Через полчаса, отвергнув предложение Грейс пообедать перед выходом, Рудольф решительно вышел за ворота замка, мужественно тащя свой заплечный мешок. Повариха, конечно, схитрила, укладывая вещи: себе и "папеньке" нагрузила побольше, жалея своего мальчика, но король-то об этом не знал.
Маленькая процессия выглядела странно — впереди бодро семенил пухленький молодой человек, за ним, тяжело опираясь на посох, покорно шаркал седовласый старик, а замыкали шествие подозрительно поглядывающие по сторонам средних лет женщина в дорожной одежде и огромный вороной жеребец, навьюченный сумами.
Сразу за воротами путники оказались в тени многовекового леса. Надо сказать, что погода для приключения выдалась превосходная: начало осени радовало свежестью и лёгким ветерком, который доносил до людей лесные запахи. Даже старый Максимилиан ощутил прилив сил, а король то и дело отступал на пару шагов от дорожки то в одну, то в другую сторону, с восторгом прикасаясь к коре величественных деревьев.
— Ой, что это? — воскликнул он, указывая на семейство облепивших пенёк опят.
Грейс улыбнулась:
— Это грибы, ваше... племянник.
— А, так вот какие они... — король задумчиво разглядывал странную поросль. Грибы его величество любил, но сталкивался с ними исключительно в пирогах и сметанной подливке, а вот в таком, первозданном виде, наблюдал впервые.
— Кстати, удачная находка, — в руках Грейс откуда-то появился солидный нож, и она быстро обкорнала пенёк, отправив опята в торбу. — Будет отличный супчик.
Рудольф с восторгом наблюдал за этой процедурой:
— Вот это да! Как же нам повезло! Только вышли за ворота и сразу в самую чащобу попали!
Максимилиан с Грейс переглянулись. Похоже, оба подумали об одном и том же: их величество следовало бы почаще выводить на прогулки.
— Кхм, видите ли... — начал советник, — мы ещё не вышли за территорию замка. Это королевский парк, между внутренней и внешней стенами. Зарос немного, конечно, но мы пока дома.
Рудольф разочарованно вздохнул. Получается, поход ещё и не начался по-настоящему, а он уже успел подустать... Но виду он ни за что не покажет: он всё-таки мужчина!
Они прошли ещё немного. Тут Грейс заметила, что король начал спотыкаться всё чаще, заохала и предложила:
— Что-то я запыхалась совсем, не отдохнуть ли нам? Перекусим заодно.
— Ну раз вы устали, так и быть — привал! — объявил Рудольф, который на самом деле уже еле ноги переставлял.
Король с советником с облегчением уселись на постеленный Грейс плащ под раскидистым дубом, а сама повариха достала из своего мешка фирменные лепёшки с начинкой, обожаемые всеми обитателями замка.
— Грейс, это какие-то другие лепёшки? Никогда не ел ничего вкуснее! — Рудольф проглотил свою порцию, даже особо не разжёвывая.
Та покачала головой:
— Это всё от свежего воздуха! На природе всё в охотку съедается. Вот, запейте-ка, нечего всухомятку жевать.
Она протянула мужчинам простые железные кружки и плеснула туда воды из бурдюка.
— А я думал, компотик будет... — протянул Рудольф.
— Нет, компот может забродить. Вода в дороге надёжней будет, — пояснила Грейс, и король покорно отхлебнул воды. Почмокал, хлебнул ещё, потом допил залпом и протянул кружку:
— А ты права! Можно мне ещё?
После еды Рудольфу захотелось спать — привычки есть привычки, но он пересилил себя, ведь рыцари в приключениях, похоже, обходились всего парой часов сна ночью. Он поднялся, встряхнулся и посмотрел на своих спутников:
— Ну что, отдохнули? Идём дальше!
Советник, опираясь на руку Грейс, с трудом поднялся и подумал, что долго он в походе точно не протянет, всё-таки возраст уже не для таких занятий. Лучше всех себя чувствовала повариха, которая уже поняла, насколько лично ей проще в путешествии, чем в замке, где она постоянно что-то готовила, убирала, стирала, подшивала. Ну а Ангелу, высоко ценившему морковку, вообще было всё равно, куда идти за Грейс. Рудольф, посмотрев на осунувшегося Максимилиана, предложил:
— Может, дедуля пусть верхом едет?
Советник вздрогнул и замотал головой:
— Только не это!
Он даже внезапно почувствовал себя лучше — перспектива взгромоздиться на это чудовище верхом его совсем не прельщала.
— Ну как хочешь, — пожал плечами Рудольф, нацепил заплечный мешок и пошёл по дорожке дальше. Правда, сначала не в ту сторону, но Грейс его мягко развернула в нужном направлении.
Час-другой неспешного пути, и показалась наружная стена замковой территории. Она уже давно не ремонтировалась, но внушительное сооружение всё равно впечатлило короля. Вообще, за несколько часов вне привычных полутёмных залов он уже много раз впечатлился — практически всё было для него в новинку. Но сейчас, уважительно оглядывая стену толщиной в два лошадиных корпуса, он почувствовал лёгкий стыд перед предками, а такого с ним уже давненько не бывало. Рудольф даже пообещал себе обязательно заняться замком, как только вернётся из похода.
За стеной дорога расходилась, и король остановился в нерешительности: направо или налево? Ах да, карта же есть! Он достал из-за пазухи карту и развернул её на обнаружившемся неподалёку большом камне.
— Так, вот замок, — водил он по драгоценному свитку. — Ага, нам направо! К пещере гоблинов, она ближе всего.
Грейс с Максимилианом были с этим категорически не согласны. И дело не в том, что им совсем не хотелось идти в какую-то пещеру, хоть в гоблинов они и не верили, не было их тут. Просто время близилось к закату, и скоро должно было совсем стемнеть.
— Может, с утра лучше? В пещеру. Кто знает, может, большая она, быстро не управимся. А заночевать можно в деревне, тут совсем недалеко, — предложила Грейс, махнув рукой в другую сторону. Приглядевшись, можно было даже различить крайние домишки.
Это было разумно, и Рудольф кивнул:
— Веди!
По дороге Грейс рассказала, что она покупает в деревне продукты и многих там хорошо знает. Вскоре они подошли к совсем небольшой, слегка покосившейся избе, и повариха принялась барабанить в дверь:
— Марьяна, открывай, это я!
Внутри послышался недовольный скрипучий голос:
— Иду, иду...
— Глуховата она и с ногами мучается, — шепнула Грейс своим спутникам.
Ждать пришлось довольно долго, но, наконец, дверь распахнулась и на пороге показалась весьма миленькая, аккуратная старушка, хотя Рудольф успел в воображении нарисовать себе взлохмаченную злобную ведьму.
— А, Грейс! А это кто с тобой? — проскрипела она.
— Да вот, батюшка мой и племянник, в город идём, — выдала повариха легенду.
— Ох, а замок-то на кого бросила? — запричитала Марьяна. — Король-то у нас малохольный, загнётся ещё, совсем беда будет.
Грейс махнула рукой:
— Не беспокойся, оставила я там замену себе, временную. Да мы туда-обратно, скоро вернёмся. Пустишь нас на ночь? Сама знаешь, дороги неспокойные нынче.
— Ой, да что это я! — заметалась старушка. — У меня гости, а я их на пороге держу! Заходите скорей.
Совсем скоро все, уже умытые с дороги, разместились за столом с нехитрым угощением — молоко да хлеб с вареньем. Уминая краюху хлеба, Рудольф исподволь рассматривал комнатку и её хозяйку и прислушивался к разговору между нею и Грейс.
— Совсем озверел наш барон, нет на него управы, — вздыхала Марьяна. Последнее из нас выжимает. Вот куда им столько? Что ему, что королю нашему...
Она рассказывала о непомерных податях, которые платят деревенские, о том, как "барон берёт, что приглянется, и скотину, и девок". Рудольф хмурился. Ему снова стало немного стыдно — ведь она говорила о его подданных. Вот и ещё одно дело, которым предстояло заняться. После приключения, конечно.
Когда король с советником стали откровенно клевать носом, Грейс, посмеиваясь, отправила их спать на печь, пообещав разбудить всех пораньше, сама проведала Ангела, который пристроился в хлеву рядом с хозяйской бурёнкой, а потом улеглась спать на лавку под окошком. Каждый думал, что с непривычки не сможет заснуть в новых для себя условиях, но прогулка по свежему воздуху сделала своё дело — вскоре маленький домишко погрузился в сон. Утром путешественников ждало первое испытание.
Продолжение следует...