ТРИДЦАТАЯ ЧАСТЬ
Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
- Надеюсь, что не энты, — проворчала я на ходу.
- Чего? - спросила дочь и открыла соседскую калитку.
На нас в ту же секунду посыпались лягушки, ядовито зелёного цвета. Они полностью облепили дверь со стороны двора и когда та открылась, потеряли опору и вывалились наружу. Я не знала, что это за существа и насколько они ядовиты, поэтому мгновенно среагировав, отпрыгнула назад и потянула за собой дочку.
- Вот чёрт, отойди, — ругнулась я.
Дочь отлетела метра на три, едва удержав равновесие, остановилась на краю дроги и уставилась на меня глазами полными слёз.
- Мам, что ты творишь? Зачем? Почему? Да, в конце концов, скажи мне, что здесь происходит?
-А я знаю? - сердито ответила я, — Я вижу ровно столько же, сколько и ты, только мгновенно мозги включаю и делаю выводы. Посмотри на лягушек, это что-то из ряда вон. Ты глянь какого они цвета. Где ты видела в природе такие ненатуральные цвета?
Дочь внимательно посмотрела на меня, на гору прыгающих к нам лягушек и нахмурила брови.
- Мам, а тебе это ничего не напоминает? Не кажется, что это на что-то похоже?
- Так, — протянула я, — о чём это ты? Излагай свои мысли, а то у меня сейчас мышление слишком узкое. В голове крутится только одна мысль, как не умереть и тебя спасти.
- Ну, возможно, это и не нужно... Посмотри, тут есть некая историческая связь, пусть не нашествие, но мышь была. - Катя загнула один палец, — Потом появились осы и лягушки... - она загнула второй и третий пальцы.
На секунду мне показалось это знакомым, но в общем-то не сказало ни о чём.
- Ну, продолжай. - подбодрила я её, — Сказала "а", говори и "б".
- Мы это в универе проходили по религии, помнишь, там ещё проказа была и кровавая река.
- Точно, — я щелкнула пальцами и посмотрела на наглых лягушек, оккупирующих территорию у забора, — это не совсем то, но очень похоже. Эти фокусы явный намёк на десять казней египетских. Только я точно знаю, что там всё началось с кровавой воды, — вдруг вспомнила я, — Да, ну... Ну, нет... Такого быть не может. Да и за что это нам? Мы же ни императоры какие-нибудь, ни фараоны, ничего такого не делали и от нас требовать нечего...
- Саш, ты там? - крикнула Людмила со двора.
- Да тут я тут. Люд, ты чего орала, откуда у тебя лягушки? - крикнула я ей в ответ.
- Не знаю, не видела. Я вышла из дома, а они уже тут были.
-И много их там у тебя?
- Да, нет, все к тебе пошли.
- Мам, тебе не кажется, что это странно, — шепотом спросила Катя, — где ты, там вот эта вся фигня, — она ткнула пальцем в кучу земноводных, скучковавшихся у забора.
- Вот так вот, да? — с укором сказала я, — Я тебя родила, воспитывала, можно сказать, ночей не досыпала, думая о твоём будущем, а ты... Блин, как тебе не стыдно... и вообще, мне очень обидно. Кать, скажи, что у тебя в голове? Ну какая может быть связь между мной и происшествием в соседнем дворе? И вообще, если что, то мышь не имела никакого отношения ни ко мне, ни к тебе. Она просто куда-то лезла по шторе, а осы напали не на меня, а на тебя. Так почему же в этом всём оказалась я виновата? Ты что-то знаешь? Тебе что-то Михал сказал?
-А Мишу-то ты зачем приплетаешь? - возмутилась дочь.
-А почему ты мать свою сюда приплела? - обиделась я.
- Ну... Я не знаю... Мне так показалось...
- Девочки, я вам не мешаю? - из-за забора язвительно сказала соседка, — Я бы тоже не отказалась присоединиться к вам, да вот беда, между нами находится нечто мерзкое и зелёное.
- Юмористка, блин, я бы, наверное, от такого вида давно уже умерла. - хмыкнула Катя, — Ну, и что мы с этим делать будем?
- Ну, по-моему, здесь существует только два варианта. Первый — прорубить в нашем заборе дверь и ходить соседям через наш двор, второй — придётся бороться с этими лягушками, но, пожалуй, есть ещё и третий — не нужно делать ничего.
- Да, понимаю я, — отмахнулась дочь, — нам проще новую дверь прорубить, чем с этой мерзостью связаться. Но, мам, третий вариант нам совсем не подходит, тебе нужно соседке помочь.
-А кто тебе сказал, что я должна это делать? - я ощутила невероятное раздражение.
Я старая, больная, одинокая черепаха, которой, по идее должны все помогать. Но на самом деле, получается, что только я то и дело туда-сюда бегаю и спасаю молодую, здоровую, красивую женщину, у которой, на минуточку, есть ещё и муж. Который вот-вот должен нагрянуть.
- Амм, — Катя вдруг удивлённо посмотрела на меня, — ну, ты же моя мама.
-И?
- Ну, ты же сильная, смелая, добрая и всегда всем помогала, — растерянно промямлила моя дочь.
Мне было приятно ощущать себя в глазах дочери практически богом, но рваться на британский флаг, чтобы помочь другим, нет уж, увольте... Совсем недавно моё ближайшее окружение отбило навсегда охоту помогать. Зачем мне это всё, если благодарности в жизни не дождёшься. Да, ладно благодарность, ещё же потом и крайней сделают и меня же в чём-нибудь нехорошем обвинят.
-А сейчас не хочу, — резко ответила я, затем, зачем-то подобрала камень у обочины дороги и принялась его подкидывать, — сейчас у нас такая жизнь, что каждый отвечает за себя. — я подкинула ещё раз камень, и швырнула его в лягушек, — Пошли, — кивнула я дочери, развернулась и пошла домой, — у неё муж есть, вот пусть и разбирается с этим сам.
Я прошла всего несколько шагов, когда на улицу выбежала Люда.
- Фу, спасибо тебе, Саш. Я уж думала, ты мне и вправду помогать не хочешь, — я развернулась и удивлённо уставилась на соседку.
Она стояла на том самом месте, где только что квакала на все голоса целая когорта лягушек. От неожиданности я даже потёрла глаза.
- Они исчезли, когда ты стукнула по кумполу самую верхнюю лягушку, — засмеялась Катя.
- Дурдом, — буркнула я и снова развернувшись, направилась к дому.
- Мам, ты чего? - удивилась дочь и засеменила следом.
- Сама не знаю, — буркнула я, — бесит. Почему-то чувствую себя первоклашкой, которая ещё толком и буквы не знает, а её заставляют разгадывать ребусы.
- Мам, — дочь догнала меня, взяла за руку и прижалась щекой к плечу, — я кушать хочу.
- Ладно... - вздохнула я, — пошло оно всё к чёрту. Пойдём в дом, лопать спасённый борщ...
Остаток дня прошел спокойно и благополучно, я занялась домашними делами, успокоилась и практически забыла об утренних приключениях. К вечеру мы с дочерью приготовили ужин, накрыли в саду на стол и стали ждать гостя. Сегодня был тот самый день, когда по моим планам, я должна была познакомить Михаила с Катей. Но, похоже, в этой деревне ни одному из панов не суждено было сбыться, потому что Михаил в назначенное время не пришел. Мы долго сидели за столом, делая вид, что ужинаем. Мы просто растягивали время, чтобы всё-таки дождаться его, и скрыть некую неловкость от его опоздания, но он так и не появился. Наконец, нам надоело ждать, мы убрали со стола и разошлись по комнатам примерно в полночь. Я уже засыпала в своей уютной кровати, когда дочь из зала голос подала:
- Мам, как ты думаешь, почему он не пришёл? Может, он обиделся на меня?
-А было за что? - спросила я удивлённо. Как можно было обидеть человека всего за несколько часов? Хотя, зная своего ребёнка, если ей что-то не понравится, всю правду матку врежет прямо в лоб. Вся в меня, тут уж ничего не попишешь. - Ты ему что-то сказала?
- Да, нет... Вроде бы ничего... Просто мы с ним о тебе разговаривали, потом про ведьм и он как-то так криво усмехнулся, что я не выдержала и сказала ему, что он гад и что так нельзя относится к женщинам, особенно к моей маме, потому что ты у меня самая добрая и хорошая.
- Значит, поругались, — сделала вывод я.
Дочь цокнула языком и раздражённо сказала:
- Мам, ну, я же сказала, что нет. Я высказалась, он кивнул в знак согласия и в честь примирения запустил салют.
- Примирение, — хмыкнула я про себя, — да он отвлёк тебя от твоих мыслей, дурочка. Я, кажется уже начиню жалеть, что познакомила вас. Общались всего несколько часов, а уже такие страсти, что же дальше будет. - я снова ухмыльнулась и ответила дочери, — Кать, не бери в голову, он государев человек. Он не может, как твой отец целыми сутками бездельничать. Ты же видела, что творилось днём, возможно, это и есть причина его отсутствия.
- Ты думаешь, он просто занят? - с надеждой спросила дочь.
- Думаю, что да.
- Но, позвонить-то было можно? Да, ладно позвонить, написать просто смс. Он же ни того, ни другого не сделал. Мне кажется, ему просто наплевать на меня. Наверное, он понял, что я не та самая, которая ему предназначена, разочаровался и просто не знает как это мне сказать.
- Кать, — одёрнула я дочь, — прекрати себя накручивать. На дворе ночь и мы сейчас всё равно ничего не можем узнать. Возможно, он был там, где связи нет. Возможно, он там до сих пор находится.
-А разве так бывает, чтоб не было связи?
- Катя, прекрати... Конечно, так бывает. Ты думаешь, у нас под каждой елкой вышки стоят? Он полицейский, участковый, на нём несколько деревень числится. Он занят, просто занят, когда освободится, придёт.
- Думаешь?
- Да, — резко ответила я и, повернувшись носом к стенке, добавила, — давай спать.
Но, этому не суждено было сбыться. Едва я закрыла глаза, как в окошко, в зале кто-то тихо постучал. Диван скрипнул, и я услышала лёгкие шаги дочери.
- Подслушивал что ли? - подумала я, — Или действительно был занят и то, что вышло, действительно недоразумение...
- Кать, прости, весь день очень занят был, — услышала я громкий шепот Михаила, — а там связь не фурычит, я даже позвонить не смог.
- Вот гад, — подумала я, — не бывает таких совпадений, значит, всё-таки подслушивал.
- Ну, что, пошли? - спросил Михаил.
- Ага, сейчас оденусь, — с готовностью ответила дочь.
- Куда это они собрались на ночь глядя? - глаза мгновенно открылись и поспешили вылезти из орбит. Я тихо запаниковала и мысли пошли накатом одна за одной, — Так, спокойно, Александра, не надо нервничать. Они люди взрослые, Миша мужик ответственный, не сожрёт твою дочь... А вдруг они... - передо мной поплыли некоторые намёки на эротические сцены и у меня перехватило дыхание, — Так, стоп, мать, остановись. - принялась успокаивать я сама себя, — Они совершеннолетние, имеют право на личную жизнь. А ты, курица старая лучше лежи и молчи... - я немного полежала, стараясь ни о чём не думать, но мысли сё равно пробивались и я сдалась, — Да и хрен с ним, пусть хоть родит в свои двадцать пять. Ничего, выкормим, вырастим, воспитаем внука сами, от нас не убудет... Но, если этот старый козёл обидит мою дочь, то я ему такое предназначение устрою. Вот пусть только слезинку проронит из-за него, вот пусть только взгрустнет, я тут же превращусь в такую матёрую ведьму, что мне и совет их будет ни почём, да я им тут разгромлю всю деревню.
Я мысленно разбушевалась так, что мне показалось, будто кровать ходит подо мной ходуном. Не зная что делать в таком случае, я легла на спину, вытянулась во весь рост, постаралась очистить голову от лишних мыслей, глубоко задышала и попыталась закрыть глаза. Оказалось, что последнее, это самое трудное. Глаза отказывались закрываться, будто в них спички вставили. Я полежала немного, уставившись в потолок, стараясь рассмотреть на нём несуществующие трещины. И вновь разные нехорошие мысли начали атаковать меня. Мне, почему-то стали вспоминаться те дни, когда Катя была ещё совсем крошечной. Муж гулял и пил. От переживаний стало исчезать молоко. Дочка, совсем ещё кроха, плакала от недоедания. Можно было, конечно, купить смеси и докармливать, но я была в декрете и денег у меня не было, а мужу было наплевать голодны дети или нет. Слёзы сами по себе покатились из глаз.
- Зачем, зачем я это всё терпела? - думала я, — Это я во всём виновата. Если бы я тогда не была такой дурой преданной, то, возможно, у моих детей давно бы был другой, хороший отец, были бы семьи. Катя бы уже давно бы родила... - и вдруг я услышала тихий, но звонкий и счастливый смех дочери где-то недалеко от дома. Я прислушалась, — Либо в саду, — подумала я, — либо здесь, за забором, но отсюда не далеко... Значит, никуда они не пошли, не нужно выдумывать лишнего. Счастливая, значит, у неё всё хорошо... Что я в самом деле начала выдумывать... - в следующий момент, глаза мои захлопнулись...
Проснулась я от непонятного монотонного шума, происходящего где-то в глубине дома. Открыв глаза, я сначала не сообразила где нахожусь и сколько сейчас времени. Осмотревшись и прислушавшись, сделала выводы, что я у себя дома, лежу в собственной кровати. По полоске света под дверью, сообразила, что солнце, наглухо закрытое в моём окне шторами, уже стоит в зените, или около того. А вот что за грохот стоит, так и не сообразила. Он ни на что не был похож, но я почему-то чувствовала, что лично мне или моим близким он не несёт никакой угрозы и что на него стоит обращать внимание в последнюю очередь. С удовольствием потянувшись, я встала с кровати и открыла дверь. Шум тут же прекратился и на кухне послышалось тихое хихиканье. Мне показалось, что смеётся не только моя дочь, но и кто-то ещё. Зевая и почёсывая пятую точку, я направилась на звуки смеха.