Анна не сразу закрыла дверь. Её рука всё ещё держала дверную ручку, как будто она могла этим задержать развернувшийся хаос. Дети, как две маленькие торпеды, рванули вглубь квартиры, оставив за собой след грязных ботинок.
— Ира, подожди, — начала Анна, растерянно оглядываясь, — ты хотя бы предупредила бы… Михаил работает, у нас тут всё расписано...
— Анютка, ну ты серьёзно? — перебила её Ирина, хлопнув ладонью по чемодану. — Мы же сестры! Что, неужели родным негде переночевать? А то я прямо сейчас пойду искать гостиницу, раз уж такая строгая хозяйка.
Анна закусила губу. Спорить с сестрой — дело гиблое. Да и что она могла сказать? Чувство вины уже начинало щекотать где-то в глубине души.
— Заходите, — выдохнула она наконец, закрывая дверь.
В коридоре стоял чемодан, а рядом с ним валялась крошечная куртка. Шапка одного из детей уже оказалась на полке с декором, прямо рядом с дорогими свечами, которые Анна привезла из Милана.
— Мам, а тут конфеты есть? — послышался голос старшего ребёнка, который заглянул в нижний ящик кухонного шкафа.
— Лёша, не трогай, — отмахнулась Ирина, смахивая пальто на кресло. — Тут, наверное, всё приличное и по правилам. Не так, как у нас.
Эта фраза кольнула Анну. Не так, как у вас? Конечно, не так. Она работала днями и ночами, чтобы создать этот уют, чтобы каждый сантиметр квартиры был идеальным.
— А ты чего молчишь? Проводишь нас в гостевую? — Ирина игриво ткнула сестру локтем в бок, подталкивая её вперёд.
Гостевая. В просторной квартире Анны и Михаила была одна специально обустроенная комната для гостей, но они почти не использовали её. Чаще всего там хранились лишние подушки, покрывала и вещи, которые ещё ждали своего места в интерьере. Хотя комната была уютной, Анна никогда не считала её идеальной для ночёвок: она привыкла видеть её аккуратной и без следов суеты.
— Подождите, я... — начала Анна, но тут на пороге появился Михаил.
Он посмотрел на толпу в коридоре, на чемодан, грязные ботинки и, не сказав ни слова, сдержанно кивнул Ирине.
— Привет, — выдавил он с лёгкой натянутой улыбкой. — Ты же не предупредила, что будут гости.
Анна почувствовала, как её лицо наливается жаром.
— Это ненадолго, — поспешила она ответить. — Просто небольшая заминка у Иры, правда же?
— Конечно, — бодро подтвердила сестра. — Мы только чуть-чуть отдохнём. Михаил, тебе вообще повезло с Анькой. Она у нас святая, правда.
Михаил не ответил. Его взгляд упал на грязные следы, ведущие к гостиной.
— Извините, у меня ещё работа, — коротко бросил он и ушёл в кабинет.
Анна проводила его взглядом, ощущая, как из уютного гнёздышка их квартира начинает превращаться в поле битвы.
— Ну, а теперь покажи, где у тебя можно разместиться, — сказала Ирина, развязывая детям шнурки. — А я пока кофейку выпью, а то день был ещё тот.
Анна молча пошла в мастерскую. Её руки дрожали, а в голове клубился рой мыслей: как она допустила, что её привычный порядок так быстро превратился в беспорядок?
***
В гостиной было шумно. Телевизор гремел мультиками, дети бегали с криками, от которых звенело в ушах, а Ирина развалилась на диване с кружкой кофе.
— Анютка, ты просто не представляешь! — воскликнула она, махнув рукой. — Серёга совсем с катушек съехал. То машину сломает, то деньги куда-то исчезают. А мне одной и детей тянуть, и дом держать.
Анна сжимала губы, разглядывая тёмные пятна шоколада на своём светлом ковре.
— Ира, пожалуйста, может быть, детей... немного занять? — осторожно предложила она.
— Занять? Они же дети, пусть играют, — отмахнулась сестра. — У тебя тут так просторно! О, а кстати, где тут салфетки? Кирилл опять руки вымазал.
Вздохнув, Анна пошла на кухню за салфетками. Она старалась не думать о том, что это её дом, её правила, а их никто не соблюдает.
Когда Михаил вернулся вечером, на его лице отразилось то же, что чувствовала Анна. Он остановился в дверях гостиной, не сразу заметив жену, которая спешно убирала следы творческого хаоса.
— Привет, — начал он, обводя взглядом разбросанные игрушки и перевёрнутую подушку с дивана.
— Привет, — Анна попыталась улыбнуться. — Как прошёл день?
— Лучше, чем у тебя, судя по всему, — сказал он с тенью сарказма и ушёл в кабинет.
Анна чувствовала, что пора что-то сказать Ирине, но слова застревали в горле. Она боялась её обидеть, а ещё больше — вызвать очередную драму.
На следующий день
Анна отправилась на работу, едва ли сумев отдохнуть за ночь. Дети носились по квартире до позднего вечера, а Михаил едва смог уснуть, закрывшись в своём кабинете.
Вечером она вернулась домой, чувствуя себя выжатой, как лимон. Её настроение окончательно испортилось, когда она открыла дверь в кабинет Михаила.
На столе царил хаос. Листы чертежей лежали в беспорядке, а прямо посреди стола красовался рисунок маркером. Огромный дом, солнце и кривоватая надпись: «СПАСИБО ТЁТЯ АНЯ».
Михаил стоял рядом, глядя на это с каменным выражением лица.
— Анна, это уже слишком, — сказал он наконец, его голос звучал тихо, но жёстко. — Когда они уедут?
Она попыталась найти оправдания, но вместо этого промямлила:
— Я поговорю с ней.
Михаил вздохнул и ушёл на кухню.
Анна нашла Ирину в гостиной. Сестра увлечённо листала её альбомы с дизайнерскими идеями.
— Ира, я должна с тобой поговорить, — начала Анна, стараясь быть максимально мягкой.
— Что? Ой, ну не смотри на меня так. Лёшка просто хотел нарисовать что-то красивое. Ему всего пять лет, Анют. Что ты хочешь от ребёнка?
— Дело не в этом. Здесь Михаил работает. Это его кабинет.
— Тебе жалко? — резко перебила Ирина. — Ты смотри, какая ты стала. Всё у тебя идеально, всё у тебя хорошо. Что, сложно помочь своей семье?
Анна не знала, что ответить. Её дыхание сбивалось, сердце колотилось. Всё, что она хотела, — это вернуть свой порядок и тишину.
***
Утро началось с грохота, от которого Анна резко села в кровати. Звук был таким, будто что-то тяжелое рухнуло на пол и разлетелось на сотни кусочков.
— Нет, только не это... — пробормотала она, чувствуя, как по телу расползается холод.
Она выбежала из спальни и застыла в дверях гостиной. На ковре валялись осколки вазы — той самой, которую Михаил привёз из Японии, выбрав её с особой любовью. Рядом с осколками стояли дети, держась за импровизированный мяч, который оказался свернутой в комок полотенцем.
— Мы не специально, — пискнул младший, Лёша, спрятав руки за спину.
Анна молча смотрела на картину перед собой, чувствуя, как внутри разгорается пожар.
Из кабинета появился Михаил. Он не сказал ни слова, не бросил ни взгляда в сторону детей или Анны. Просто взял веник, аккуратно собрал осколки и вынес их на кухню. Затем, как привидение, вернулся обратно в кабинет и закрыл за собой дверь.
Анна не знала, что больнее — то, что дети разрушили то, что они с Михаилом ценили, или то, как Михаил молча отгородился от неё.
— Мам, а что мы будем играть дальше? — раздался голос старшего ребёнка, Кирилла.
— Играйте потише! — крикнула Ирина из кухни. — Сейчас я кофе допью, и приду.
Анна не выдержала. Она направилась на кухню, где сестра, уютно устроившись за столом, листала журнал, оставленный накануне Михаилом.
— Ира, — голос Анны был твёрдым, почти ледяным. — Ты должна уехать.
Сестра подняла на неё глаза, сначала удивлённо, а затем с раздражением.
— Что? Это из-за какой-то вазы? Анюта, ты серьёзно? Она же просто ваза!
Анна посмотрела на неё, чувствуя, как слова сами рвутся наружу.
— Это не просто ваза. Это был подарок моего мужа. И это не просто ваза, а наш дом, Ира. Ты не видишь, как ты и твои дети себя ведёте?
Ирина бросила журнал на стол.
— Ты забыла, как я помогала тебе с учёбой? Кто одалживал тебе деньги, когда ты еле тянула первый курс? А теперь ты такая вся успешная, и что? Родная сестра стала тебе обузой?
— Я не забыла, — голос Анны дрогнул, но она заставила себя продолжить. — И я благодарна тебе за всё. Но ты не уважаешь ни меня, ни мой дом, ни Михаила.
— Ах, значит, теперь дело в твоём Михаиле! Так бы сразу и сказала. Он, видимо, всё решает, да? — язвительно выкрикнула Ирина.
— Дело не в Михаиле, а в том, что мы оба вложили в этот дом. Время, силы, мечты. А вы пришли и разрушаете это. Я больше не могу, Ира.
Сестра вскочила со стула, её лицо покраснело от гнева.
— Потрясающе! Родная кровь, а гонит из дома из-за каких-то «мечт». Ну ничего, Анютка, поживём — увидим.
Анна осталась стоять в кухне, а Ирина, кипя от обиды, пошла собирать вещи.
***
На следующее утро Анна проснулась рано. Впервые за несколько дней дом был тихим. Только утреннее солнце мягко ложилось на стол и полки, освещая любимые мелочи, которые она так старательно собирала.
Но в этой тишине было нечто тревожное. Анна знала, что день предстоит непростой.
Ирина, похоже, не собиралась затягивать с отъездом. Чемодан уже стоял у входной двери. Дети, уставшие от своих бесконечных игр, молча ели хлопья за кухонным столом.
— Ну, что? Прощаться будем? — холодно спросила Ирина, глядя на сестру с плохо скрываемым разочарованием.
— Ира, я не хочу, чтобы мы расставались вот так, — начала Анна, но её слова словно проваливались в пустоту.
— А как? Чтобы я с песнями вышла отсюда? — Ирина хмыкнула, накидывая куртку. — Спасибо за гостеприимство, сестрёнка. Удачи тебе в твоей идеальной жизни.
Анна проводила их до двери. Младший из племянников вдруг обернулся и тихо сказал:
— Тётя Аня, извини за вазу.
Она хотела ответить, но ком в горле не дал произнести ни слова. Вместо этого она только кивнула и потрепала мальчика по голове.
Дверь закрылась с громким хлопком, оставив после себя тяжелую тишину.
***
После того как Ирина с детьми покинула квартиру, Михаил вышел из своего кабинета. Он был спокоен, но Анна сразу заметила в его взгляде усталость, перемешанную с чем-то более глубоким.
— Нам нужно поговорить, — сказал он, глядя на неё.
Анна замерла. Она знала, что этот разговор неизбежен.
— Я понимаю, они твоя семья, — начал Михаил, стараясь подбирать слова. — Но больше я не хочу видеть их в нашем доме.
— Михаил... — Анна попыталась что-то возразить, но он поднял руку, мягко, но твёрдо.
— Анна, мне сложно это говорить, но я не могу терпеть этот хаос. Каждый раз, когда они приезжают, квартира превращается в поле боя. Они не уважают тебя, не уважают наш труд.
Анна опустила глаза.
— Я понимаю, что это сложно для тебя, но это и моя жизнь тоже. Я хочу приходить домой и отдыхать, а не чинить то, что они разрушили.
Его слова звучали спокойно, но в них была железная решимость.
— Ты прав, — наконец сказала она тихо. — Это наш дом. Я позабочусь, чтобы это больше не повторилось.
Михаил кивнул, его лицо немного смягчилось.
— Спасибо, — сказал он и, обняв её, добавил: — Я просто хочу, чтобы мы жили в гармонии.
Анна сжала его руку, но внутри неё застрял горький осадок. Её решение было правильным, но оно навсегда изменило что-то в её отношении с родными.
***
Через неделю, как ни странно, всё шло своим чередом. Квартира вернула свой привычный порядок, в воздухе снова ощущалось спокойствие. Анна почти забыла о недавнем хаосе, когда получила сообщение от матери.
— Почему ты выгнала Ирину? Она говорит, ты стала другой, чужой.
Анна долго смотрела на экран телефона. Глаза её задержались на слове «чужой». Её пальцы замерли над клавиатурой, но ответа не нашлось. Она оставила сообщение непрочитанным.
Вместо этого она направилась в гостиную, где Михаил работал над своими чертежами. Он выглядел сосредоточенным, но его лицо всё равно осветилось улыбкой, когда он заметил жену.
— Всё в порядке? — спросил он.
— Да, — Анна кивнула, опускаясь рядом.
Но где-то глубоко внутри у неё поселилось смутное беспокойство. Она знала, что мать и Ирина так просто это не оставят. Старые обиды не исчезают, они просто прячутся.
Анна выбрала тишину, свой дом и своего мужа. Но эта победа казалась ей хрупкой, как фарфоровая ваза, которой у них больше не было.
Спасибо за лайк и подписку на наш канал.
Читайте самые популярные рассказы