БРОДЯЧИЕ СЮЖЕТЫ И ВЕЧНЫЕ ОБРАЗЫ
Из лекций С.В.Стахорского
В распятиях средневековья Христос изображен триумфатором, победившим смерть: лик его светел, он не висит на кресте, а будто парит в воздухе, широко раскинув руки, как крылья. Иконографический тип Christus Triumphans преобладал до XIII столетия. Яркий образец — распятие Сан-Дамиано, перед которым, по преданию, молился Франциск Ассизский.
В некоторых распятиях на голове Христа не терновый венец, а корона царя небесного.
Тип Christus Triumphans воспроизводят средневековые иконы и мозаики православной церкви.
В периоды Проторенессанса и Раннего Возрождения сформировался новый тип изображений распятого Христа — Crucifixi dolorosi (Скорбное распятие). В алтарных картинах и скульптурах, выполненных Джунта Пизано, Чимабуэ, Джотто ди Бондоне, Филиппо Брунеллески, Донателло и другими художниками, Христос испытывает на кресте неимоверные муки: его тело покрыто кровоточащими ранами, взор затуманен, лицо заплыло от укусов слепней, губы страдальчески сжаты. Распятия данного типа отличает резкий s-образный изгиб корпуса, будто тело пронзила судорога.
Crucifixi dolorosi описал Виктор Гюго в романе «Отверженные»: под алтарными сводами «вытягиваются на черном дереве большие нагие Иисусы из слоновой кости, окровавленные, более того — кровоточащие, с обнажившимися на локтях костями, с содранной на коленях кожей, с открытыми ранами, увенчанные серебряными терниями, пригвожденные золотыми гвоздями, с рубиновыми каплями крови на лбу и алмазными слезами в глазах».
Традиция Crucifixi dolorosi проявилась в произведениях Андреа Мантеньи, Маттиаса Грюневальда, Эль Греко.
К традиции Crucifixi dolorosi примыкает картина Гольбейна Младшего «Тело мертвого Христа во гробе». Она представляет собой фрагмент несохранившегося алтаря, предположительно его нижнюю створку.
В картине Гольбейна тело Иисуса помещено в тесный гроб и написано предельно реалистично. Мы видим разлагающийся труп, покрытый лиловыми пятнами и запекшейся кровью; в полуоткрытых глазах неподвижный остекленелый взор. Важно отметить, что Гольбейн показал Христа одинокого в своей смерти: нет рядом ни апостолов, ни жен-мироносиц, ни ангелов.
Картина Гольбейна привлекла внимание Карамзина. В книге «Письма русского путешественника» он отмечал, что у Гольбейна в образе Христа «нет ничего божественного, но как умерший человек изображен весьма естественно».
Угнетающее впечатление картина произвела на Достоевского. Писатель задавался вопросом, способна ли вера в воскресение Христово устоять при виде полотна, на котором написан тронутый тлением труп.
Эти размышления Достоевского отозвались в романе «Идиот». Копия картины Гольбейна висит в доме Рогожина, и о ней разговаривают князь Мышкин и Рогожин:
— Это копия с Ганса Гольбейна, — сказал князь, успев разглядеть картину, — и хоть я знаток небольшой, но, кажется, отличная копия. Я эту картину за границей видел и забыть не могу.
— А на эту картину я люблю смотреть! — пробормотал, помолчав, Рогожин.
— На эту картину! — вскричал вдруг князь, под впечатлением внезапной мысли, — на эту картину! Да от этой картины у иного вера может пропасть!
— Пропадает и то, — неожиданно подтвердил вдруг Рогожин
В начале ХХ века традицию Crucifixi dolorosi продолжил Аристарх Лентулов: написанное им «Распятие» возмутило церковь и было запрещено цензурой.
Расширенный вариант статьи опубликован на сайте Библиотека Сергея Стахорского.
© Стахорский С.В.