"- Ирина Ивановна, мы вас пригласили, - начала завуч немного растеряно, - Тут нам жалоба поступила… Якобы живёте вы за городом, в неотапливаемом доме, дети одни там у вас на ночь остаются, когда вы на дежурстве. И что в пять утра детей поднимаете, на электричку, а обратно они сами едут, опасно… Меры просят принять…"
* НАЧАЛО.
Глава 22.
- Не знаю, Ириш, как правильно, а как нет, - говорила Ирине Тамара Михайловна.
Был уже поздний августовский вечер, нагулявшаяся за день, усталая ребятня давно угомонилась – всей компанией устроились спать у Тамары Михайловны в большой веранде. Долго там хихикали и перешёптывались, но после усталость всё же взяла своё и из-под марлевых пологов было слышно ровное сопение.
- Вроде неплохой он мужик, Павел-то твой… Не пьёт, не гуляет, что сказать, при ранешней жизни этого бы и хватило, а теперь?
Разговор такой зашёл у них с Ириной по причине того, что Павел по пути к Ирине, когда шёл утром от электрички до её дома, встретил соседку с тяжёлой сумкой, та возвращалась из магазина. Предложив помощь, Павел подхватил сумку, ну, по пути разговорились, конечно. И теперь Ирина узнала, что Тамаре Михайловне говорил её бывший муж.
- Ну что, жалеет он, конечно, что так всё вышло, и с себя вины не снимает, - рассказывала соседка, - Нашло что-то, говорит, бабку послушал, а та все уши прожужжала – Ирка такая-сякая, тебя, внучок, не любит, и точно у неё на работе с каким-нибудь доктором роман! Всё Любочку какую-то в пример приводила, и хозяюшка-то она, и умница, заботливая. Работает в магазине кассиром, смену отсидела, и домой, щи-борщи варить, пыль вытирать да полы намывать. Не то, что некоторые!
- Да в чём проблема, пусть теперь Любу в жены и берёт, щей-борщей поест, досыта, не то, что со мной, - усмехнулась Ирина.
- Да так-то оно так, - вздохнула соседка, - Сейчас все горячие стали, чуть что – развод… а мы вот, раньше… не принято было разводиться-то. Всяко бывало, а всю жизнь вместе с мужем прожили, и когда в деревне по молодости жили, чего я не навидалась по соседям. Мужики-то всякие попадались, кто пил так, что дверь в дом найти не мог, а кто с пары рюмок жену детей гонят на мороз в исподнем. Пашка вроде не такой у тебя, может у него просто этот… как там его, слово такое модное… а, кризис! Говорят, что в возрасте-то все дурить начинают, раньше как говорили – седина в голову, бес в ребро. Может ещё выправится? А?
- Я тоже думала, выправится, - вздохнула Ирина, - Думала, вот ещё немного потерплю, и легче станет. Найдёт работу, мои старания оценит, а вон как получилось… Сколько раз я думала, что было бы, если б я тогда продала дачу? А ведь сама много раз про это думала, что Павел прав, нужно продавать… И куда бы я пошла? Вот так в один вечер, пришла хозяйка квартиры, которую я домом считала, и выставила меня за дверь с сумкой. А муж ничего не сделал, только улыбался сидел, и ждал, когда всё закончится, чтобы можно было в новую свою игрушку поиграть. Как такому человеку доверять? Себя, детей? Как на него понадеешься… Знаете, предательство, оно ведь разное бывает, это не обязательно измена и другая женщина. Вот меня предали… из-за компьютера, наверное… как-то так.
- Да, правду говоришь, - кивнула Тамара Михайловна, - Мы, женщины, всегда найдём, за что зацепиться, чтобы оправдать, простить… а дальше как? Тем более, что теперь жизнь-то совсем другая началась. Может и правильно так… Помню, соседка у нас была в деревне, молодая, кровь с молоком, как говорят. Муж у неё выпить любил, да так, что там и увалится, где пьёт. Она его по селу отыщет, да на себе тащит до дому-то. Вот так и дотаскалась, двоих деток скинула, а после видать нарушилось что-то в организме, больше Бог детей и не дал. А муж всё тем попрекал, что детей нет, а после и вовсе ушёл, другую жену взял, в село большое уехал. Троих детей народили, с новой-то женой. Да только вот привычки он своей не бросил, попивать-то, да заваливаться где ни попадя. А новая-то жена его по селу не искала, да на себе не таскала, так и замёрз зимой, до дому не дошёл. Вот такие дела… Ладно, Ирочка, заболтались мы, а уж поздно. Завтра я мальчишкам плюшек обещала, пойду опару поставлю, да спать.
Ушла соседка, пожелав спокойной ночи, а Ирина принялась убирать на столе, задумчиво глядя, как возле фонаря на столе вьются ночные мотыльки. Про Павла думала, и про то, что Тамара Михайловна сейчас сказала…
Может и в самом деле он понял, и как Тамара сказала – осознал. Ирине вспомнились те дни, когда мальчишки были ещё совсем маленькие, и они ходили встречать Павла возле проходной завода. Как он усаживал маленького Саньку себе на плечи, а Димку они вдвоём брали за руки, и когда шли, поднимали мальчишку за руки, он подпрыгивал высоко и смеялся, а на отцовых плечах заливался смехом и Санька. Где же то время? Как же далеко это было теперь, между теперешней Ириной и тем счастливым временем было несколько лет сплошной темноты, словно целая пропасть.
Ирина тряхнула головой, может это эгоизм и себялюбие, как знать, но она не желала возвращения Павла! Она только свет белый увидела, в бесконечной череде постоянных подработок, и что? Снова туда, ради чего? Чтобы дать бывшему мужу шанс снова стать мужем и отцом? А если не станет? Сколько ещё лет Ирина должна на это потратить? Ирина вдруг подумала, что первый шанс даётся человеку всегда, без всяких условий, особенно в молодости. А вот второй… второй нужно заслужить. А судя по всему, Паше этот шанс не очень и нужен. Ему нужна дверь в ту, прошлую жизнь, где будет у него дом, и жена, которая постирает-приготовит, а потом ещё с детьми уроки сделает. Не от великой любви к жене и детям он сюда приехал сегодня. Ну что ж, теперь место свободно, горько усмехнулась Ирина, пусть Капитолина пристраивает Любочку, хотя… жаль наивную женщину, не знает, на что идёт.
Ирина доставала из тёплой печи противни с готовыми грибами, аккуратно укладывала сухие грибы в банки и думала, вот так она и заканчивается, любовь. Мужа она любила, но как-то выгорело всё до самого донышка, словно свечка растаяла эта любовь, и она готова уступить своего бывшего любимого другой женщине… Странная порой бывает жизнь…
Наступила осень, Димка и Санька пошли в школу, с новенькими рюкзаками, довольные и счастливые. Ожила небольшая квартирка в тихом уютном дворике, соседи приняли новеньких по-доброму, хотя и соседей было немного – три квартиры из шести в подъезде пустовали. А вот Серафима Петровна обрадовалась, испекла заливной пирог, пришла поздравить с новосельем и велела мальчикам называть её «баба Сима» и никак иначе.
К новой жизни все они привыкли как-то быстро, уже через неделю приноровились выходить в аккурат к автобусу, дальше ехали до школы, там мальчики выходили и махали руками в окно Ирине, которая ехала дальше, к себе в больницу. Выходила она на остановке, от которой до больницы нужно было пройти через две улицы, но в принципе всё было удобно. Дежурства ночью Ирина пока не брала, решила, что чуть позже, когда дети привыкнут к новому распорядку, будет брать одно в неделю, не больше. Но как-то утром Марина Сергеевна позвала её в свой кабинет на разговор.
- Ирина, слушай, хочу тебя спросить. У нас тут пришло письмо, на учёбу можно отправить сотрудников. Так вот, я и хочу тебе предложить, не хочешь ли ты курсы детского массажа пройти? У нас в восстановительном блоке кабинет массажа открывать будем, младенчиков укреплять, у кого показания будут. Один специалист у нас есть, медсестра, недавно в детское отделение устроилась, у неё есть квалификация. Нужен ещё один человек, и я подумала, может быть, ты захочешь? Ты внимательная, старательная, я думаю, тебе это подойдёт.
- Спасибо, - Ирина смутилась от похвалы, - А… учиться где? Я очень хочу, но у меня дети… если уехать нужно на учёбу, то я не смогу, мне их не с кем оставить.
- Учиться здесь, у нас в городе. При роддоме организуют курс. Только в самом конце в область на два дня поехать нужно, наподобие экзамена что-то там будет.
- Марина Сергеевна! Спасибо вам огромное, я с удовольствием!
- Ну, вот и отлично! Только прошу тебя, как отучишься, не убегай от нас сразу, а то куда-нибудь в эти новые коммерческие клиники уйдёшь… хоть немного у нас тут поработай, - с улыбкой говорила Марина Сергеевна, - Это я не в виде приказа, так уж, просьба…
Курсы начинались в конце сентября и длились примерно месяц, вёл их специалист из области, невысокий коренастый человек с крепкими руками, приёмы массажа он иногда показывал на ком-то из группы, приговаривая в процессе:
- Тэкс, тэкс, здесь у нас шея, шея кривовата, уж простите, дорогуша, повело тут у вас. Заниматься нужно, я потом упражнения покажу для шеи, поправим.
- Тэкс, тэкс, а тут у нас грудной отдел пострадал, что, и руку ломит частенько, да? Мышечный корсет нужно поддерживать в рабочем состоянии, что сказать, ну… и вам покажу, как заниматься, можно даже не вставая со стула упражнения делать.
- Тэкс, тэкс, ладно, а теперь перейдём к младенцам, пока на манекене, конечно, но настоящие дети тоже не за горами, поэтому слушаем внимательно, коллеги!
Учиться Ирине нравилось, к тому же дома у неё было целых два живых «подопытных кролика», как она Димку с Санькой называла, пробуя на них то, чему научилась на курсах. А те только довольны были, всё им интересно, ещё и сами приставали: «Мам, вот тут мне помни… ой, хорошо… я сегодня на физкультуре потянулся как-то, прямо болело… ай, щекотно!»
К новой жизни привыкли очень быстро, по выходным отправлялись в Сорочье, пора было копать картошку, пока кто-то другой её за них не выкопал, и прибирать огород под зиму. Дед Егор готовился зимовать в Сорочьем, Тамара Михайловна же собиралась возвращаться в свою городскую квартиру, но тоже что-то сомневалась, может в доме зимовать? Скучно в квартире, а тут… куры у неё, несутся хорошо, жалко бить всех к зиме-то.
И всё вроде бы было хорошо, пока однажды Димка не явился из школы с известием, что Ирину приглашают к завучу на беседу.
- Ма, да честное слово, ничего такого мы не натворили, - возмутился Димка на вопрос матери, - Понятия не имею, за что! Мам, ну честное слово! Ты что, не веришь?
- Верю конечно, кому мне ещё верить, как не вам, - покачала головой Ирина, - Просто спросила, может быть… вы что-то забыли.
- Ничего мы не забыли, у меня даже по поведению ни одного замечания нету, - сердито возмутился Санька.
- Ладно, завтра схожу и узнаю. Не волнуйтесь, - успокоила Ирина детей, хотя сама она подозревала, что дело совершенно не в их поведении.
Так и оказалось. Ирина пришла в кабинет завуча, куда её пригласили, а там её уже ожидала целая компания – школьный психолог, директор школы и две женщины, судя по всему, из каких-то надзорных органов. Как потом оказалось – из комитета образования.
- Ирина Ивановна, мы вас пригласили, - начала завуч немного растеряно, - Тут нам жалоба поступила… Якобы живёте вы за городом, в неотапливаемом доме, дети одни там у вас на ночь остаются, когда вы на дежурстве. И что в пять утра детей поднимаете, на электричку, а обратно они сами едут, опасно… Меры просят принять…
- Что за вздор, - спокойно проговорила Ирина, когда она сюда шла, то примерно к такому и готовилась, потому захватила некоторые бумаги, - Да, у нас есть дача за городом, и мы там лето проводим. И сейчас, пока погода хорошая, на выходные ездим, да и зимой иногда бываем там. Да, там у нас дом с печным отоплением, но дети одни там не остаются… Неужели у нас одних есть дача за городом, и других детей на дачу не возят? Что за странные жалобы, такое ощущение, что какой-то… психически нездоровый человек жаловался! А живём мы…вот, пожалуйста, прописка у нас по этому адресу, утром я вместе с детьми еду одну остановку на автобусе. Но вообще, тут до школы можно и пешком дойти. И в этом, я думаю, мы тоже не одиноки, или мы какие-то особенные в этой школе?
Завуч покраснела ещё больше, директор взяла поданный Ириной паспорт, посмотрела прописку и показала двум женщинам, лица у которых перестали быть обличающе-суровыми.
- А с дачи мы всегда в воскресенье возвращаемся, чтобы подготовиться к школе, да и мне на работу в понедельник, - продолжала Ирина, она прекрасно знала, чья это была жалоба.
- Извините, - сказала директор, - Нам поступил сигнал, мы должны разобраться, вы нас тоже поймите. Мы сами очень рады, что это всё оказалось… неправдой.
Женщины из комитета собрали свои блокноты, попрощались и ушли, психолог тоже убежала, на этом неудавшиеся разбирательства закончились, осталась только личная беседа.
- Я знаю, из той же жалобы, что вы развелись недавно. – сказала завуч сочувствующе, - Может быть, бывший муж решил так вам отомстить? Я, знаете, сама в разводе… знаю, как это может быть.
- Понимаете, - сказала Ирина доверительно, - С мужем мы расстались довольно мирно, но… вот его бабушка, женщина уже в преклонных годах… я думаю, это она пожаловалась.
- Ну конечно! – воскликнула директор, - Вот мне и показалось, что жалоба-то написана…знаете, как в прошлые времена, словно это донос на врага народа… о, Боже…
Разговор завершился в приятной для всех атмосфере, говорили про успеваемость, и прочее, не касающееся предмета жалобы. Но вот когда Ирина вышла из школы и отправилась в сторону своего дома… мысли её были не очень добрыми. Хотелось навестить Капитолину Филипповну и устроить ей маленькую «революцию»…
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.