В их квартире пахло весной. Непривычный для февральской стужи аромат плыл из кухни, где на обеденном столе возвышался пышный букет розовых тюльпанов. Ирина замерла в дверном проёме, не решаясь подойти ближе.
За пятнадцать лет брака Сергей дарил ей цветы всего несколько раз — на свадьбу, после рождения сына и, кажется, на какой-то юбилей. "Зачем тратить деньги на то, что через неделю завянет?" — любил повторять он.
Сердце гулко стукнуло и пропустило удар. Может, вспомнил про годовщину? Нет, до неё ещё два месяца. День рождения в сентябре...
Ирина медленно приблизилась к столу. Капли воды поблескивали на нежных лепестках, записка в простом белом конверте притягивала взгляд как магнит. Пальцы дрожали, когда она доставала плотный листок бумаги.
"Дорогая Анна! Спасибо за чудесный вечер..."
Воздух вдруг стал густым, вязким, его невозможно было протолкнуть в лёгкие. Анна? Какая ещё Анна?
В замке повернулся ключ — Сергей всегда возвращался с работы в одно и то же время, словно по расписанию. Раньше эта его пунктуальность казалась Ирине признаком надёжности. А теперь...
— Привет, — он замер в дверях кухни, увидев жену с запиской в руках. — Ты рано сегодня.
— Да, — Ирина удивилась, насколько спокойно прозвучал её голос. — Собрание в школе отменили. А ты, смотрю, тоже с сюрпризом.
— Ира...
— Как будто я должна увидеть цветочный букет не на своё имя, да? — Она аккуратно положила записку на стол. — Решил больше не прятаться?
— Дай объясню...
— Что тут объяснять? — Ирина почувствовала, как внутри поднимается волна. Пятнадцать лет. Пятнадцать лет совместной жизни, и вот так...
— Иди убирайся! — вдруг рявкнул Сергей, делая шаг к столу.
— Что?
— Убирайся, говорю! — он схватил букет. — Вечно ты всё портишь!
Ирина отшатнулась, не веря своим ушам. Мало того, что изменяет, так ещё и...
— Ты с ума сошёл? — прошептала она. — Я порчу? Я?!
Сверху донёсся топот — их сын Димка всегда так бежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Хлопнула входная дверь.
— Мам, пап, вы где? — звонкий голос разорвал звенящую тишину кухни. — Ба, цветы! Это те самые? Для кого?
Ирина перевела взгляд с мужа на сына и обратно. Сергей побледнел, крепче сжимая букет.
— Дим, — начал он, — ты не вовремя...
— Почему не вовремя? — мальчик подошёл ближе. — Ой, а записка где? Та, что я писал?
— Что? — Ирина моргнула. — Какую записку ты писал?
— Димка, молчи! — Сергей дёрнулся к сыну, но было поздно.
— Как это молчи? — мальчик надул губы. — Я старался, красиво писал... Мам, а ты прочитала? Там же для тёти Ани, моей учительницы. У неё завтра юбилей, и мы с папой...
— С папой? — Ирина медленно опустилась на стул. В ушах шумело, перед глазами плясали разноцветные пятна.
— Ну да! — Димка плюхнулся рядом. — Пап, расскажи! Ты же обещал, что сегодня все вместе подпишем открытку. А завтра весь класс...
— Помолчи минутку, сынок, — Сергей устало потёр переносицу. — Мама немного... удивлена.
— Почему? — искренне удивился мальчик. — А, ты же не знаешь! — повернулся он к матери. — Тётя Аня в больнице лежала, почти месяц. У неё это... как его... гастрит обострился. А она одинокая совсем, представляешь? Мы с ребятами решили устроить ей праздник, когда она выйдет. Завтра первый день как она возвращается!
Ирина переводила взгляд с сына на мужа, пытаясь собрать мысли в кучу:
— И поэтому... цветы?
— Не просто цветы! — Димка взвился со стула. — Пап, покажи список! Ну тот, который мы составляли!
Сергей молча достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги. Ирина развернула его дрожащими пальцами.
"План операции 'С возвращением!'
1. Цветы (тюльпаны — любимые)
2. Открытка от класса
3. Торт (заказан в кондитерской)
4. Шарики (розовые и белые)
5. Плакат 'Мы вас любим!'..."
Почерк был Димкин — кривоватый, но старательный. Внизу приписка другим почерком: "Цветы забрать в 16:00, торт в 17:00. Всё спрятать дома, чтобы мама не увидела (СЮРПРИЗ!)"
— Сюрприз... — эхом повторила Ирина.
— Ага! — Димка сиял. — Мы хотели тебя тоже позвать, но папа сказал — ты занята будешь в школе. А ты пришла рано и всё испортила...
— Я испортила? — она сглотнула комок в горле.
— Ну да! Теперь уже не сюрприз получается. Пап, а давай маму тоже возьмём завтра? Она же всё равно уже знает!
Сергей наконец отмер:
— Дим, сбегай в свою комнату. Нам с мамой поговорить надо.
Когда сын убежал, в кухне повисла тяжёлая тишина. Ирина смотрела на букет — такой красивый, такой весенний... И совсем не для неё.
— Почему ты мне не сказал? — тихо спросила она.
— А ты бы дала договорить? — Сергей присел рядом. — Ворвалась, начала обвинять...
— Красивые, — Ирина кончиками пальцев коснулась лепестков. — Знаешь, я даже не помню, когда ты мне в последний раз цветы дарил...
— При чём тут это? — Сергей дёрнулся. — Ты сейчас серьёзно? Я тут с сыном доброе дело делаю, а ты...
— А я что? — она резко повернулась к мужу. — Я вообще-то твоя жена! Которая пятнадцать лет слышит "зачем тратить деньги на то, что завянет"! А тут какой-то учительнице...
— Не какой-то! — Сергей повысил голос. — Женщине, которая нашего сына читать научила! Которая с ним после уроков сидела, когда ты на своих совещаниях пропадала! Которая...
— Вот! — Ирина вскочила. — Вот оно! Значит, всё-таки она! Я так и знала!
— Что "она"? — он тоже поднялся. — Что ты себе навыдумывала?
— А то ты не понимаешь! — слёзы наконец прорвались. — "Одинокая женщина", "с Димкой сидела"... Сколько это уже продолжается? Месяц? Год?
В дверях кухни появился испуганный Димка:
— Мам, пап, вы чего кричите?
— Ничего, сынок, — Сергей старался говорить спокойно. — Иди к себе, мы просто...
— Вы что, ругаетесь из-за тёти Ани? — мальчик шмыгнул носом. — Мам, она правда хорошая! Она даже когда в больнице лежала, мне задания по WhatsApp отправляла, чтобы я не отстал...
— В больнице? — Ирина замерла.
— Ну да! У неё же это... как его... прободение было! Экстренная операция! Пап, скажи!
— Прободная язва, — глухо отозвался Сергей. — Еле успели. Она две недели в реанимации пролежала. А потом ещё месяц в обычной палате.
— Одна? — почему-то шёпотом спросила Ирина.
— Одна, — кивнул муж. — Совсем одна. Ни мужа, ни детей. Только кот дома. Димка с ребятами по очереди его кормили...
Ирина медленно опустилась на стул. Перед глазами вдруг всплыло: вечер, дождь, Димка с температурой, она застряла на совещании, а Сергей на важных переговорах... И звонок Анны Сергеевны: "Не волнуйтесь, я с ним посижу, сколько нужно".
— Господи, — она закрыла лицо руками. — Какая же я...
— Дура? — подсказал Сергей. — Есть немного.
— Пап! — возмутился Димка. — Нельзя маму обзывать!
— Можно, — глухо отозвалась Ирина. — В этот раз — можно.
— Мам, а ты с нами завтра пойдёшь? — Димка присел рядом, заглядывая матери в лицо. — Тёте Ане будет приятно! Она тебя часто вспоминает...
— Вспоминает? — Ирина подняла голову.
— Ага! Говорит: "Как твоя мама справляется? И работа, и дом, и ты..." А я ей рассказываю, какая ты у меня сильная! И красивая! Правда, пап?
Сергей хмыкнул, доставая из холодильника бутылку воды:
— Правда. Только очень мнительная.
— Это как? — заинтересовался сын.
— Это когда человек сам себе придумывает то, чего нет, — Ирина грустно улыбнулась. — И начинает в это верить.
На кухне повисла тишина. Только тикали часы на стене да гудел холодильник. Тюльпаны в вазе слегка покачивались от сквозняка, роняя редкие капли воды на столешницу.
— Знаешь, — Сергей присел рядом с женой, — я ведь специально выбрал розовые. Анна Сергеевна говорила, что это символ благодарности.
— А я подумала...
— Я понял, что ты подумала, — он взял её за руку. — И знаешь что? Завтра, когда отдадим эти цветы, сходим в магазин.
— Зачем?
— Купим тебе букет. Красных роз. Просто так.
— Но ты же говорил — зачем тратить деньги...
— А я идиот, — просто ответил Сергей. — Думал, что главное — польза. Практичность. А оказывается, иногда цветы могут наделать больше бед, чем их отсутствие.
— Ура! — подпрыгнул Димка. — А можно я тоже маме букет выберу?
— Можно, — Ирина притянула сына к себе. — Только давай сначала выполним твой план. Как там было? Цветы, открытка, торт...
— И шарики! — мальчик просиял. — Пап, а давай сейчас открытку подпишем? Втроём?
Уже поздно вечером, когда Димка уснул, а все приготовления к завтрашнему дню были закончены, Ирина стояла у окна кухни. Сергей обнял её сзади:
— О чём думаешь?
— О том, как легко мы теряем главное, гоняясь за призраками.
— Главное — что вовремя понимаем свои ошибки, — он поцеловал её в макушку. — И учимся не только дарить цветы, но и доверять друг другу.
Тюльпаны на столе чуть заметно светились в темноте, словно напоминая: иногда то, что кажется предательством, на самом деле может быть актом любви и благодарности. Нужно только дать себе время понять это.