Я тут пропадала на некоторое время, но вернулась, хоть и с трудом. Рада вам, вдохновению и самой себе, родному человеку. Вот уже и шучу. Жизнь продолжается!
Как странно… у меня цветут хризантемы, сводит с ума скумпия, листья врассыпную золотом на зеленом газоне, а из головы снежная тема не уходит. Очень уж я ее люблю. Прямо вижу сейчас в окне не обедневшие кисточки дикого винограда, а белую муть и сползающие по стеклу капли талого от домашнего тепла снега. Ну и ладно! Россия велика! Время надо высчитывать, прежде чем другу на Камчатку сообщение написать, а слушая прогноз, поражаться разбросу температур и атмосферных давлений. Так что, не надо никакой фантазии и особого воображения, чтобы писать о снеге. Обещают до плюс двенадцати на неделе, а я уже слышу в воздухе его запах. И вот эту белую тишину после буйства северного ветра. Да что много говорить! Я же сама не так давно писала:
ещё верхушки солнце золотит,
ещё душица ластится и мята,
а мой мирок испуган и укрыт
от снегопада.
***
Хоть гардины раскрой, хоть обратно задёрни, ей-богу,
Ничего не видать, даже если за стёкла шагнуть,
Только белые-белые кони на белой дороге
Поднимают до неба великую белую муть.
Ещё август во мне не остыл, ещё теплится пепел
Самосеянной астры на самых задворках души,
А в незрячем окне, целомудрен и сказочно светел,
Снегопад не спеша надоевшую грязь порошит.
Дай-то бог, заметёт заодно все болячки и порчи,
И по маковку крышу укроет до самой весны,
Пусть обиды мои и твои собирает и корчит,
Не на это с тобою мы венчаны и крещены.
Не дрожи, ненадёжа-рука, расплескается горе
на весёлую скатерть мою вперемешку с вином,
и тогда, по приметам, мы крупно с тобою повздорим,
а зачем оно мне, я и так во дворце ледяном.
Хоть гардины раскрой, хоть обратно задёрни, ей-богу,
Ничего не видать, даже если за стёкла шагнуть,
Только белые-белые кони на белой дороге
Поднимают до неба великую белую муть.
***
Вчера от непогод
Шумела дотемна
У стареньких ворот
Зелёная сосна.
Стонала и тряслась,
Съезжала набекрень,
А то пускалась в пляс
Разлапистая тень.
В пылу немолодом
Гремел, как рыцарь встарь,
И дыбился конём
Единственный фонарь.
Куда летел туман
От ветра и тоски,
Не знал, наверно, сам,
Но рвался на куски.
И всё другое с ним,
Сдаваясь на авось,
Под ветром штормовым
Свистело и неслось…
Но видимо, к добру
С тобой, любимый, мы
Проснулись поутру
От белой тишины.
Была бела сосна,
Был белым мир объят,
Прекрасная, сама
Зима спускалась в сад