В работе социолога есть побочный эффект, с которым до сих нет понимания что делать. В процессе исследования специалист общается с живыми людьми, кроме ответов на вопросы они еще могут выражать наболевшее, примерно как с психологами, юристами и врачами. Таким образом набирается довольно большая база запросов от населения на решение проблем. Однако что делать с этой информацией? Заказчики исследований в такой дополняющей информации не заинтересованы, есть узкая задача, которую нужно выполнить.
Профессия социолога предусматривает в мышлении целостный подход к общественным процессам, и каждая обнаруженная системная проблема в процессе исследования становится как собственный незавершенный гештальт. Который пока не завершить, очень трудно успокоиться. Теоретики в социологии давно поднимают вопрос: как быть с такой информацией, на которую нет заказчиков? Ведь мало кому хочется себя в зеркале видеть таким какой есть, а еще меньше желающих мыслить масштабно в рамках своей деятельности. Теоретики не первое столетие обсуждают возможность расшириться в науке за пределы исследовательской работы до внедрения своих идей в систему управления. Не просто работать на заказы и расширять кругозор студентам, можно еще влиять на общественные процессы, понимая их природу, зная диагноз и болезненное состояние общества.
Возникает вопрос: каким образом это делать? Тогда можно просто идти в политику, в систему управления и там заниматься врачебной деятельностью. Однако там, где начинается политика - заканчивается теоретическая социология, остается лишь кусок, работающий в чистом виде на заказчика. И еще больше накапливается рефлексии от того, что понятен диагноз, есть лекарства, но почему-то никто системно не заинтересован в оздоровлении. Поэтому социология как тот компьютер, которым пытаются забивать гвозди, так как другого применения не находится.
Примерно в таком же состоянии другие общественные науки, нет спроса на потенциал, которые они в себе содержат. Тем временем социологические профессиональные сообщества мутируют вместе с элитарной частью общества, находят новые инструменты для исследований, расширяются в цифровой реальности. При этом наблюдается явный отрыв от физической реальности, где происходит слом устаревшей системы управления и мучительное рождение новой. Потому что заказы поступают от старого, которое заинтересовано как можно дольше удерживаться любыми способами. А в новом общественные науки не на обочине жизни, но только нужно в это встроиться, изменить привычную форму. А для начала понять.
К примеру, теперь напрашивается не связями с общественностью заниматься, а учить руководителей самим собирать обратную связь, встречаться с теми, ради кого они работают, из первых уст слышать все, что о них думают. По сути - смотреть в зеркало на себя без страха. Учиться с этой обратной связью грамотно работать так, как с важным источником информации, позволяющим принимать правильные решения. Еще нужно учитывать тот факт, что сейчас социальные группы формируются совершенно иначе чем раньше, и процессы глобализации происходят стихийно, независимо от тех концепций, которые пытаются запускать. В условиях полной неопределенности и непредсказуемости самая надежная опора для любого управленца и специалиста - это опора на обратную связь от тех, ради кого прилагаются усилия. И да, вопросы собственной честности, нравственности теперь на главном месте, потому что в зеркало приходится смотреть постоянно.