати, только засохший сыр да трехдневной давности суп. Он тяжело опустился на кухонный стул.
«Где её черти носят?» — в который раз глянул на часы.
Телефон жены молчаливо лежал в прихожей рядом с новой помадой. Тонкий аромат её духов всё ещё витал в воздухе. Илья потёр виски. За последний месяц это стало привычным: пустая квартира, холодная плита, отговорки про задержки на работе.
— Алло, Нина Петровна? Тамара у вас?
— Нет, Илюша, а что случилось? — спросила встревоженно тёща.
— Да ничего, — буркнул он. — Просто спросил.
Илья в который раз набрал номер Светки, лучшей подруги жены.
— Слушай, может всё-таки знаешь, где она? — в голосе сквозило отчаяние.
— Говорю же, не знаю! — в трубке послышался нервный вздох. — Может... может на работе задержалась?
— В десятом часу? — хмыкнул он.
— Ну мало ли, — замялась Светка. — Отчёты там, квартальные...
«Врёт», — понял Илья. Бросил трубку.
Он ещё не знал, что Тамара днём была в квартире. Если бы зеркало умело говорить... Но оно может только хранить тайны и отражать правду.
Сколько раз оно видело её такой — окрылённой, с пылающими щеками и блестящими глазами. Вот и сегодня она кружилась перед ним, как юная девчонка, а сердце готово было выпрыгнуть из груди от предвкушения встречи. Тёмно-синий шёлк струился по фигуре, лаская каждый изгиб. В серебристой глубине отражения — совсем другая женщина: дерзкая, желанная, с затуманенным взглядом и чуть приоткрытыми губами. Серьги с сапфирами, подарок мужа на десятилетие свадьбы, ловили свет, бросая синие блики на трепещущую шею.
«Прости», — беззвучно шепнула она своему отражению, и на миг что-то кольнуло в груди.
Новые духи, купленные тайком — те самые, что сводят его с ума. Любимая помада, от которой у Жоры темнеет взгляд и срывается дыхание. Последний штрих — расческа скользнула по волосам, укладывая непослушный локон.
Торопливо собираясь, она забыла свой телефон возле зеркала. Старое зеркало молча хранило её отражение. Как и десятки раз до этого. Как и в последний раз...
— А я телефон забыла, — выдохнула она, утопая в его объятиях.
— Кроме меня тебе никто не звонит и не пишет, — успокоил её Жора, крепче прижимая к себе. От его прикосновений кружилась голова.
— А я не оставляю следов на телефоне, — лукаво улыбнулась она, проводя пальцами по его небритой щеке, — просто вдруг что-то важное...
— Важное здесь, — хрипло шепнул он, припадая к её шее. От его горячего дыхания подкашивались ноги.
— В гараже холодно, — прошептала она, дрожа то ли от прохлады, то ли от его прикосновений.
— Сейчас согреемся, — Жора потянулся к ключу зажигания. Старенький «Форд» отозвался утробным урчанием, печка задышала теплом.
Тусклый свет фонаря за мутным окном, тихая музыка из приёмника.
Их маленький мир, спрятанный от чужих глаз. Здесь время остановилось.
— Странно, — её пальцы скользнули по его ладони, — с тобой я чувствую себя настоящей. Впервые в жизни. Иногда мне кажется, что мы знали друг друга всегда. В прошлой жизни, может быть...
— А в этой жизни слишком поздно встретились, — эхом отозвался он.
— Нет, не поздно, — она решительно тряхнула головой. — Завтра я всё скажу Илье. Хватит лжи. Подам на развод.
— А я Ленке признаюсь, — Жора крепче сжал её руку. — Начнём сначала. Вместе.
— Вместе, — выдохнула она, прильнув ближе. — Навсегда.
Тамара прикрыла глаза. В голове плыли обрывки воспоминаний.
Она никогда не верила, что встретит мужчину, который растопит её сердце. Думала, что неспособна любить по-настоящему. Что такое бывает только в сказках и фильмах. Вышла замуж и смирилась — всё так и должно быть, всё идёт своим чередом: муж, работа, готовка, стирка, вечерние прогулки перед сном. И завтра опять то же самое...
А потом был тот дождливый вторник. В автосервис, где она работала бухгалтером, пригнал свой старенький «Форд» очередной клиент.
— Жора, — просто представился он, протягивая замасленные документы.
Потом она узнала, что дома его ждала семья: жена Лена, медсестра из детской поликлиники, и сын-старшеклассник. Двадцать лет вместе. Ленка жила работой, дежурствами. Сын готовился к поступлению, репетиторы, курсы, дома не застать. А он мотался с шабашки на шабашку: то машины чинил, то мебель собирал. Деньги нужны были, институт не за горами. С женой давно были как чужие...
— Кофейку? — спросил после оформления бумаг. — Тут за углом неплохая забегаловка.
— Я замужем, — выпалила она.
— А я женат, — усмехнулся он. — Просто кофе.
Просто кофе превратился в долгий разговор.
Они говорили обо всём и ни о чём. О том, как он в детстве мечтал стать лётчиком, но не прошёл медкомиссию. О её любви к французским духам. О том, как она боится высоты, а он — одиночества.
— Знаешь, — сказал он, помешивая остывший кофе, — я каждый день хожу на работу мимо маленькой пекарни. Утром там пахнет свежим хлебом, а вечером — ванилью и корицей.
— И что? — она подняла глаза.
— Двадцать лет хожу. А сегодня впервые почувствовал этот запах.
Тамара поняла, что она тоже как будто очнулась от долгого сна. Краски стали ярче, звуки — громче, чувства — острее. Даже монотонный дождь за окном казался особенным. В маленькой кофейне пахло специями и сладкой выпечкой. И казалось, что время остановилось.
***
— Домик... у моря... — её голос становился тише, веки наливались свинцом. — Только ты и я...
— И никаких тайн, — его пальцы бессильно скользнули по её руке. — Только... счастье...
Печка тихо шумела. Сгущались сумерки. Они засыпали, держась за руки, с улыбками на губах...
Илья мерил шагами кухню. В голове крутились обрывки воспоминаний. Как она изменилась за последний месяц! Рассеянная, задумчивая. «Голова болит», — отмахивалась от его ласк. А он верил. Работает головой, устаёт жена. Таблетки покупал.
Десять лет назад всё было правильно. Она — умница, из хорошей семьи. Он — перспективный специалист. Сыграли свадьбу, как положено. Купили квартиру, обставили мебелью. Каждый вечер ужин на столе, выглаженные рубашки в шкафу. Идеальная жена, о какой мечтает каждый.
Только теперь, глядя на забытую помаду и новые духи в прихожей, он понимал, что за все эти годы так и не узнал настоящую Тамару. Ту, которая могла вот так сорваться в ночь, забыв про свой идеальный порядок и расписанную по минутам жизнь.
На часах три ночи. Илья прислушивался к каждому шороху за дверью. Может, сейчас? Щёлкнет замок, и она войдёт. Виноватая, растрёпанная...Он объездил весь посёлок, заглянул в каждый двор — нигде.
— Жена забыла телефон и дома не ночевала, — вздохнул Илья, глядя на своё отражение. На него смотрел осунувшийся мужчина с покрасневшими от бессонницы глазами и жёсткой складкой у губ.
Утром завибрировал телефон. Светка.
— Илья... — голос дрожал. — Я должна сказать... В последнее время Тома какая-то странная была. Влюблённая...
— Что?! — он до боли сжал трубку.
— Какой-то Жора. Автослесарь. Говорила, никогда такого не чувствовала. Как наваждение.
Илья молча нажал отбой. В висках стучало.
Примчалась заплаканная тёща.
— Господи, где же она может быть? Паспорт дома, вещи на месте...
Вскоре по посёлку поползли слухи. В гараже на окраине нашли «Форд» с работающим двигателем. Внутри — двое. В обнимку уснули и не проснулись...
Вдова Жоры не задавала вопросов. Как и Илья, она поняла всё сама. Две разбитые семьи. Двое, ушедшие в вечность от несбыточных грёз о счастье.
Илья сидел на кухне, бездумно глядя в пустую чашку. В прихожей надрывался телефон. За окном выла сирена…
Благодарю за прочтение, лайки и комментария!
Читать ещё: