Старая фотография. Толпа народа у вагона. Шесть женщин смотрят в объектив фотоаппарата, ждут, когда сработает магниевая вспышка. Встреча устроена ради них. Кто они?! Звезды театра?! Известные певицы?! Особы, близкие к начальству?! Нет. Это революционерки. Злой царский режим этапирует их на Нерчинскую каторгу. На станции Омск каторжанкам 30 июня 1906 года устроили торжественную встречу.
На фотографии: Мария Спиридонова, Мария Школьник, Анастасия Биценко, Александра Измайлович, Ревекка Фиалка и Лидия Езерская.
Наверное, наиболее известна из всех Мария Спиридонова, «эсеровская богородица», разрядившая револьвер в Гавриила Луженецкого, прославившегося жестоким подавлением крестьянских выступлений в Тамбовской губернии.
Ее популярность на момент этапирования на бессрочную каторгу в 1906 году была такой:
«…Каждая остановка днем, вечером, ночью (они стучали в окна и будили Марусю) — восторг толпы до самозабвенья. Радость видеть её, любовь к ней, как к своему знамени, так переполняли существо этих десятков или сотен тысяч, что выливались в тихие слезы восторга, а иногда в безумные рыданья, потрясающе действовавшие на нас… Как всегда, протягивали к окнам бесконечные коробки с конфетами, апельсины, печенья (всю дорогу сплошь мы были засыпаны сластями), газеты, цветы без конца, деньги, — от медных двухкопеечных до золотых пятирублевых. Сколько раз на всех станциях мы говорили встречающим, что нам не нужны деньги, что мы — шестеро — ни в чём не нуждаемся. Шапки со сборами продолжали усиленно ходить по рукам и передавались нашему полковнику…»
Именно поэтому, вспоминая о «России, которую мы потеряли» и о стремительном развитии страны при Николае II, не стоит забывать о том, как встречали Спиридонову и ее соратниц по дороге на каторгу. Просто так такие встречи не устраивают.
Почти всю свою дальнейшую жизнь, за исключением 1917-1918 годов и коротких перерывов между арестами в двадцатые-тридцатые годы XX века Спиридонова проведет на каторге и в тюрьме. Сначала в царской, потом в советской. Во многом потому что всегда оставалась последовательно непримиримой в своих убеждениях.
Мария Школьник через несколько лет после того как была сделана фотография, бежала с каторги за границу. В 1924 году вернулась в СССР, вступила в РКП(б). Нашла себя на ниве дошкольного образования, заведовала образцово-показательными детскими садами. В политику не лезла, за что заслужила право регулярно переиздавать свои воспоминания и персональную пенсию как пенсионер союзного значения.
Александра Измайлович оставалась на каторге до Февральской революции. После свержения Временного правительства могла стать наркомом дворцов Республики (затевалось сделать такую должность, но что-то не срослось), но не стала. Как член партии левых эсеров арестована в 1918 году. Потом народная власть регулярно отправляла ее в ссылку. В 1937 году решили, что ссылок мало, отправили в тюрьму, в 1941-м – расстреляли вместе с Марией Спиридоновой.
Анастасия Биценко пробыла на каторге до февраля 1917 года. Потом оказалась среди начальства Советской республики, сначала как член партии левых эсеров, потом как член партии революционного коммунизма (часть левых эсеров вышли из партии, как несогласные с устроенным мятежом), потом вступила в РКП(б). Находилась на разных постах «ответственной партийной и хозяйственной работы» вплоть до 1937 года, когда не прошла «чистку». Суровые товарищи по партии припомнили соратнице ее эсеровское прошлое. Сначала ее исключили из партии, потом арестовали, а в 1938 году отвезли на Коммунарку.
Лидия Езерская ехала в том вагоне уже тяжело больная. Нерчинск здоровья, конечно же, не добавил. Поэтому в 1915 году ее не стало. Интересно, что Езерская до того, как присоединилась к эсерам была вполне состоятельной и успешной дамой – и родители были небедные, и сама она добилась определенных успехов, у нее имелась своя зубоврачебная практика. Но тем не менее, выбрала себе дружбу с эсерами.
Ревекка Фиалка через несколько лет была переведена с каторги на поселение. После революции осталась на Дальнем Востоке, где не лезла в политику, а занималась общественной работой в обществе политкаторжан. В 1931 году перебралась в Москву, где опять же не лезла ни в какую политику и громкие выступления, а занималась общественной работой в детских и культмассовых комиссиях. Правда, это не спасло ее мужа Сигизмунда Рачинского. Он работал заместителем главного бухгалтера в артели «Химкраска». Но видимо, даже в артели можно было развернуть настолько серьезную контрреволюционную деятельность, что наказанием за нее мог быть только расстрел. Рачинского расстреляли в 1938 году. А сама Ревекка прожила еще долгую жизнь, до 1975 года, добившись реабилитации расстрелянного мужа.
Вот такие судьбы знаменитостей первой русской революции.
А тогда, в 1906 году им устраивали торжественные встречи на каждой станции.
------------
Не ленитесь, ставьте лайки :) Они поднимают настроение и вместе с вашей подпиской помогают развитию канала. А еще на меня можно подписаться в Телеграме.