Суровый январь 1941 года. В промёрзлом Горьком с глухим ревом поднялся в небо первый серийный ЛаГГ-3 — долгожданный новый истребитель ВВС Красной Армии. Его гладкие, натянутые панели из дельта-древесины поблёскивали на солнце: самолёт рождался в муках. К 22 июня удалось выпустить лишь 322 машины вместо запланированных 805 — сырьё задерживали, чертежи менялись на ходу, производственные линии барахлили. Конструкторский триумвират трещал: Лавочкин спорил с мастерами Горьковского авиазавода №21, привыкшими к И-16; Горбунов уехал налаживать производство в Таганрог; Гудков остался в Химках с небольшой командой инженеров, державшей оборону против наседавшей бюрократии. ЛаГГ-3 рождался не просто как новый самолёт — он рождался как испытание всей советской авиационной системы.
Первое поражение ЛаГГ-3 случилось ещё до встречи с врагом — на земле. Экстренные доработки добавили истребителю лишние 70 килограммов, «съев» до 25 км/ч скорости — роскошь, которую фронт не простят. Арест конструктора Л.Б. Таубина окончательно похоронил идею вооружить машину скорострельной пушкой МП-6: серийные ЛаГГ-3 довольствовались комбинацией одного БК, двух БС и двух ШКАСов — огневая мощь явно не соответствовала замыслам. Летчики ругали тесную кабину, слабый обзор и коварный штопор на малых скоростях. Однако именно этот тяжёлый, упрямый «утюг» стал самолётом, которому было суждено школой мужества, в которой будущие асы вроде Скоморохова (54 победы) и Алелюхина (57 сбитых) учились побеждать.
На фронте ЛаГГ-3 быстро заработал недоброе прозвище — «лакированный гарантированный гроб». Пилоты жаловались на тяжёлую управляемость, слабую тягу мотора и опасное сваливание на малых скоростях. Но у этого самолёта была одна важная черта: его деревянный каркас, созданный из многослойной дельта-древесины, выдерживал повреждения, от которых алюминиевые "яки" или "миги" теряли контроль и падали. ЛаГГ часто возвращался на базу с пробитыми крыльями, простреленной кабиной и искорёженным фюзеляжем — тем, что для другого истребителя стало бы смертным приговором. В одном из эпизодов лётчик 164-го истребительного авиаполка сумел вывести ЛаГГ-3 из крутого пике, несмотря на прямое попадание зенитного снаряда, которое буквально оторвало часть крыла. Техники, осмотрев искалеченную машину, только развели руками: «Неубиваемый».
1942 год наконец принёс ЛаГГ-3 улучшения, которые ждали и конструкторы, и фронтовые лётчики. На машинах 28-й серии появился новый двигатель М-105ПФ мощностью 1210 лошадиных сил — значительно более мощный по сравнению с прежним М-105П. Излишние пулемёты убрали: теперь вместо двух крупнокалиберных БС и двух ШКАСов установили одну 20-миллиметровую пушку ШВАК, сосредоточив огневую мощь в одной точке. Новый винт постоянного шага ВИШ-150СВ и аэродинамические доработки — обтекатели шасси, переработанные капоты — позволили поднять максимальную скорость до 566 км/ч. В результате ЛаГГ-3 35-й серии превратился в опасного противника для немецких бомбардировщиков: при заходе в атаку лётчик мог обрушить на строй «Юнкерсов» мощный залп из пушки.
Но главная борьба за эффективность ЛаГГ-3 шла не в небе, а на аэродромах. В 5-м гвардейском истребительном полку лётчики жаловались: скорость их машин отставала от паспортной почти на 50 км/ч. Проверка вскрыла типичные для фронта причины: многие летали с демонтированными фонарями кабины — чтобы быстрее покидать машину при аварийной посадке; заслонки радиаторов оставляли открытыми на постоянку — боялись перегрева моторов; а поверх воздухозаборников устанавливали самодельные пылевые фильтры из подручных материалов — чтобы защитить двигатели от песка и грязи. Самодеятельная модернизация душила мотор в воздухе. После инструктажа, мелкого ремонта и возвращения к заводским стандартам те же ЛаГГи без всякого ремонта выходили на положенные 560–565 км/ч.
К 1943 году ЛаГГ-3 начал уступать место более совершенным машинам — Як-9, Ла-5, а затем и Ла-7. Но за два тяжёлых года он выполнил свою главную задачу: стал первой боевой школой для сотен молодых лётчиков, провел их через огонь начала войны. Его полированные деревянные крылья, несмотря на все недостатки, спасали жизни там, где металл ломался. Последние серийные ЛаГГ-3 сошли с конвейера завода №31 в Тбилиси весной 1943 года, поставив точку в истории одного из самых спорных и в то же время легендарных истребителей Великой Отечественной войны.