Часть 39
Идея о новом знакомстве с какой-то Ольгой, Антону совсем не понравилась.
- О чём вы говорите, господа хорошие?! - недовольно фыркнул он. - На кой мне сдалась ваша девица?! Ну вот нет ни у меня ни малейшего желания с ней любезничать, да и необходимости я не вижу. И вообще, мне...
- Подожди, Антон, не пыли. Ты видимо неправильно понял... - прервал его излияния Аркадий.
- Вы же хотите скрасить моё пребывание в вашем доме для психов? Разве нет? - выдвинул-таки версию Антон. - Решили подсунуть мне девчонку, чтобы удержать здесь подольше?
- Ничего похожего! - возмутился Пётр Евгеньевич. - Ты что же это придумал?! Ты за кого нас принимаешь?!
Ни о каком сводничестве речь, разумеется, не шла. Клиника Петра Евгеньевича скрывала множество тайн, одной из них и была загадочная Ольга.
В стационаре находилась бабуля, Елизавета Прокофьевна, но лишь для отвода глаз. Подлинный интерес эскулапы питали к внучке, которую словно под микроскопом изучали уже больше трёх лет. Без всякого, надо сказать, успеха.
Дело в том, что достигнув подросткового возраста, лет примерно двенадцати, Ольга начала вдруг излучать поистине волшебную, живую энергию, действующую, однако, не на всех подряд. Ничего особенного девчушка не делала, едва ли вообще сознавала, что происходит.
Поведала о великом явлении Елизавета Прокофьевна, особа весьма наблюдательная, дотошная и крайне любопытная.
- Если предоставите мне кров и стол, позволю вам ознакомиться с чем-то совершенно удивительным, - нахально заявила она явившись однажды на приём к Петру Евгеньевичу.
- Неужели?! - снисходительно улыбнулся психиатр, не принявший посетительницу всерьёз. - Вам негде жить, полагаю?
- Вы напрасно иронизируете, молодой человек, - погрозила пальцем бабуля. - Уверяю, ни с чем подобным вам сталкиваться не доводилось. Что касается "негде жить", так я на дух не выношу невестку, впрочем как и она меня. Много лет мы сцепив зубы терпели друг друга, но я сыта по горло. А у вас тут райское место, говорят вкусно кормят и постельное белье пахнет лавандой... Так?
- Так, Елизавета Прокофьевна, - вновь улыбнулся эскулап, резонно рассудив, что ему ничего не стоит проявить терпение и уважение. Тем более что дама была приятной, не лишённой элегантности, явно хорошо за собой ухаживала и не производила впечатление умалишённой.
Внимательно выслушав Елизавету Прокофьевну, Пётр Евгеньевич не поверил ни единому слову, тем не менее предложил привести чудо-внучку.
- Буду ждать вас завтра ровно в полдень. Посмотрим, что такое ваша Ольга.
- Вот увидите, она поразит вас, - пообещала бабуля напоследок. - Я ничуть не преувеличила, ничуть.
Аркадию Андреевичу о визите странной дамы Пётр Евгеньевич не рассказал.
"Не о чем говорить. Пустое," - самонадеянно поспешил он с выводами.
Ольга оказалась хрупкой, невысокой девчонкой с огромными серыми глазищами и тёмными, похожими на тугие пружинки, густыми волосами.
- Здравствуйте, Пётр Евгеньевич, - тихо поздоровалась она и протянула тонкую, изящную руку с длинными пальцами.
- Здравствуйте, милая барышня, - дружелюбно ответил профессор, слегка пожимая предложенную ладонь.
Уже через пару минут общения эскулап с изумлением ощутил, что легко расправились спина и плечи, как само собой разумеющееся перестало ныть колено, на которое он давно уже махнул рукой.
"Интересно..." - подумал он и строго посмотрел на Елизавету Прокофьевну поверх очков.
- Оленька, иди, детка, в парк. Погуляй там, пока я не позову, - произнесла та, в свою очередь пристально глядя на врача.
- Хорошо, бабуля, - послушно кивнула Ольга и без промедления удалилась.
- Я видела, я по вашему лицу всё видела, - ехидно усмехнулась Елизавета Прокофьевна, как только за девочкой закрылась дверь.
- Простите? - бездарно изобразил недоумение Пётр Евгеньевич. - Вы это о чём?
- О том, что в присутствии Ольги вы почувствовали себя значительно лучше, нежели обычно. Наверняка у вас, в вашем возрасте, имеются застарелые недуги и они отступили, ослабили хватку. Я права?
- Правы... - передумал ломаться эскулап. - И что это значит?
- Это значит, что вы из тех, кто рядом с Олей выздоравливает, - гордо пояснила Елизавета Прокофьевна таким тоном, будто нет ничего более естественного.
- Откуда вы... Как вы... - Пётр Евгеньевич покачал головой и прошёлся по кабинету из угла в угол.
- Как я догадалась что с вами это сработает? - озвучила невысказанное бабуля.
- Да. Именно, - не стал возражать заинтригованный профессор.
- Благодаря Ольге я научилась определять тех, на кого это действует. Как? Объяснить не сумею. Это на уровне ощущений. Логика здесь бессильна.
- Вы хотите сказать.. - Пётр Евгеньевич присел на краешек дивана аккурат напротив гостьи.
- Так вы выделите мне палату в вашем заведении? По-жиз-нен-но. Такова цена, - резко перебила Елизавета Прокофьевна. - Или мы уходим и больше вы Ольгу не увидите.
Как выяснилось чуть позже, Аркадий тоже почувствовал. За три года оба врача без малейших усилий обрели здоровье двадцатилетних. Это было потрясающе, но самое странное заключалось в том, что Ольга о своих возможностях не знала и никак на них не влияла. Это просто было и всё, либо действует, либо нет.
- Я и сама далеко не сразу сообразила, - сообщила Елизавета Прокофьевна. - Это уж потом сопоставила собственные ощущения, некоторые слова друзей и родственников. В голове не укладывается... Верно?
- Кто ещё кроме вас... - начал было Пётр Евгеньевич.
- Никто, - пожала плечами бабуля. - Ни один человек. Я, знаете ли, не из болтливых, да и звучит как бред. Кроме того мне бы не хотелось чтобы Ольгу пользовали в хвост и в гриву.
- Что насчёт родителей? - не мог не спросить Аркадий.
- Они не в курсе, это точно. Иначе невестка давно бы уже придумала способ вот это всё монетизировать. У неё бы не заржавело, - голосом, полным неприязни, произнесла бабуля.
"Жаль что внешность не меняется", - подумал как-то днём полный сил Пётр Евгеньевич. - А как было бы здорово повернуть время вспять.
Что касается Антона, то эскулапам пришла одна и та же мысль.
А что если парень тоже окажется чувствительным к этому необъяснимому? Что, если Ольга, сама того не ведая, его вылечит? Вернёт ему душевное равновесие?
Посвящать Антона в подробности не стали, но на знакомстве с Ольгой настояли.
- Просто доверься нам. Ничего от тебя не требуется, кроме как подойти вместе с нами и поздороваться.
- Что за блажь?! - воспротивился своенравный, упрямый Антон.
- Тебе что, сложно? - нахмурил брови Аркадий.
Ответить Антон не успел, поскольку впал в ярость, что налетела как вихрь. Схватив со стола старинную лампу с абажуром, он с силой запустил ею в стену, затем смахнул на пол стаканы с ручками и тяжёлую каменную пепельницу.
- Сто-о-ой! - крикнул Аркадий, не дав внезапно разбушевавшемуся пациенту разбить ноутбук.
Сверкнув глазами, Антон развернулся и врезал гипнотизёру в челюсть.
- Аркаша, береги-и-ись! - воскликнул Пётр Евгеньевич, ловко набросив на голову беснующегося Антона мягкий плед.
Подобно попугаю, что умолкает сразу же после того, как клетку закроют платком, Антон мгновенно угомонился.
"Сработало!" - удивился про себя психиатр, действовавший по наитию.
Убедившись, что челюсть не сломана, Аркадий Андреевич стянул плед с головы притихшего буяна и жёстко схватил его за локоть:
- Сегодня! Сегодня же!
Пётр Евгеньевич взглянул на часы, пригладил волосы и сказал:
- Антон, приведи себя в порядок. Идём знакомиться с Ольгой.
- Ладно... - покладисто согласился утомлённый внезапной вспышкой Антон.
Надежда Ровицкая