Баюн замялся, переглянулся с Катериной и заюлил:
— Ну, найдём конька, не переживай!
— Да что ты кипятишься! Я сказал найдём, значит, найдём! Волчок, а Волчок?
— А? — в кои-то веки Бурого Волка застали врасплох! Волк настолько увлёкся преображением никчёмного Сокола в кого-то совсем другого, что не сообразил, что ехать-то Финисту действительно не на ком! Кроме… — Нет! Нет и ещё раз нет! — рявкнул он.
— Волк, а придётся! — Баюн грозно подмигивал Бурому. — Придётся, я говорю, — он произнёс это с нажимом.
— Да хоть сам оборачивайся, я не буду!
— Я не конь и летать не умею! — вывернулся Баюн.
— И я тоже не конь, и, кстати, считай, что я летать разучился! — Волк рычал на Баюна, а потом смерил взглядом ухмыляющегося Финиста, особенно задержавшись на золотых шпорах.
Спорили до хрипоты, и в конце концов Волк, ставший великолепнейшим золотистым конём, с белыми чулками и широкой полосой-проточиной на морде, чрезвычайно мрачно предупредил Финиста, что если тот посмеет шпорами его хоть тронуть или плёткой хлестнуть, то больше уже никогда и никуда не полетит! И ни на ком!
— Разорву и сожру!
Подготовив главное действующее лицо, стали решать, куда «королевич» повезёт Авдотью.
— Ну куда-куда, сюда только! Заморочить девицу я смогу, разумеется. И ей будет казаться, что она в роскошных палатах, но ты сам-то не позабудь, где ты… А то увлечёшься ещё!!! Голову, к примеру, наклонять надо, когда заходишь! Так-то будет казаться, что дверь высокая, но не пригнёшь — треснешься, мало не покажется! — Баюн обошёл вокруг разряженного Финиста. — И, да, когда ты девушку-то отдавать будешь, смотри, чтобы парик не упал, а грим не смазался!
— Отвяжись, сам знаю! — капризно проговорил Финист. — У меня другой вопрос, cам посуди, где этот её Тимофей, а где я? Вдруг я ей тут в любви признаваться буду, а она возьмёт, да и согласится со мной ехать? — Финист даже головой затряс от ужаса.
— Скажешь, что видишь в её глазах сомнение и затаённую любовь к сопернику, — отмахнулся Баюн. — Чтоб ты, да струсил перед такой ерундовой ролькой? Не узнаю я тебя… Хоть говорят, даже самые талантливые из актёров, как бы это… А, выгорают…
— Да как ты смел??! — взвился оскорблённый Финист. — Да я Ромео хоть сейчас сыграю!
— Староват ты для Ромео! — сухо констатировал Баюн. — Но для наших целей сгодишься. И не ори, а то когтями испорчу и грим, и физиономию.
Следующим утром в царский терем вбежал в страшной панике запыхавшийся боярин Гостемил, отец Авдотьи, пал в ноги царю Василию и завопил:
— Царь-батюшка, не вели казнить! Не уберегли!
— Кого ты там не уберёг? — царь недовольно поморщился.
— Евдокию! Авдотью мою. Увезли!
— Чего? Кто? — удивился царь.
— Да кому она нужна-то? — небрежно спросила царица.
— Да сейчас об этом уж весь город твердит! — загомонили приближённые царя, с топотом вваливающиеся в палаты за боярином. — Авдотью-то заморский королевич-красавец увёз! На золотом летучем коне! Сказал, что увидал он в зеркале волшебном, что девица по любви заколдованного принца спасла, из чудища в человека вернула, а тот, дескать, ты уж не прогневайся, царь-батюшка, девицы-красавицы не оценил, не понял, какая это редкость да ценность, а раз так, то увозит этот самый королевич красавицу к себе! Сказал, что ему самому такая нужна!— запыхавшиеся бояре, высказав всё одним махом, замолкли. В палатах воцарилась тишина.
— Авдотью? Куда это к себе? Она ж за сына моего просватана! — наконец выговорила царица. — Какой-такой ещё королевич?
— Ой, матушка-царица! Красавец, говорят, неописуемый! Сам такой… Ах, какой! Весь в бархате, плащ блестит, сапоги каменьями изукрашены алыми, шпоры золотые. Кафтан на ём с кружавами, тож весь в драгоценных каменьях да жемчугах! Глазища чёрные, волосы как вороново крыло по плечам! — загомонили царицыны приближённые. — А конь-то, конь, такого у нас и не видали. Золотой, как есть золотой! А глазищами сверкает, аки лев! Аж страшно!
Царица сначала было обрадовалась, что невозможная Дунька-Авдотья наконец-то исчезла! И не надо сына на ней женить. Но чем больше глупые бабы описывали похитителя, тем больше царицу терзало смутное подозрение, что если такому красавцу неписаному и богатею несчитанному понадобилась это самая Дунька, то, может, она и Тимофею нужна была?
— А эта самая невеста-то наша сама согласилась? — из боковой двери показался, вот принесла его нелёгкая, Кот Баюн, и давай у боярина Гостемила выспрашивать. Мало что ли без него хлопот было!
— Да куда там! Она на улицу-то только вышла, чтобы в терема рукодельные идти, куда её матушка-царица послала вчера, как прямо с неба валится этот самый королевич на коне и давай на всю улицу ей говорить, что, мол, прослышал, да увидел в зеркальце, да влюбился, да это редкость такая бесценная, уж сколько невест он себе перебрал, а всё не та да не та! А наша, мол, та! — несмотря на трагичность момента, Гостемил почувствовал некоторую отцовскую гордость! И продолжил: — И давай её просить с ним поехать! А она ни в какую! Как ты можешь, говорит, я за другого просватана и его одного люблю! Тут этот королевич с облегчением и говорит, что, мол, и только-то? И где же это суженый твой? И когда ж свадьба-то? И не воротят ли от тебя нос, не понимая счастья своего? А раз так, то это никак вовсе и не считается. Езжай, мол, со мной! Я не юнец-слабак, я на тебе хоть завтра женюсь, и счастлива будешь! Золотом осыплю, жемчугами покои твои выложу! А она-то ни в какую, бежать кинулась!
— И что? — царь аж привстал с трона.
— Да конь Авдотью в прыжок догнал, а этот королевич-то с седла её в охапку схватил и в небо взвился, Дунька у него в руках сразу обмерла и всякое сознание потеряла! — безутешный отец вцепился себе в бороду и с отчаянием глянул на царя.
— И чего вы все стоите? Почему не ищете невесту моего сына? А??? — царь Василий осерчал и затопал ногами. — Немедля найти!!!
— Да что же это деется? У родной кровиночки невестушку украли, она, бедняжка, средь бела дня обмерла, а никто и не ищет??? — царица всё больше и больше ощущала себя человеком, который, утратив что-то совсем ему ненужное, вдруг выяснил, что вообще-то это была большая редкость и драгоценность!!! — Вот негодные! Найти! Вернуть! — тяжесть потери ощущалась царицей постепенно, но необратимо и по нарастающей!
Тимофей в безоблачном настроении вошёл в палаты. Шум его ничуть не обеспокоил, ибо шумно в теремах бывало частенько. Сначала он обрадовался, что Дуньку увезли. Жениться он пообещал, конечно, сгоряча, на радостях! Но сейчас уже сильно об этом жалел. Ну в самом-то деле! Кто такая эта самая Дунька? Боярышня. Всего-то! А он? Правильно — царевич! Не пара она ему! А что спасла, так это её прямая обязанность, о будущем государе печься. Но, послушав описание королевича и его слова, он забеспокоился так же, как и царица. А уж услыхав, что его мало того, что юнцом, так ещё и слабаком обозвали, и вовсе из себя вышел!
— Немедля! Седлать мне коня! Доспех ратный подать! — Тимофей вдруг как-то припомнил, что Дунька-то совсем ничего себе! Глаза, лицо, да и остальное очень даже ничего! И коса толстенная ниже коленок! Нееет, если призадуматься, Дунька и вовсе красавица! Немудрено, что этот паразит заморский её сцапал, губа не дура! Но какой подлец! Чужую-то невесту!
Кот в душе тихо хихикал, а вслух умело растравлял раны присутствующих, отпуская глубокомысленные замечания и щедро посыпая солью эти самые моральные раны:
— Ой, Евдокиюшка, конечно, раскрасавица! Как же не прилететь за такой! А особенно-то что ценно? Ты уж прости, царь Василий, она-то Тимофея в любом виде любит, хоть царевич, хоть чудище рогатое и хвостатое! И увидала красавца писаного у ног своих, не поддалась! А много ли таких, что на лесть не падки, за золотом не жадны да верны, если ты хоть чудищем станешь? Вишь, королевич-то у себя не нашёл! Сколько ни искал! Вон он сам говорил, что невест перебрал несчитано!
Тимофей схватился за голову! Почему-то теперь всё виделось совсем иначе! Застенчивые взгляды Авдотьи, так раздражавшие его только вчера, стали казаться такими важными! Глазища-то у неё большие да красивые! Это вчера он думал, что как у коровы. А как услыхал, что королевич успел напеть про глаза Авдотьи, мол, как у трепетной лани, так и сам начал так думать. И что как звёзды тоже! Ясно же, звёзды и есть!
Кот, услыхав последние фразы, поморщился и подумал, что у Финиста всё-таки чувства меры нет, не ровён час и правда влюбится в этого краснобая девица…
— Баюн, у тебя ведь зеркальце есть дивное, покажи, где невеста моя любимая, куда её негодяй унёс? — попросил Кота Тимофей.
«О как! Уже любимой стала. Только вчера нос воротил, обрадовался, что увезли, прямо на морде лица написано было! Крупными буквами! Заглавными! А теперь вон как запел», — думал Баюн, не забывая сохранять скорбное выражение уже на своей морде. Он достал зеркальце и показал Тимофею.
На золотом коне невероятной красоты летел в облаках черноволосый красавец, держа на руках бессильно поникшую Авдотью. Красавец с нежностью смотрел на девушку.
— Профессионал! — подумал Баюн. — Вот что-что, а это не отнимешь! Сказано ему, что по сценарию королевич в девицу влюблён, он и изображает!
— Да как же догнать-то негодного? — царица посмотрела зеркальце и, впечатлившись красавцем, а заодно и зауважав его за россыпи драгоценностей на его одежде, ещё больше прониклась обидой за любимого сыночка. Она уже точно знала, что их невеста очень ценная и выпускать из рук такую нельзя нипочём! «Небось никаких царевен этот вон красавец красть не стал, а нашу боярышню увёз! Ишь ты, губа-то не дура, да только она нам и сами нужна!» — думала царица.
— Смотрите, смотрите, спускается конь! — Баюн замахал лапой, привлекая внимание к зеркалу.
— А, я знаю, где это! Дорога на Гороховскую деревеньку. Там такие чащобы! Видать, укрыться хочет от погони, — загомонили бояре.
— Так чего вы стоите? Вперёд! Скорее! Дружину и стражу срочно! — скомандовал царь Василий громовым голосом. — Догнать, отобрать, королевича пленить! Коня в наши конюшни поставить!
Катерина незаметно подобралась к Баюну и покосилась на зеркало.
— Похитителя ловят! Представляешь, украл невесту! — сочувственно объяснил Кате Баюн, незаметно для остальных подмигивая сказочнице.
— Какой ужас, бедная Авдотья! Оно и понятно! Таких-то невест ещё поискать надо! А она-то ещё и богатая! — вступила со своей ролью Катерина.
— Да чем же она богатая? — удивилась какая-то тётушка из царицыной свиты. — Приданым боярским царей не удивить!
— Как же! А веретено, которое золотую пряжу прядёт? Царевич-то его Авдотье обратно вернул. Она его с собой сегодня в рукодельные терема захватила, так что королевич и невесту себе украл, и её веретёнце. А вышла бы за царевича Тимофея, так в приданом уже законно принесла бы его в царскую семью. Да и веретёнце-то не главное, а нрав её — чистое золото. Если брать царевну чужую, то как попадется ещё как Елена, что гостила недавно! — напомнила Катерина.
И это было последней каплей. Царица окончательно и бесповоротно убедилась, что жены лучше Авдотьюшки-голубушки для её сыночка любимого и не сыскать! Могла бы, сама на коня села и поскакала её возвращать! А что? Царевну сосватать можно, да ещё и правда попадётся манерная да капризная, как та Елена! Да и то верно, что не у каждой царевны такое приданое есть, как у боярышни Авдотьи! Золотое веретёнце любое царство озолотить может!
— А самое-то главное! Бедный, бедный царевич Тимофей! Если он на Авдотье не женится, колдовство Яги опять действовать начнёт! — простонал Баюн.
— Как? Да что ж ты молчал-то? — царь прямо подскочил на троне.
— А что? Он разве раздумал жениться? — невинно покосился на царскую чету хитрый Кот.
— Ой, беда-то, ой, скорее! Да что вы тут стоите! Все, все в погоню! Дармоеды!!! Невестушку драгоценную и бесценную упустили! Сыночка обездолили!!! — царица начала рыдать и кричать в голос.
Кот и Катерина с трудом выбрались из сутолоки и людской толчеи, образовавшейся в тронной палате, а добравшись до гостевого дома, и плотно закрыв двери, переглянулись и в голос засмеялись.
— Ты их добил! — Катерина вытирала слёзы, выступившие от смеха.
— Да уж! Вот как важно выбрать нужный момент! Теперь надо, чтобы Финист не подкачал.
Но Финист справлялся с ролью великолепно! Авдотья была бережно уложена на лавку в избе, преобразованной Баюном в богатые хоромы, и спала себе, пока на горизонте не показалась погоня.
— Эй, ты! Королевич, как тебя там, давай, буди её, — негромко посоветовал золотой конь, просунув голову в дверь. — Погоня на подходе, правда, можешь сильно не торопиться, они так запыхались, что у тебя ещё с полчаса времени есть.
Авдотья проснулась в роскошном покое, а рядом на коленях стоял неописуемый красавец в богатейшем наряде, куда там царским одеяниям царя Василия! И нежно на неё смотрел. Переждав слёзы, мольбы и заламывания рук, королевич с печалью уточнил, есть ли у него хоть какая-то надежда заслужить любовь красавицы? Волк, беззастенчиво подслушивающий, замер, соображая, как будет выкручиваться комедиант, если девица пролепечет, что такая надежда есть! Но Авдотья действительно царевича Тимофея любила и отвергла возможность появления такой надежды напрочь! Финист про себя облегчённо выдохнул, а вслух начал скорбеть и печалиться. Да так, что девице его даже жалко стало! Хотя, заметив, что Авдотья гораздо мягче стала на него смотреть, королевич и рассказал ей, что если она не выйдет за царевича Тимофея, то он всё равно оленем будет, так что сейчас она этого самого царевича ещё раз осчастливила. Ибо он, королевич, не смеет супротив её воли действовать, потому как любит её всей душой и просит токмо простить его и вспоминать иногда добрым словом!
Волк за дверью просто наслаждался. Только старался ногами не топать. Копыта очень уж стучат! А услышав, как начала подрагивать замёрзшая земля, Волк понял, что погоня уже совсем близко, и заржал, подавая Финисту знак. Тот быстренько свернул сцену прощания, накинул на Авдотью её шубейку, чтобы не замёрзла, вывел на крыльцо, посадил на коня, а пока она усаживалась поудобнее, свернул избушку-терем и спрятал её, чтобы вернуть Катерине. Сам вскочил в седло за красавицей и поехал навстречу погоне.
— Стойте! Кто из вас царевич Тимофей? — вид похитителя, который смело выехал им навстречу, озадачил толпу дружинников, воинов, бояр и прочих желающих найти, догнать, отобрать и не пущать!
— Ну я! Отдавай невесту, негодяй! — Тимофей распалился погоней и чувством потери настолько, что был готов напасть на королевича в одиночку. За ним держался царевич Иван, готовый брата поддержать.
— Отдам, но лишь потому, что она сама не дала мне никакой надежды на взаимность. Говорит, что любит тебя, хотя мне лично совершенно непонятно, за что! — королевич смерил покрасневшего Тимофея недоумевающе-презрительным взглядом. — И, да, тебе безмерно повезло, царевич, ибо если бы хоть какое-то колебание услыхал бы я в её ответе, то увёз бы навсегда, а ты всё равно стал бы оленем! — Финист бережно спустил Авдотью на снег, поклонился ей и, повернув коня, крикнул через плечо Тимофею:
— Увижу, что не ценишь, приеду и заберу! Запомни, следить буду!!!— свистнул, конь взвился в воздух и ускакал к облакам.
Ошарашенный Тимофей спрыгнул с коня, ринулся к невесте, схватил в охапку, да так и вёз домой! Авдотья была на седьмом небе от счастья! Кроме того, что её не увезли насильно в дальние страны, так ещё и Тимофей начал проявлять такие чувства, о которых она и не мечтала! А по возвращении в город её ожидало ещё большее потрясение.
— Да что ж вы, безрукие неумехи, стоите? Как надо невестушку нашу бесценную встречать? Почему дорожку тканую неровно постелили, не ровён час на снег ступит лапушка наша! Куда вы её ведёте? В горницу, убранную специально для нашей красавицы золотой, ведите! И родителей её туда же! Нет уж, пускай лучше боярин с боярыней тут погостят до свадьбы, надёжнее будет, а то ещё вернётся ирод окаянный и опять похитит нашу зореньку ясную, Евдокиюшку прекрасную! — умильно улыбалась царица. Авдотья как стояла, так чуть и не рухнула! Услышать такое от царицы, это было совершенно немыслимо!
Катерина, сидя в гостевом доме, наслаждалась от души!
— Кот, нет, ну хорошо же вышло!
— Отлично просто! А, вот и Бранко наш вернулся. С птичкой! Ну, Финист, уважил! Красота, да и только! Теперь они вокруг девушки хороводы водят и песни поют. А раньше только что ноги не вытирали!
— Да я и сам доволен! Развлёкся от души, — потянулся Финист так, что аж косточки хрустнули.
— Да ладно! Ты перетрусил, пока дожидался её ответа. И Авдотья-то от жалости к тебе, королевичу влюблённому, чуть не передумала! — Волк развлекался.
— Ты уж молчал бы! Так копытами гремел под дверями! И скачешь не очень-то. Неровно как-то и в ямы воздушные попадаешь! Неужто так и Катерину возишь???
— Молчи уже! А то сильно пожалеешь! — огрызнулся Волк. — Тоже мне! Знаток великий!
Катерина устало улыбалась, слушая их перебранку. Мальчишки вместе с Ратко хохотали, слушая, как Кот в лицах рассказывает о произошедшем, а Жаруся раздумывала над нарядом в подарок Авдотье на свадьбу.
— А не пора ли нам и честь знать? — спросил Волк, которому Финист уже смертельно надоел. — Заодно и сокола нашего на работу запустим. Ты же вроде в Катин мир собирался?
— Но не сейчас же! Я ещё у семьи не был! И не отдохнул ничуть! — оскорбился Финист.
Катерина глянула на мальчишек, у обоих вид расстроенный, а Ратко так и вовсе огорчился всерьёз. Баюн покачал головой. — Нет, друг мой Бурый, пока нам ещё возвращаться не пора. Во-первых, надо на свадьбе быть. Царь Василий очень приглашал. Дипломатия, однако! И есть ещё сказка в Кащеевых землях. Зимняя она и приличную площать занимает. Про златорогих оленей.
— У Кащея? — Волк скривился.
— Не делай такую морду. Мы обещали, что наведаемся. И как Катюша правильно говорила, сказки-то не виноваты, что там живут!
— О! Отлично! Раз вы тут ещё заняты, я пока домой полечу! — Финист поднялся с лавки, лучезарно улыбнулся Катерине, кивнул остальным, кинулся на пол и взлетел уже соколом. — Катюша, как соберёшься в свой мир, позови меня! Не хочется людей подводить, там без меня никак не обойдутся! — Сокол стремительно вылетел в окно.
— Позёр и хвастун, — фыркнул Волк.
— Да ладно тебе! Вон как чудесно нам с девушкой помог! — Кот был в хорошем настроении.
Свадьбу царь Василий устроил через неделю. Для его царства это были немыслимые скорости, но уж очень сам царь и царица Евпраксия боялись, что появится королевич и опять увезёт Авдотью, а их старший сын и наследник всё-таки превратится в оленя. Катерина и Баюн на свадьбу были торжественно приглашены. В качестве подарка Жаруся вручила им драгоценное платье для невесты. И золотой убор для неё же. Авдотья в этом платье и шла под венец. Всё равно ничего более красивого ей ни изготовить, ни купить, ни найти просто не смогли бы! Тимофей, увидев невесту, временно потерял дар речи, потому что одно дело Авдотья в обычном, пусть даже красивом платье, и совсем другое она в парче да злате! Он нервно оглядывался по сторонам, пока не привёл свою невесту в храм, где их и обвенчали!
Несмотря на то, что свадьбу приготовили быстро, гуляли с размахом, и то сказать, при дворе царя Василия застолья любили, и опыта у слуг в их организации было хоть отбавляй! Катерина пришла с Ратко и Баюном. Баюн наслаждался блюдами и наблюдением за праздником, Ратко был настороже и бросал хмурые взгляды на царевича Ивана. Он подозревал, что Катерина к младшему царевичу относится совсем неплохо, и злился. Так что когда тот подошёл к Кате с приглашением пройти с ним круг в танце, Ратко чуть не вспылил.
— Благодарю за приглашение, царевич Иван, но, прости, не могу. — Катерина мягко улыбнулась Ивану. Ратко облегчённо выдохнул, когда раздосадованный царевич отошёл, смерив его мрачным взглядом. Ивана как поединщика он совершенно не опасался, но затеять свару на свадьбе, да ещё с братом жениха, очень уж невежливо! Поэтому когда они наконец-то распрощались с любезными хозяевами и отправились в гостевой терем, Ратко был очень доволен.
— Да, вот теперь пора уже и до Дуба. И дела сделали, и на свадьбе погуляли! — Кот задумчиво рассматривал в окно разъезжающиеся повозки с гостями через день после свадьбы. Попрощаться с царём Василием отправились всей компанией. Царь был в великолепном настроении, поэтому очень любезен. Долго приглашал приезжать будить сказки, напоминал о том, как Катерину любят и ждут в его царстве-государстве, а под конец задумчиво смерил взглядом Ратко и демонстративно перевёл глаза на младшего сына. Сравнил. А потом глянул на Катерину, да так хитро, с умыслом.
— Он что, издевается? — Катерина раздражённо собирала вещи в своей комнате.
— Он очень упрямый. Всегда таким был. Я вот только радуюсь, что княжич тебя сопровождает. Теперь всем понятно, что ты занята и поэтому на их кандидатов не смотришь, а так спокойно бы не уехали. — Кот наблюдал за сборами, периодически подавая Катерине вещи, которые почему-то оказались под ним.
Это сказочка не вся, но (по техническим причинам)) всю сюда выкладывать нельзя)). Кому интересно - вот ссылка на первую и четвёртую книги серии "По ту сторону сказки" на Литрес.