– О, наконец-то! – воскликнул Вишняков, стоило заскрипеть доскам крыльца под ногами. – Белоснежка проснулась! Ну ты, Тохан, и горазд поспать.
Я ничего не понял. Боливар красовался рядом с упавшей секцией ограды. Вишняков разгуливал по двору в каких-то новых черных брюках и с голым торсом. Может быть, мне спросонья так показалось, но похоже на то, что на тощем теле Вована проступили намеки на мышцы брюшного пресса. Впрочем, если полторы недели толком не питаться и подвергаться сильному стрессу, наверное, можно похудеть еще сильней. Рядом с машиной виднелись разложенные вещи и два ведра с мокрыми краями.
Я хотел было спросить, когда парни успели перегнать машину, но природный позыв оказался сильнее. Я махнул рукой и поспешил укрыться за стеной здания.
«Это как же крепко я спал, если даже не слышал, как буханка подъехала? – подумал я, когда струя с характерным журчанием хлынула на противоположный угол дома. – Видимо, организм просто отключился от переутомления. Надо быть осторожней с этим делом, так ведь можно и приближение какой-нибудь реальной угрозы не заметить».
Стоило опорожниться, как тут же захотелось есть и пить. Я зевнул и помотал головой из стороны в сторону, сгоняя с глаз сонную пелену. Застегнув штаны и поправив ремень автомата, я направился к Вовану, осматриваясь по сторонам.
Очевидно, в этом мире еще лето. Судя по тому, как скукожились листочки мелкой жесткой травы под ногами, дожди не шли очень давно.
Заброшенные дворы нагоняли уныние и тоску. Я не знал, сколько лет они так простояли. В голове начали просыпаться мысли и вполне логичные вопросы, а куда, вообще, делись все обитатели поселка?
Но вокруг никого, кто бы мог дать ответ.
Безмятежное высокое солнце настырно припекало. Толстый слой пыли покрывал оконные стёкла и стены домов. Горячий воздух звенел от стрекота каких-то насекомых и редкого жужжания пролетающих мимо мух.
Поселок оказался небольшим. Перед тем как лечь спать, я практически не обратил на это внимания, двигаясь, словно в тумане, к единственной видимой двери. Как-то слишком много всего навалилось за два дня, и нервы просто не выдержали. Но сейчас видно, что это даже и поселком тяжело назвать. Скорее так, поселение.
За домом, в котором мы уснули, расположился еще один похожий. Такие же стены из светлого кирпича, большой заброшенный двор и причудливая округлая крыша. За покосившейся оградой широкая полоса. Видимо, когда-то это была прокатанная колея, но по ней явно давно никто не ездил, и теперь ее практически затянула мелкая трава.
Сразу за дорогой начиналась соседняя улица, состоявшая из трех домов. Судя по неравномерному размеру окружающих дворов, застраивались тут в разное время и, похоже, совсем не думали над тем, сколько земли занять. Просто брали, сколько считали нужным. За оградами так же виднелись заброшенные огороды и какие-то хозяйственные постройки. Похоже, дальше начиналась еще одна «улица». Во всяком случае, я точно видел пару торчащих округлых крыш. И на этом всё.
Я, продолжая щуриться, попытался высмотреть хоть какой-нибудь намек на брошенную во дворе машину или трактор, что было весьма типичным явлением для поселков, к которым я привык, но ничего не обнаружил. Может быть, именно на них жители и покинули свои дома.
Вопрос: только зачем?
Впрочем, учитывая опыт наших приключений, вполне могло случиться так, что сделали они это не от хорошей жизни.
Я согласно хмыкнул и отлепил от спины прилипшую футболку.
«Да, тяжело будет в осенней одежде, – мысленно заключил я. – Придется обдергайку и кофту в машине оставить, а футболка у меня одна. Может, есть смысл подбить Бабаха аккуратно по домам пройтись? Присмотреть что-нибудь полезное. Может, как раз получим представление о том, куда все делись».
Я нащупал на мокрой шее цепочку и вытащил медальон из-под футболки. Небольшой ромбик умостился на ладони, не подавая никаких признаков активности. Он больше не покалывал и никуда не тянул, что странно, особенно учитывая всю полученную информацию.
«Нет, ты точно какой-то другой, – подумал я. – Есть что-то в тебе такое, что сильно заинтересовало этого Трэйтора. А вот Нат, похоже, реально приняла побрякушку за потемневшее серебро. Значит, действительно раньше таких не видела. Странно это всё. Впрочем, тут всё странно. Надо с ребятами обсудить. Надеюсь, все успокоились уже».
– А где Гарик и Нат? – спросил я, подходя к Вовану, деловито раскладывавшему вещи на куске полиэтилена перед машиной.
– Фу, Тохан… – Вишняков скривил брезгливую рожу и наигранно отпрянул в сторону, помахав рукой перед лицом. – Вон возьми. Вода чистая вот здесь.
Он указал на пакетик с зубными щетками и наполовину смятым тюбиком пасты. Рядом стояла на треть заполненная пластиковая бутылка с чистой водой.
«Хорошо, что не Нат оказалась первой, с кем я заговорил, – мысленно хмыкнул я. – К тому же я весь потный и воняю, должно быть. Чёрт, история у нее, конечно, ужасная. Бедная девчонка, надо ее как-то поддержать».
– Много только не лей, чистой воды тут во всём поселке нет.
– Ты уже успел осмотреться? – спросил я, сделав шаг в сторону и потянувшись за пастой.
– Да я много чего успел, пока ты дрых. Вот…
Вишняков кивнул на два мокрых железных ведра, стоявших рядом с Боливаром. Из одного торчала тряпка, перекинутая через край. Я посмотрел внутрь машины и только сейчас заметил, что на полу и приступке больше нет ошметков растоптанной лапши и комков грязи. Подавшись немного вперед, я ощутил тонкий аромат разбавленной в воде «Белизны».
– А какой водой ты моешь тогда? – я поднял пакетик и достал зубную щетку.
– Так это, – Вовка ткнул рукой в сторону соседнего дома. – Там большое кольцо бетонное стоит, в нём треть воды была. Но ее пить нельзя, она зеленая, и в ней всякая живность плавает. Но для уборки годится. Я зачерпнул аккуратно, чтобы со дна муть не поднимать.
Я хотел было припомнить ему наш разговор перед началом путешествия, когда он заверял меня, что с водой проблем не будет. Но не стал. Во-первых, в предыдущем мире ее действительно было более чем достаточно. А во-вторых, чего-то явно не хватало, и внутри меня начало зарождаться беспокойное чувство.
– Сколько я спал?
– Всю ночь и еще полдня.
Я выдавил горошину зубной пасты на щетку.
– Чего? Ночь?
– Ага. Не шевелился даже. Я хотел тебя растолкать, но Гарик сказал, чтобы ты отдохнул.
– А Гарик с Нат где? – спросил я, приступая к чистке зубов.
– Гарик за тем домом, – Вишняков махнул рукой на противоположную сторону улицы. – Хочет автомат пристрелять или проверить, насколько у него меткость повысилась. В общем, буркнул что-то и ушел. Я толком не понял, занят был.
– Полезное дело, – кивнул я, сплюнув в сторону пену от пасты и потянувшись за водой. – А Нат чем занимается?
Вишняков задумчиво вздохнул и почесал затылок.
– Володь, где Нат?
Я перестал полоскать рот и взволнованно осмотрелся по сторонам.
– В общем, Тохан, тут такое дело… – Вишняков перестал чесаться. – Ушла она, пока мы спали.
– Чего? Как?!
– Ногами, очевидно. Рюкзак свой сложила и ушла. Вот… – с этими словами Вовка подошел Боливару и, открыв пассажирскую дверцу, подхватил с сидения лист бумаги.
– Прочитай, тут написано всё.
Я мгновенно закрыл бутылку и бросил щетку в пакетик. Быстро обтерев мокрые пальцы о более-менее сухой участок футболки, я осторожно взял записку за края листа и поднес к глазам.
«Мне больше с вами не по пути. Я не собираюсь никого уговаривать помогать мне. Не все в мире готовы делать что-то ради других. На самом деле таких людей вообще единицы. Возвращайтесь домой, должно быть, так нам всем будет лучше. Меня можете не искать, это бесполезно. Вовка-Бабах, береги себя и не подставляйся под пули. УРК большая редкость».
– Ну ни хрена себе день начался, – тихо пискнул я, почувствовав, как внутри всё оборвалось.
Это весьма странное чувство. Не такое резкое, когда нам угрожала опасность, но при этом не менее глубокое. Словно кто-то зацепился за каждый нерв в организме и стал медленно тянуть за них, покачивая из стороны в сторону. И больше всего тянущей болью отдавала та самая нить, которая подцеплялась к сердцу. В одно мгновение я забыл о прилипающей к телу потной одежде и ноющей боли затекших мышц.
Аккуратные строчки, выведенные большими опрятными буквами, заплясали перед глазами, перенимая дрожь пальцев. Я еще раз перечитал записку, словно это могло изменить смысл содержания.
– И чего мы стоим? – я попытался взять себя в руки. – Надо за ней ехать. Она же пешком, вряд ли далеко ушла…
– А ты умеешь следы читать? – хмыкнул Бабах.
– Чего?
– Следопытов в роду не было?
– К чему ты клонишь? – я нервно отозвался, переминался с ноги на ногу, борясь с желанием прыгнуть за руль Боливара и ударить по газам.
Но тут, как назло, Володька решил устроить генеральную уборку, так что придется потратить еще хрен пойми сколько времени, прежде чем мы загрузим всё обратно.
– А к тому, что пока Нат по дороге шла, следы в пыли оставались. Но за тем холмом она на обочину забралась, а там трава мелкая, и уже ни черта не понятно,– пояснил Бабах, указывая рукой в сторону следов от покрышек Боливара.
– Да твою мать! – воскликнул я, вернув Вовану записку. – Чего делать-то?!
– А зачем что-то делать? – спокойно спросил он.
– Как зачем?! Так это же… Ну… – я пытался совладать с ураганом мыслей, терзающих только что проснувшийся мозг. – Она же одна! В чёрт пойми каком мире! А если этот Трэйтор объявится? Или чёртовы ремехи? Или еще кто?
– Ну, если Трэйтор объявится, так она только рада будет, – многозначительно хмыкнул Вован, возвращая листок на сидение буханки. – На ремехов должен медальон среагировать, так что спрячется. Ну а если какая-нибудь другая опасность, то не пропадет, я думаю. Видел же, чего умеет. Может за себя постоять. К тому же у нее ножик есть. Да и во всех этих мирах она явно больше нашего знает.
Я поразился рассудительности друга и стройности умозаключений.
Начало приключения оболтусов Гарика, Вовки и Антохи вы можете прочесть здесь:
https://author.today/work/334059
Разговорные стримы пока продолжают выходить здесь. Но замедление данной площадки даёт о себе знать. Обязательно заглядывайте каждую субботу с 19:00 до 21:00 по МСК, чтобы лично задать в чате все интересующие вопросы.
https://www.youtube.com/channel/UCw_fiwCS5uaGV56KP2FhBdw
Игровые стримы теперь переехали сюда: