Специалист по гардеробу называл себя имиджмейкером и постоянно спорил с Джоном, не стесняясь присутствия старших товарищей…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Zx3q24qNJRLsCEUS)
После второго посещения забраковал часть купленной в Германии одежды, выбил с конторы дополнительные деньги в валюте и начал таскать с собой вконец охреневшего курсанта по модным магазинам и бутикам, расплодившихся в центре столицы, как грибы после дождя. И где модного стилиста и его Джип Гранд Чероки (ну, конечно же, ярко-голубого цвета) хорошо знали...
Молоденькие продавщицы с тоской разглядывали довольно странную пару. С Серёжей всё понятно, но этот то куда лезет? И через что? Интеллигентный, стройный, восточный мужчина с аккуратной бородкой и выразительным взглядом притягивал противоположный пол с момента появления в магазине модной и очень дорогой одежды.
Девчата тайно вздыхали… Можно сказать, генофонд нации, а всё туда же! Куда катится этот мир? Имиджмейкер в оранжевой тёплой куртке знал своё дело и с ходу начинал гонять персонал, одевая заново клиента и оставляя при этом щедрые чаевые. Контора платит!
В коротких поездках по Москве и долгом стоянии в пробках продолжалась одна и та же лекция об уникальном образе каждого уважающего себя мужчины. Особенно, если позволяют средства.
Лекция и диалог обычно проходили в салоне люксового внедорожника:
– Джон, не надо делать кислую рожу при каждой покупке такую. На тебя же девушки смотрят.
– Ещё раз меня обнимешь, челюсть сломаю, – вполне буднично сообщил пассажир, удобно расположившись на переднем сиденье и с интересом разглядывая центр города.
И всё же, какие у нас разные столицы: Москва и Санкт-Петербург. И как хорошо, что они есть…
Водитель развеселился:
– Я же на работе. Вхожу в образ.
– Так врежу, что выйти не сможешь. И каратэ не поможет. Так и останешься гомиком навечно.
– У вас в Люберцах все такие резкие?
Тимуру всё больше и больше нравился стилист. В нормальном понимании…
Курсант секретной школы решил чуть-чуть приоткрыть завесу государственной тайны:
– Я родом с Урала.
Сын армейского полковника замолчал и, оценив откровенность, оторвал правую руку от руля и протянул к собеседнику:
– Серёга Рысев.
– Ильдар Ахметов. – Потенциальный разведчик пожал ладонь и усмехнулся. – У меня уже есть друг по имени Серёга. Поэтому, ты будешь – Серый.
– Серый, так, Серый…, – легко согласился новый товарищ, одёрнув яркую куртку. – А теперь слушай и запоминай: при выборе своего стиля главное помнить, что одежда должна подчеркивать, а не скрывать индивидуальность. И не надо покорно следовать моде, которая меняется каждый год. Достаточно научиться комбинировать вещи, которые имеются в гардеробе. Цветовые оттенки одежды должны сочетаться с цветом твоих волос, бровей, глаз и бороды. Это называется – цветотип. Выбранные вещи должны визуально корректировать фигуру и образ жизни. Важно, чтобы твой внешний вид выглядел уместно в реальных обстоятельствах, а не как на обложке журнала. Лучше купить меньше вещей, но хорошего качества. Здесь, всё понятно?
Пассажир кивнул, а Сергей Рысев продолжил лекцию о выборе стиля: деловой, повседневный, спортивный, милитари и авангард. Последние два предложения Джон отмёл сразу.
Стиль «милитари» прапорщику надоел за шесть лет службы в войсках ГСВГ, а художником-авангардистом он никогда не был. Джон, он же Студент, вдруг вспомнил про друзей из прошлой жизни:
– Серый, слушай. Лет семь назад я знал двух пацанов, русского и азербайджанца, служили вместе. С ними одна нехорошая история приключилась, присели оба на три года. И вроде вышли, приехали в столицу и примкнули к солнцевским. Ты бы аккуратно поспрашивал: Сергей Толстиков и Эммин Эльчиев. Про меня говорить ничего не надо…
Имиджмейкер кивнул и под конец разговора похвастался последней моделью сотового телефона, гораздо меньшего по размеру, чем Студент видел ранее. Техника не стоит на месте. Клиент получил личный номер стилиста Рысева «только для своих», и пообещал позвонить в первый же удобный момент. На том и расстались до лучших времён…
Зачёты сданы, учёба закончилась. Рано утром, 23 февраля 1995 года, в День защитника Отечества, который впервые заменил День Советской Армии и Военно-Морского флота, за Джоном по договоренности заехал полковник Кузнецов на своей неизменной Волге чёрного цвета с новыми номерами. Автомобиль, как обычно, ждал за квартал от учебной точки.
В этом году конец февраля выдался удивительно тёплым. Как в Северной столице, где к финалу зимы может быть плюс с дождём. В этот раз пассажиру позволили занять переднее место, дабы подчеркнуть важность момента поездки в штаб-квартиру на встречу с руководящим составом ГРУ. Разведчик, стараясь скрыть волнение, разглядывал город в предрассветных туманных сумерках. В Питере ещё темно…
Джон оторвался от вида за лобовым стеклом, повернулся к водителю и сообщил сомнения по поводу изменившейся личности:
– Александр Юрьевич, я становлюсь слишком приметным для нелегальной работы. Меня легко запомнить.
Водитель, разглядывая впереди идущий поток машин, пожал плечами:
– Это часть твоей легенды. Тебя должны хорошо знать на полуострове, откуда и начнём плясать, раз уж так получилось с бабушкиным домом и дядей. Когда после ФРГ окажешься на Украине, некоторые службы начнут наводить справки о тебе в Крыму, где сразу вспомнят привлекательного и обаятельного красавчика Ильдара.
– Товарищ полковник, а если без шуток?
– Джон, ну какие могут быть шутки, если на кону твоя безопасность? Ты уж постарайся привлечь к себе внимание Мустафы и всех остальных. Пусть потом подтвердят нашу версию событий под Берлином и под городом Сумы. Это пока главное. Прапорщик Ахметов должен быть абсолютно чист перед «рідною Україною».
– Тогда понятно. – Вздохнул выпускник Первого факультета Военно-дипломатической академии. – Вот только непривычно быть постоянно в облике элегантного денди. Как-то слишком быстро всё меняется…
– Вживайся в образ. Тебе не привыкать. И потом, чему тебя учили? Сам знаешь, встречают по одёжке; а дальше действуй по обстоятельствам.
– Попробуем!
– А сейчас слушай инструктаж на сегодняшний праздничный день, который командование специально выбрали для смотрин. Сегодня в конторе будет мало народа. И для тебя это хорошо… – Водитель замолчал и перестроился в крайний правый ряд, готовясь к повороту. Затем, закончив маневр, продолжил: – Ты у нас товар штучный и довольно редкий, но далеко не первый и, дай бог, не последний. Так что, гардемарин, не задирай нос перед начальством.
– Да я и не собираюсь…, – задумчиво перебил молодой сотрудник разведки, которого только что возвели в ранг гардемарина.
Полковник решил объяснить сложившуюся ситуацию:
– Обычно доучившиеся курсанты сдают экзамены государственной комиссии, которая принимает окончательное решение об отправке нелегала за границу. Тебя учили по целевой программе для выполнения особого задания. Поэтому, ускоренный курс, и ты сегодня встретишься только с первым заместителем начальника ГРУ. Без всяких комиссий. Генерал представится сам. Вопросы?
– У матросов нет вопросов…, – протянул Джон и, намекая на получение офицерского звания, поправил: – Вернее, у гардемаринов.
Когда выпускник получит офицерское звание? Высшее образование у него есть, да ещё какое! Школу закончил, пора обмывать лейтенантские звёздочки. А, может быть, учитывая специальное звание старшего лейтенанта милиции, ему с ходу дадут старлея? Было бы неплохо…
В тридцать лет – и ты, бац, старший лейтенант. А ровесники уже майорами ходят. Карьера, как ни крути прапорщицкую фуражку. Интересно, ему «форму новую дадут, научат бить из автомата…»? (слова из песни группы «Машина времени»)
И что Джон будет делать с армейским гардеробом, если выдадут полный комплект вместе с сапогами, шинелью и шапкой? И ещё тёплое офицерское бельё. А это было гут на сегодняшний день. Пассажир расслабился от мыслей и улыбнулся фирменной улыбкой сам себе. Сейчас кривизна лица не так была заметна благодаря бородке с усами и стараниям стилиста Серёжи.
Свернули с Хорошевского шоссе и уткнулись в стандартный армейский контрольно-пропускной пункт (КПП), врезанный в высокую глухую стену благородного серого цвета. Возле КПП росли ели, и возвышался памятник погибшим военным разведчикам без имён и фамилий.
Стандартная проверка документов, водитель предъявил удостоверение и документы пассажира. Проехали по очищенным дорожкам с ровными бордюрами из снега. Огромная территория и всё, как в армии.
Уткнулись в следующий забор с неизменным пропускным пунктом. Повторная проверка документов, более тщательная со сверкой лиц водителя и пассажира, и вот чёрная Волга припарковалась на специальной площадке у высокого здания из стекла и бетона. Тот же армейский серый цвет и никаких архитектурных излишеств.
Полковник Кузнецов задрал голову вместе с выпускником академии и сообщил:
– Иногда мы называем контору: «Стекляшка».
– Похоже! – Согласился вчерашний курсант.
Два дежурных прапорщика за двойными дверьми и ещё одна сверка личностей со списком на столе. Джон расстегнул куртку и оглянулся. В вестибюле главное место занимал мемориал героев разведки СССР и России. Здесь погибших сотрудников указали под своими настоящими именами.
Изучать список и чтить память, было некогда. Мужчины оставили верхнюю одежду в гардеробе, лифт перенёс на седьмой этаж, где на выходе встретил следующий пост из двух прапорщиков, вооруженных пистолетами.
Ещё одна дверь и открылся небольшой коридор с портретами прошлых начальников «Консерватории» (или «Стекляшки»), указывающий вместе с ковровыми дорожками, что именно здесь переносят тяготы и лишения секретной службы нынешний состав руководства ГРУ Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации.
Кузнецов уверенно шагнул к одной из трёх дверей без табличек, и оба вошли в просторную приёмную и оглянулись. За двумя столами с компьютерами сидели капитан в форме, ровесник Джона, видимо адъютант генерала, и молоденькая секретарь в форме сержанта сверхсрочной службы. Капитан поднялся, поздоровался за руку с посетителями и сказал: «Ждёт-с».
Сержант осталась на месте и, перебирая пальцами кнопки клавиатуры, стрельнула глазками в сторону красавчика. Надо же, какие кадры у нас служат? Телефончик, конечно, не попросит. А жаль…
Прошли через двойные двери с коротким тамбуром. Джона успел подумать о том, что на этаже слишком много дверей, и поднял голову. Выпускник Военно-дипломатической академии готовился к встрече с генералом ГРУ, и в его представлении, заместитель начальника управления должен был выглядеть, например, как полковник Кузнецов, которого ещё в питерском кафе мысленно обозвал «комитетчиком»: стройный, с тонкими чертами лица, больше похожего на обычного европейца, чем на русского…
От окна шагнул навстречу невысокий плотный мужчина в шерстяном костюме с галстуком. Перед выпускником шпионской Альма-матер стоял мужчина лет пятидесяти, чуть ниже ростом, чем сам посетитель, и с густой копной русых волос.
Широкое добродушное лицо, глубоко посаженный взгляд серых глаз и высокий лоб больше соответствовали рангу какого-нибудь председателя передового колхоза. Только хорошо подобранный серый костюм (цветотип?) с белой рубашкой и бордовым галстуком указывали на хороший вкус хозяина кабинета.
Крепкое мужское рукопожатие и взмах правой ладони, приглашающий занять места, ближе к креслу руководителя.
Генерал присел под портретом президента, посмотрел на молодого человека, и представился:
– Игорь Петрович. – И тут же последовал вопрос: – Ну что, Тимур Кантемиров, готов к работе?
Джон поймал взгляд собеседника и спокойно доложил:
– Так точно.
– Понимаешь, для чего тебя готовили в индивидуальном порядке?
– Мне объяснили, – сообщил вчерашний курсант, не отрывая глаз от лица первого заместителя начальника ГРУ. – Главная цель – Украина.
Игорь Петрович кивнул и, откинувшись в кресле, как бы, между прочим, спросил:
– А как сам относишься к хохлам?
– Хорошо отношусь. Знаю многих, служили и жили вместе… – Секундная пауза. – Но, после занятий, телевизора и газет даже не знаю, что сказать.
И тут хозяин кабинета хлопнул ладонью по столу.
– А я вот не знаю, что думать! И тоже со многими служил.
Полковник, сидящий напротив, только вздохнул. Потенциальный разведчик продолжал смотреть на генерала. Вернее, на его правое ухо. Как будто бы, смотрел в глаза. Как учили…
Генерал повторил вздох куратора операции и перешёл к делу:
– Будешь работать под моим командованием и непосредственно подчиняться Кузнецову и Джабраилу. Кроме начальника управления, нас троих и двух секретчиков управления больше никто не знает о конечной цели операции. И знать не должен. Дальше будет видно… – Генерал замолчал, выдвинул правый ящик стола и вынул пару офицерских погон. – А теперь – встать! Смирно!» » Роман Тагиров (продолжение -https://dzen.ru/a/ZzwpAnMy3kdHLA6l )
