С сегодняшнего дня начинаем знакомиться с дальнейшими приключениями бывшего прапорщика после его удачного (или неудачного) внедрения в банду «сланцевских», которое закончилось выстрелом в голову Студента.
Кто ещё не слышал о бандитской жизни внедренного Кантемирова, можно на досуге почитать здесь: https://dzen.ru/a/ZcjNyk75bG3jixtL
Я знаю, что некоторые товарищи год назад успели ознакомиться с данной историей в параллельном блоге, но за прошедший год блог «Армия и Флот» (автор вернул прежнее название, звучит короче и гораздо лучше) вырос до 82 тысяч подписчиков (практически в два раза).
Надеюсь, это не предел! Каждый день подписываются примерно по тридцать, сорок новых читателей. Новые отредактированные главы будут выходить каждый день, кроме выходных, ровно в 06.00. Поехали:
«…Гамлет Самвелович пренебрег осторожностью (мусора (то есть милиционеры…) обязательно снимут кино с похорон…) и своим здоровьем, решил не избегать неприятных для любого человека минут скорби и лично присутствовать на прощании известного всему городу братка с погонялом Студент. Так сказать, отдать последний долг Тимуру Кантемирову...
Хотя, по большому счёту, должен остался как раз сам Тимур. Как быть с участком земли под Дрезденом? А какие надежды возлагались на него уважаемым сообществом здесь, в России и там, в Германии! Многое было поставлено на кон ради бывшего прапора, который к тому же оказался ещё и внедренным ментом. Неисповедимы пути господни…
Дошёл до точки Студент. И унёс с собой тайну, о которой ГамлЕт надеялся, что будут знать узкий круг людей. Он сам и ментовский полковник. Ну, ещё адвокат Оганесян. Законник понимал, что после крайних художеств усопшего все замолчат, как в могиле. Точно так же сохранит тайну и сам вор в законе. Иначе выйдет себе дороже. Ох, доигрался, Тимур в свои игры. Доигрался неугомонный прапорщик…
Когда сам Кантемиров лежал на операционном столе, законник начал собственное дознание, послав Николая с Иваном на место преступления и ко всем возможным участникам событий в доме по улице Сикейроса: ментам, работникам скорой и даже в морг.
Банкноты зеленого цвета, щедро выделенные для сбора информации, сделали своё дело, и со слов работников кареты скорой помощи вор в законе знал точно, что рана оказалась не смертельной, хотя Студент потерял много крови. Менты тоже подтвердили, что клиент был скорее жив, чем мёртв.
С врачами операционной бригады так и не удалось поговорить. Ну, да ладно! Успеем ещё. У людей законный выходной после отработанных суток. Никуда не денутся…
И всё же, почему вполне здоровый молодой мужчина умер от лёгкого ранения, да ещё сразу после перенесенной операции в стенах Военно-медицинской академии? Интересно, вскрытие производили или нет? Надо бы взглянуть на результат.
ГамлЕт, слушая заунывные молитвы Главного муфтия Санкт-Петербурга, тёмно-зеленый джип которого стоял у входа в мечеть, поднял голову и посмотрел на рядом стоящую с каменным лицом Маргариту. Адвокат чего-то не договаривает, да и вообще, удивляет скорость прощания и похорон. Всё же у православных ритуал происходит гораздо солидней, степенно и с глубоким чувством.
Опять же деньги, раз сам Главный муфтий лично читает молитвы. Гамлет Самвелович поднял голову и окинул взглядом высокий купол Соборной мечети, выложенный изящной сине-бирюзовой керамикой и сверкающий под луной большим позолоченным полумесяцем. Но, вроде бы, как нельзя вскрывать тело мусульманина, в Исламе – это тяжелый грех. Надо проверить…
Да и казанский родственник усопшего с самого начала похорон достал всех своим Шариатом и мусульманскими традициями. Да и сам Тимур никогда не говорил о двоюродном брате по материнской линии. Откуда взялся этот Равиль?
Пожилой человек тяжело вздохнул и сочувственно посмотрел на Спикера, стоявшего у стены мечети, отделанной фактурным серым гранитом, и рыдающего как тюлень, никого не стесняясь и не обращая внимания на окружающих. Вот задела человека смерть товарища, в отличие от его подруги армянской национальности, не проронившей за весь вечер ни слезинки, ни слова…
А Спикер с утра получил замечание от родственника Тимура, высокого худощавого мужчины, одетого в тёплый зеленый френч и шапочку того же цвета с вышитым полумесяцем спереди. Равиль строго и серьёзно сообщил другу усопшего, что сейчас его брат Тимур испытывает тяжёлые муки, когда по нему так сильно скорбят близкие люди. Мол, мужчинам нельзя плакать, потому что по покойнику плачут небеса.
Хорошо, что адвокат успела перехватить пацана и отвести в сторону ограды. Иначе бы небеса заплакали по поводу кончины следующего правоверного мусульманина по имени Равиль, что у татар означает: «странник» или «весеннее солнце».
Внимание законника привлёк высокий молодой мужчина, стоявший рядом с адвокатом в дорогой кожаной куртке, синих джинсах и в странной теплой кепке с опущенными ушами. Это ещё кто такой? Оганесян нашла замену Студенту? Тоже, небось, из ментов?
И как бы незнакомец не старался придать лицу скорбное выражение, по его заинтересованным взглядам вокруг было видно, что происходящее за оградой мечети захватывает его меньше, чем собравшийся народ у гранитной стены. Когда мужчина вынул руки из карманов, острый взгляд ГамлЕта выцепил синие наколки на пальцах. Да он из блатных! Кто такой?
Вор в законе кивком подбородка подозвал к себе Николая и, глядя в мокрые от слёз глаза (и этот туда же…), сделал несколько указаний: дать пару сотен баксов родственнику Студента, пригласить его на поминки и поговорить с ним отдельно, спокойно и по родственному. Второй приказ касался личности незнакомого братка, стоящего рядом с адвокатом, по которому необходимо и аккуратно выяснить подноготную человека.
Сам ГамлЕт решил не участвовать в коллективной трапезе, к вечеру горло саднило ещё больше, а ещё оставалась важная встреча с прикормленными ментами. Надо было срочно решать вопрос с Мирзой и его сыном. Да и не царское это дело – бухать вместе со всеми по погибшему братку.
Чтение за оградой закончилось, родственник Равиль, как истинный мусульманин, раздал всем участникам погребальных молитв полученные от адвоката банкноты. Главному муфтию Петербурга досталась денюшка зеленого цвета, видимо в цвет его внедорожника.
Четверо мужчин вынесли деревянный ящик с телом за ограду мечети и погрузили в катафалк. Следом выехали два тёмных микроавтобуса с провожающими Студента в последний путь.
Главный муфтий Северной столицы остался на месте службы, отправив на Северное кладбище своего заместителя. Видимо, чтение завершающих молитв у могилы правоверного мусульманина оказалось ниже уровня крупного религиозного деятеля.
***
В это время Тимур Кантемиров как раз приближался к финальной точке совсем другой дороги по направлению из Петербурга в Москву, которая, явно желала лучшего.
Даже, если проводишь десять часов в салоне советского автомобиля среднего класса ГАЗ-31029 «Волга» под управлением целого полковника внешней разведки. Хотя, водителю было о чём поговорить с единственным пассажиром, поэтому время летело незаметно.
Разговор начался с короткого вопроса ещё на выезде из Северной столицы:
– Все бандитские вопросы успел решить? – Затем последовало уточнение. – Сегодня последний день, когда ты остаёшься Тимуром Кантемировым. С завтрашнего дня ты будешь или Джоном, или Ильдаром Умеровичем Ахметовым. В зависимости от преподавателей, которые будут работать с тобой.
Пассажир, вольготно расположившись на заднем сиденье, аккуратно кивнул забинтованной головой с прорезями для рта, носа и глаз. Понял, мол, вопрос! Через пару секунд задумчиво ответил:
– Я больше чем уверен, что ГамлЕт, это вор в законе, главный в наркотрафике, всё же усомнится в моей смерти и начнёт копать. И его люди смогут выкопать труп из могилы. В прямом смысле…
Тяжёлую машину качнуло на очередной ямке в асфальте, раненный в голову слегка сморщился, а водитель коротко ругнулся и ответил:
– Ну, с мертвецом нам, считай, повезло, да и выбор в морге Академии оказался довольно широкий. Нашли молодого бандюгана без документов и примерно твоего возраста. Рост, вес и комплекция подошли идеально. А с остальным хирург Соколовский поработал: и старый шрам на руке появился, и новый шрам на половину лица организовал, остальную часть головы обработали так, что мама не узнает. Якобы часть лица сильно пострадала от пороховых газов и частиц металла. И ещё голову побрили. Тут только генетическая экспертиза докажет, что труп – это не Тимур Кантемиров.
– Для генетики нужен материал ближайшего родственника, – сообщил со знанием дела выпускник юрфака ЛГУ.
– Сам-то своё лицо видел, грамотей? – Спросил Александр Юрьевич, мельком взглянув в зеркало заднего вида.
– Постеснялся! – Тяжело вздохнул пациент, только что покинувший армейский госпиталь. – Там такая красивая медсестра делал перевязки. Не стал у Полины зеркало просить. Лучше в следующий раз посмотрюсь в своё отражение.
– Тимур, ты вот что скажи, как можно остановить твоего «принца датского»? Может, убрать с дороги? В прямом смысле этого слова?
Забинтованная голова поднялась, удивленные глаза уставилась в затылок водителя.
– Товарищ полковник, вам тоже нравится убивать? Сами же пытали меня вчера? Искали личные мотивы и установки по совершению тяжкого преступления.
Опытный старший офицер спецслужб незаметно улыбнулся уголками губ, не отрывая взгляда от трассы М10. Он выбрал нужного кандидата. Даже после ранения в голову, хотя и по касательной, молодой человек соображает быстро, чётко и правильно.
Ответ прозвучал после короткой паузы:
– Слишком многое поставлено на Ильдара Ахметова. Я уже говорил, что ты даже не представляешь, сколько сейчас людей работают на твою легенду: здесь в России, в Германии и на Украине. Твоя могила на Северном кладбище – это только первый шаг. Кстати, а почему вы с Оганесян выбрали именно это кладбище? Это же окраина? В Питере много мест, более соответствующих положению для последнего пристанища Студента. Да и денег у него вполне бы хватило на могилу с постаментом где-нибудь на кладбище в центральной части города?
Пассажир выпрямился на сиденье, шире расставил ноги и чуть наклонился вперёд, сложив перед собой пальцы в замок.
– Вот это правильный вопрос, Александр Юрьевич. С удовольствием отвечу и за ГамлЕта тоже скажу, которому жить осталось не больше года. У него рак горла, диагноз подтвердился в последней поездке в Италии. Он сам открылся на днях. Можно сказать, что у нас состоялся разговор по душам…
Кантемиров замолчал, прогоняя в памяти последнюю встречу с вором в законе. Вроде прошло всего лишь несколько дней, а как будто пролетела вечность. Где сейчас Гамлет Самвелович?
Водитель быстро спросил:
– О чём говорили?
– После того, как мы ликвидировали киллера, отправленного азербайджанской группировкой на адрес ГамлЕта, я решил открыться законнику о своём внедрении и попросил оставить меня в живых.
– Рисковый шаг! – Перебил профессиональный разведчик.
– Иначе было никак, – спокойным голосом парировал собеседник. – Любая случайная встреча с бывшими коллегами по Сестрорецкому УВД, да и по отделу Центрального района, или появившаяся вдруг информация с прежней работы, тут же поставила бы крест на моей жизни. Законник не стал бы сомневаться ни секунды, а Питер – город маленький. В лучшем случае, убили бы быстро. А про худший, даже думать не хочется.
– Тогда скажи мне, зачем тебе надо было влезать в наркомафию? Денег не хватало?
Пока ещё Студент задумчиво протянул:
– Тут не только деньги…
Собеседник замолчал и откинулся на сиденье. После затянувшейся паузы полковник ГРУ произнёс:
– Тимур, говори, как есть. И если ты вступил к нам, то принадлежишь организации полностью. А я, к тому же, со вчерашнего дня отвечаю лично не только за тебя, но и за твою семью.
Кантемиров снова согласно кивнул. Ясен пень! Обратной дороги нет…
Молодой человек начал говорить:
– Первое предложение от ГамлЕта поступило ещё в Крестах от его заместителя по кличке Сева. И вот тогда мне очень захотелось в Германию. От второго предложения я не смог отказаться, да и уже не хотел. Благодаря знакомству с Виктором Викторовичем и удачной контрабанде героина в Дрезден я окончательно решил вопрос с фабрикой и Дворцом культуры, остановил войну с «тамбовскими» и подружился с вором в законе. Кстати, в конце нашего последнего разговора ГамлЕт отдал распоряжение по поводу своих похорон, где я был бы одним из шести его приближенных людей, которые понесут гроб на Северном кладбище. Там у него мама похоронена.
– Даже так… – Протянул полковник и принялся раздумывать над непростой судьбой завербованного сотрудника. – Надеюсь, ты согласился на наше предложение не от безысходности? Не от того, что тебя менты и бандиты припёрли к стенке?
– Даже не знаю, что ответить вам! – Честно признался без пяти минут разведчик.
Точного ответа он не знал сам. Но сейчас ничего не могло поколебать уверенность Кантемирова в правильности своих действий. И если бы сейчас полковник ГРУ спросил: «Что он чувствовал в момент принятия решения?», то Тимур наверняка бы ответил: «Интуиция…».
Молодой человек добавил:
– Сам постоянно думаю. С момента увольнения из милиции у меня в душе какой-то раздрай пошёл. Вроде должен был радоваться свободе от начальства, а веселья, как такого, не чувствовал.
Видавший многое сотрудник разведки согласно кивнул.
– У меня такое происходило каждый раз при окончании операции. Вроде всё, задание выполнил, а чего то не хватает. Обратно тянет…
Кантемиров на заднем сиденье только пожал плечами. Вот такая карусель получается!
Последовал следующий наводящий вопрос:
– Тимур, смотрю, тебе Германия приглянулась? До сих пор тянет?
Прорезь бинтов озарила широкая улыбка.
– После дембеля снилась постоянно. И Дрезден с лейпцигом, и стрельбище. Почти каждый день вспоминал ГДР. Служба, стрельбы, немочки, ночные бары…
– Тогда тебе придётся точно так же полюбить Украину! – Сделал неожиданный вывод куратор будущего внедрения.
– С чего вдруг?
– Если ты безразличен к стране пребывания, не знаешь ее обычаев, традиций, то тебе там просто нечего делать. Без этого работа на чужбине в течение длительного времени окажется тем же отбытием наказания. И ты всегда должен быть готовым к любой проверке. – Водитель чуть повернул голову в сторону, фиксируя дорожную обстановку. – Тимур, если ты говоришь, что некоторое время пришлось пожить, например, в Зимбабве, то надо знать об этой стране всё: начиная с внешнего вида твоего двора или улицы, и заканчивая планировкой квартиры и высотой потолков. Любой промах означает провал. Вот так, будущий Джон.
– Ни хрена себе…, – протянул пока ещё Студент.
– Мы научим тебя Родину любить! – Ухмыльнулся в зеркало заднего вида полковник ГРУ. – В твоём случае – это город Феодосия Украинской Советской Социалистической Республики. Поверь на слово, прапорщик, тебе будет легче вжиться в роль, чем многим из нас. К слову, мне пришлось напрочь забыть счастливое советское детство, так как я по легенде вырос в городе Грац, это юго-восток Австрии на реке Муре. А я родился в Казахстане в таком районе, где до пятого класса не видел ни рек, ни озёр…
Тимур внимательно слушал, подняв забинтованную голову, и впервые подумал о своей пригодности для будущей работе. Сможет ли он? Александр Юрьевич как будто угадал его мысли.
– Знаешь, я даже не представляю тяжелей профессию, чем разведчик-нелегал. По сути, тебе придётся научиться жить абсолютно другим человеком и не забывать об этом ни секунды.
В салоне советского автомобиля возникла пауза, разбавленная ровным урчанием усиленного двигателя мощностью 195 л.с. Впереди семьсот километров не самой лучшей трассы между двумя столицами нашей необъятной Родины. А где у нас хорошие дороги? Да и дураков в стране хватает…»
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/Zx9rg2ff-0CbVltn)
