Валя сидела возле процедурного кабинета и ждала своей очереди. От духоты подмышки стали мокрыми, и пока никого рядом не было, она расставила руки, позволив телу «дышать». Из окошка в коридоре был виден только угол корпуса грязелечебницы. Женщина пришла слишком рано и теперь скучала, разглядывая муху, ползающую по занавеске.
В холле, ведущем к процедурным, послышались шаги, и она быстро прижала руки, чтобы вошедшему не было видно мокрых пятен на серой футболке.
Полноватая женщина прошлёпала по коридору в резиновых сланцах и плюхнулась на скамейку напротив. Оттянула блузку, подула туда и, словно извиняясь, глянула на Валентину.
- Валёк? Ты что ли?
Валя внимательно всмотрелась в лицо женщины.
- Вичка-спичка? – недоверчиво спросила она.
- Узнала! Да, меня теперь трудно признать: на спичку давно непохожа, - сказала она и рассмеялась.
Годы изменили школьную подружку, но её заразительный хохот остался прежним.
- Ты тут какими судьбами? – спросила Валя.
- Лечиться приехала. Трое родов, знаешь ли, не очень-то положительно влияют на женский организм, что бы там ни говорили. Своей старшей дочке уже все уши прожужжала, чтоб подождала с ребёночком, не спешила, для себя пожила, но разве эти дети станут слушать? Всё думают, что лучше нас знают. Так что я теперь бабка. В сорок два. А ты что? Дети есть?
Валентина смутилась. Ей почему-то стало неловко.
- Нет детей. Кто-то в сорок два бабушка, а кто-то ещё ни разу не мама, - вздохнула она.
- Вот так, значит. Не рожала, а тоже гинекология…
- Да нет, с этим, вроде, всё нормально, тьфу-тьфу-тьфу. Я тут как раз по поводу детей. Говорят, грязи тут почти волшебные. Многие через месяц-другой беременеют.
- А-а-а-а, - протянула Виктория, - Ну это дело хорошее. Бабка мою мать аж в сорок семь родила. И ничего. А сейчас медицина ого-го…
Она вдруг запнулась и от Вали не укрылся её вороватый взгляд.
- Что? – прямо спросила она.
- Ты, наверное, ЭКО делать будешь?
Валентина покачала головой.
- Толик против. Говорит, что он согласен только на естественный способ. А все эти пробирки – от лукавого. Вот, отправил меня сюда на лечение. До этого все анализы оплатил. Вроде здорова и яйцеклетки ещё есть, а никак…
- Значит, ты всё ещё с ним? С Толиком живёшь? – спросила Вика с такой интонацией, что Валя сразу поняла – что-то недоговаривает.
- Рассказывай!
- Я вроде как не могу, - замялась Вика, но потом вдруг поднялась и пересела к подруге. Глянула по сторонам, будто боялась, что услышат и заговорила: - Ты же знаешь, что я в хирургии работаю?
- На память не жалуюсь. Мне сорок, а не девяносто пять, - возмутилась Валя. - Ты операционная сестра.
- Верно… Так вот, ты только сиди, ладно?
- Я и так сижу. Вика, ты меня пугаешь…
- Слушай, Валь, я не должна тебе рассказывать, но это ни в какие ворота… Думала ты знаешь, думала, Толик сказал тебе, а он…
От нехорошего предчувствия у Валентины вдруг засосало под ложечкой. Замутило.
- Ты уже скажешь, нет?
- В общем, Валя, когда Толя был ещё на Зинке женат, он приходил к нам делать вазэктомию.
- Валя хлопала глазами, как резиновая кукла.
- Что?
- Ну это, когда мужику…
- Да я знаю, что это такое. Но при чём тут мой муж? Ты уверена, что ни с кем его не перепутала?
- Уверена. Мы с ним разговорились тогда. Он сказал, что и второго-то ребёнка не хотел. Мол, Зинка как первого родила, ему, как мужику, совсем внимание оказывать перестала. Про супружеский долг забыла, и он тогда уже о разводе задумываться стал. А тут вдруг начала ластиться, в постель зазывать. Он, мол, решил, что жена отошла от родов… А ей, как оказалось, просто захотелось ещё одного. Про то, что муж детей больше не хочет, она знала. Поэтому и решилась на хитрость. В общем, она пошла за вторым, а он лёг на операцию. Та что, Валёк, не может твой Толик больше иметь детей.
У Валентины потемнело в глазах. Она откинулась назад, прижавшись спиной к стене.
- Валёк, ты что? Ты нормально? Водички принести, может, Валь? Вот я дурында, язык, как помело. Знала, что нельзя говорить.
Она хотела вскочить со скамьи, но Валя удержала её за руку.
- Ты всё правильно сделала, - сказала женщина не своим голосом. – Иначе я бы так и винила себя… Ты молодец, что сказала. Просто… Просто я теперь не знаю, как жить.
На лице школьной подруги отразилась боль сопереживания.
- То-то я думаю, как мы умудрились не встретиться. Слушай, а ты тут надолго?
- Вообще я на неделю приехала. Сегодня.
- А у меня как раз последний день. Завтра улетаю в Вардане на три дня, там меня подруги встретят. Все по двое расселились, а мне пары не хватило. Я одна буду в номере. Билеты сейчас смешных денег стоят… Это я к чему, Валь, а поехали со мной?
Валенина уставилась на Викторию непонимающим взглядом.
- Ну я подумала, зачем тебе тут киснуть, если ты здоровая? Бледная, вон, как поганка, давно ведь на море не была, а?
Дверь кабинета открылась и оттуда выглянула миленькая молодая сестричка.
- Кто тут Валентина Ивановна?
- Я, - проговорила Валя. – Но я не пойду.
- Я пойду. Всё равно я по времени следующая,- заявила Вика. – Ты, Валёк, подумай. Я к тебе после процедуры забегу. В каком номере живёшь?
- В двести шестом…
- О! А я в двести десятом. Соседки, значит. Ну всё, жди! – сказала она и вошла в процедурный.
Валентина сидела, осознавая всю горечь ситуации, что с ней произошла. Как же глупо были потрачены годы! Вспомнилось, школьное время, когда с Викой они по несколько раз за перемену проходили мимо кабинета, где занимался Толик. Он тогда учился в параллельном и слыл сердцеедом. Многие девчонки заглядывались на него, поэтому Валя, хоть и была влюблена, любовалась издалека. Потом Толик встретил свою Зину и женился на ней. А Валя… Валя продолжала его любить. Конечно, у неё были потом мужчины. Однажды звали замуж. И Валентина думала согласиться, размышляя «живут же люди без любви ради детей, совместного быта и по договоренности родителей, некоторые даже счастливо. Почему не я?». Но так она только думала. На деле сказать заветное «да» так и не решилась. Что-то внутри противилось. И, как потом поняла Валя, не зря.
То утро она помнила в мельчайших подробностях. Была зима, воскресенье, шёл снег. Холодильник ломился от наготовленной на неделю вперёд еды. Но ей вдруг так дико захотелось мандаринов. Недолго думая, она оделась и выскочила под снегопад. Всё вокруг было совершенно белым. Таким красивым, что невольно Валя начала улыбаться. Какой-то мужчина, шедший навстречу в надвинутом капюшоне, поднял глаза и замер.
- Валя?
Она узнала голос. Удивилась тому, что не почуяла сердцем.
- Толя? Ты что здесь делаешь?
- Да вот, приехал посмотреть подержанный шкаф, а хозяева не открывают. Звонил им. Трубку не брали долго. Вот пять минут назад только дозвонился, а они в пробке застряли. С дачи едут, а тут снег. Говорят, будут не раньше, чем через час.
Он поёжился.
- Замёрз? – спохватилась Валя.
- Пальцев ног не чувствую.
- Пойдём скорее, я тут рядом живу.
Она привела его в квартиру, за которую всё ещё платила ипотеку. Дала тёплые тапочки из овчины. Накормила. Из шкафчика достала купленное для новогодних праздников вино.
- Какая ты заботливая, Валя. Из тебя вышла бы идеальная жена, - сказал он тогда, глядя маслеными глазами. – И как так вышло, что ты ещё не замужем?
- Такая жизнь, Толик. Не встретила никого достойного, чтобы хотелось с ним завести детей, семью…
- Ну возраст тебе ещё позволяет родить.
- А у тебя как на личном? – перевела тему Валя. - Слышала, у вас уже двое…
- Да вот, развожусь… Потому и шкаф нужен. Квартиру хочу снять, но она без мебели. Сейчас с деньгами туго. Сама понимаешь, алименты на двоих…
- Ой, Толик, а у меня как раз комната пустая стоит. Я её под детскую планировала, но пока сам видишь… Тоже без мебели. Если так плохо с финансами, можешь пока так пожить. Только за коммуналку плати и за продукты. Готовить буду сама.
Анатолий просиял.
- Говорю же, идеальная жена! Зря ты так грустишь, Успеешь ещё родить, Валюха! Тебе сколько? Тридцать пять? Времени полно!
Валентина смутилась.
- Так что думаешь? Если согласен, я комнату намою. Там чисто, в целом. Только пыль протереть, пустая ведь стоит…
- Валь, а что, если я к тебе не как квартиросъёмщик перееду, а как муж?
Теперь, спустя годы, Валя снова и снова прокручивала эту встречу и тот разговор в голове. Тогда ей казалось, что Толик разделяет её желание обзавестись маленьким чудом. Но после того, что рассказала Вика, она была не уверена.
«И с чего я взяла, что Толик хочет детей? Он ведь просто сказал, что я успею родить. И все наши разговоры выворачивал так, что у меня ещё есть время и я не должна расстраиваться из-за того, что ничего не выходит. Неужели он просто пользовался мной?»
Валя смахнула непрошенную слезу и решительно встала.
Подошла к двери процедурного и, понимая, что Вичка-спичка её наверняка услышит, громко сказала не весь коридор:
- Я согласна! К морю, так к морю!
***
«Всего три дня».
Только когда они с Викой и её подругой заселились в небольшой домашний отель с продавленными матрасами, Валентина поняла, что наделала.
С Анатолием она вопрос не обсудила. На слово поверила школьной подружке, с которой общалась только на встречах выпускников. Уехала из оплаченного мужем санатория, ничего не сказав. Но что-то менять было поздно. С балкона уже дул солёный ветер, южное солнце слепило глаза, а старая школьная подруга делала всё, чтобы Валя не вспоминала своего мужа и причину, по которой здесь оказалась.
Они гуляли по галечному берегу, поедая варёную кукурузу, катались на банане, плескались в набегающих волнах, как девчонки. А проголодавшись вышли на торговую улочку. Небольшие павильоны были сплошь завешаны шляпками, сумками, футболками, заставлены сувенирами в форме ракушек.
Подружки Виктории оказались дамами ненавязчивыми то ли по природе своей, то ли по настоятельной рекомендации Вики. И потому Вале с ними было комфортно, насколько это вообще возможно с чужими людьми.
Впереди уже показалась столовая, которую они заприметили по пути на море.
- Девочки, пойдёмте померим очки! – вдруг взвизгнула Вика.
И еда тут же была забыта. Стайка пышнотелых подруг, среди которых Валя казалась тощей, стремительно ворвалась в магазинчик.
Они мерили всё подряд, наперебой галдя о достоинствах и недостатках оправ.
Валя тоже решила примерить очки. Взяла первые попавшиеся, надела на нос и понуро стянула.
- Просто форма не ваша. - сказал мужчина, незаметно подкравшийся сзади. - У вас такое утонченное лицо… вот, померяйте эти.
Валя надела. И несмотря на плохое настроение, залюбовалась собой. В зеркале мгновенно отразилась не женщина с потухшими глазами, а знающая себе цену дамочка.
- Действительно, - сказала она. – А почём?
- Это вам у продавца спросить надо, - засмущался он.
- А вы кто?
- Я просто был очарован и… хотел помочь.
Валя фыркнула. Мужчина ей понравился. Но она всё ещё была замужем. И более того, вопрос с тайной операцией мужа был не закрыт. Мало ли что показалось Вике. Да и было давно. Всех ли пациентов может упомнить операционная сестра?
- Ясно, - бросила она, давая понять, что во внимании не нуждается.
Глянула на продавщицу, облепленную покупательницами и решила подождать. К хозяйке магазинчика было не пробиться. Их женская компания словно магнитом приманила кучу других покупателей.
- А хотите я узнаю цену? – предложил мужчина. – Мне не сложно.
Валя уже готова была согласиться, но тут её отсутствие заметила Вика, пробежалас глазами по людям, зацепилась за неё и ахнула.
- Ну надо же! Какая красота! Неописуемая! Бери! Это вот прямо твоё!
Тут же подошла и хозяйка.
- Берите! Вам так идёт, что я готова скидку сделать!
В этом ажиотаже Валентина даже подзабыла о мужчине, который помог ей подобрать аксессуар. А когда вспомнила и начала искать его, чтобы поблагодарить, в сумочке вдруг зазвонил телефон.
Она достала его и рявкнула на подруг:
- Тихо! Муж звонит!
Все замерли. Казалось, даже люди, проходящие мимо, перестали разговаривать.
- Алло, всё хорошо? Толя, не могу говорить, на процедурах.
Она сбросила звонок и посмотрела на Вику. Та стояла в позе сахарницы, глядя на неё, как учительница на двоечницу, в очередной раз не выучившую урок.
- Ты с ним не обсудила?
- По телефону? Нет. Пусть думает, что я в санатории и ничего не знаю. Буду решать проблему, когда вернусь.
Виктория пожала плечами.
- Дело твоё. Ой, смотри, какие шляпки!
Весь день подружки протаскались по пляжным ларькам. А вечером, выпив для храбрости, отправились в местное кафе. Музыка там играла так громко, что приходилось кричать или ждать, пока очередной трек закончится.
Женщины заняли столик, танцевали и выпивали. Но из мужчин в кафе забрели только два парня, да и те были с подругами. Без мужского внимания дамы заскучали и постепенно стали расходиться.
- Валька, ну ты-то посидишь со мной? – перекрикивая музыку попросила Виктория.
Валентина, конечно, уже тоже успела утомиться и с удовольствием отправилась бы в номер, всё-таки не девочка уже, за сорок. И кроме того перелёт, а потом и долгие прогулки по магазинам, купание на банане и танцы в кафе давали о себе знать ноющей поясницей и стоптанными до мозолей ногами. И всё же отказать Вике она не сумела.
- Хорошо, но только недолго, - прокричала она в ответ.
Внезапно из огромных колонок раздались знакомые звуки.
- И-и-и-и! – завизжала Вика. – Мы же под эту песню в школе танцевали! А ну вставай!
- Ну нет. Я уже ходить не могу, не то, что танцевать!
- Давай, давай! У нас всего три дня!
Нехотя, надеясь, что всё нежелание написано на лице, Валя поднялась и пошла на площадку для танцев. Но разбитная Вика двигалась так бойко и живо, так скакала и кривлялась, что невольно и Валя стала повторять за ней. И настолько увлеклась, что не заметила, как в кафе ввалилась компания.
Песня закончилась и Валентина поспешила занять своё место, пока Вика не решила, что теперь для танцев все песни хороши. Но не успела примоститься, как к ней подсел мужчина. Лицо его было красным. И Валя не смогла понять: от алкоголя или солнечного ожога. Но разило от внезапного визитёра знатно.
- Пойдём танцевать! Ты так здорово там сейчас скакала…
Он схватил её за руку и потянул.
Валя же, пытаясь вырваться из стальной хватки, тянула в обратную сторону.
К столу подошла Вика и Валентина уже надеялась на помощь, но подвыпившая подруга тут же принялась тоже уговаривать её.
- Иди, не сиди! Когда ещё так оторвёшься! – сказала она и, развернувшись, пошла танцевать с другим, таким же пропитым, кавалером.
Всё веселье из Вали испарилось вмиг, она даже протрезвела. Но куда ей, хрупкой женщине, совладать со здоровым. Да и не драться же с ним.
- Дама ведь сказала, что не хочет, - прозвучало за спиной.
- Мужик, ты кто такой? – начал заводиться ухажер.
- Я муж!
Валя вздрогнула, на секунду подумав, что это Толик всё узнал и примчался за ней.
- А, ну извини, мужик. Пардон!
И рука Валентины, наконец, обрела свободу. Она обернулась и посмотрела на «мужа».
- Хотите, я вас до номера провожу? – спросил всё тот же незнакомец из магазина, что так ловко сумел подобрать ей очки.
Валя хотела. Даже очень. Этот, по крайней мере, был трезв. Но Вика всё ещё отплясывала на танцполе и уходить оттуда явно не намеревалась. Оставить подругу одну с неизвестными мужчинами Валя не могла по этическим соображениям. Хоть голова уже раскалывалась от громких звуков.
- А хотите подождать вашу подругу на берегу? – предложил мужчина, проследив за её взглядом и словно прочтя её мысли. – Оттуда будет видно вход в кафе, без вас не уйдёт.
Валя кивнула и подошла к разгоряченной танцем Виктории.
- Я буду прямо напротив, - прокричала она. – Ещё один танец и домой!
- Хорошо! - ответила подруга и Валентина с удовольствием покинула зал с ужасной акустикой и толпой нетрезвых людей..
Стоило пройти несколько метров до моря, и окружающая действительность преобразилась. Нет, звуки музыки всё так же раздавались из огромных колонок, но уже не мешали слышать рокот морских волн, перекатывающих мелкую гальку.
Ветерок остужал раскрасневшиеся щёки.
- Вы замужем? – спросил мужчина, встав рядом и уставившись на тёмную поверхность вод.
- Да, поэтому не рассчитывайте на… на что вы там рассчитывали. Я не собираюсь крутить с вами курортный роман.
- Курортного романа бы всё равно не получилось, - подтвердил мужчина. – Мой отпуск закончился. Я завтра улетаю.
Море шумно накатывало на камни и, возвращаясь назад, слизывало всё, что могло унести с собой.
Два человека стояли на берегу, молча глядя вдаль.
- Вот вы где! – послышалось позади. – Ну всё, я готова идти. Если буду кутить дальше, завтра весь день просплю! – тараторила Вика. – А нам тут осталось только два дня. Мы ещё не съездили посмотреть водопады.
Валя устало зевнула.
- Может, пойдём потихоньку?
- Я провожу, - сказал мужчина.
- Не нужно. Мы и сами прекрасно справимся, - возразила Валентина и потопала в сторону отеля. Виктория поспешила за ней. Женщины неловко переваливались, шагали по гальке, чувствуя неровности камней через тонкую подошву.
- Ну и чего ты его так жёстко отшила? Нормальный же мужик! Между прочим, он наш счёт оплатил. Официантка сказала.
- Это его личное решение, я не просила. Со своими деньгами он может поступать, как хочет. Пусть хоть по ветру их развеет. А у меня муж есть.
- Ага, есть. Но я б такого мужа за одно место и за дверь.
Валя остановилась.
- Вик, а ты уверена, что это был он? И что это действительно была та самая операция? Вообще я тут почитала… Пишут, что иногда она не срабатывает. Не знаю как, но каналы восстанавливаются и мужчина снова может иметь детей. Может, у него всё восстановилось?
- Валёк, ну это же просто решается. Пусть сдаст анализы. Там всё будет понятно.
- Он не пойдёт.
- В смысле?
- Ну, когда я через два года попыток пошла к врачу, его тоже звала. Но он тогда сказал, что уже был и у него всё в порядке. Что эти процедуры унижают мужское достоинство, и он больше туда ни ногой.
Вика обняла подругу.
- Валёк. Мы здесь для того, чтобы просто отдохнуть и выбросить из головы весь этот мусор! Приедешь – поговоришь с ним начистоту, а пока – давай покупать новые летние вещи, загорать и отрываться, как будто нам всё ещё по семнадцать.
***
Загоревшая и уставшая после перелёта, Валентина сидела на собственной кухне и ждала мужа.
Вот ключ завозился в замке, заставив её очнуться, вынырнуть из собственных невесёлых мыслей.
В прихожей зажегся свет. Послышались шаги.
- Ох ты ж мать, - выругался Толик. – Валя, ты что здесь делаешь?
Валентина посмотрела на него, а в душе не шелохнулось ничего.
- Я здесь живу, Толя, - сказала она безэмоционально, как робот.
- Но ты должна была вернуться только через три дня. Что-то случилось?
- Что-то случилось очень давно, Толя. А ты забыл мне об этом сказать. Я всё знаю. Знаю, про твою операцию.
Муж поставил тяжелый портфель с бумагами на пол и сел на стул.
- Так даже лучше. Не придётся ничего объяснять. Ты никогда не сталкивалась с этим, а у меня уже есть дети. Я знаю, какое неблагодарное это занятие – менять подгузники и просыпаться по первому крику. Я всё это прошел дважды. А Зина… Ты же знала её до материнства? Красивая баба. Но посмотри, в кого она превратилась. Ни красоты, ни здоровья. Об этом не принято говорить, Валя, но рождение детей никого не делает здоровее. А знаешь, почему не принято? Потому, что болезни такие, о которых постороннему человеку не расскажешь. Стыдно! Да и давай начистоту, Валёк. Те, кто сильно хотели детей, родили в двадцать. А ты всё тянула. Значит, подсознательно никогда не желала себе такой судьбы. Я знаю, что ты думала. Все вы женщины размышляете одинаково. «Если рожу ему, он от меня никуда не уйдёт», но это не так, Валя. Уходят. И я от Зинки именно из-за её единолично принятого решения завести второго и сбежал. Но чтобы ты знала, от тебя я никуда уходить не собираюсь. Вот как раз потому, что нам и без отпрысков живётся отлично, Валя.
Валентина выслушала его молча, ни разу не перебив.
- Так значит, это правда? Что ж, тогда от тебя ухожу я. Точнее, я ухожу, чтобы ты мог собрать чемодан и съехать. Ключи положи в почтовый ящик.
Она встала и под растерянным взглядом мужа покинула квартиру и отправила номер мужа в черный список. Она знала, что Толик очухается и примется названивать ей, но говорить с ним женщине было больше не о чем.
Валентина шла по улице. По лицу пробегали просочившиеся сквозь кроны деревьев, солнечные зайчики.
Она достала телефон и набрала номер Вики.
- Алло, Валя?
- Привет. Я поговорила с Толиком и всё оказалось именно так, как ты и рассказывала. Спасибо тебе большое. Ты открыла мне глаза. Можно сказать, вернула мне мою жизнь. Я очень тебе обязана.
- Брось. Ты бы для меня сделала то же самое, - смутилась Вика. – Ну что ты решила? Будешь разводиться?
- Буду. Только я пока не знаю, с чего начать.
- Ну, там ничего сложного. Только нужно обязательно проконсультироваться с юристом. И чем быстрее, тем лучше. Вообще, это надо было бы сделать заранее, а то мало ли что…
- Вик, я даже не знаю, где этих юристов искать.
- Так, подожди. У меня недавно подруга разводилась, очень хвалила одного. Давай я сейчас ей позвоню и скину тебе адрес, хорошо?
- Жду.
Валя нажала «отбой». А через пять минут уже мчалась к тому самому хорошему адвокату. В рабочее время, без пробок, она добралась за каких-то полчаса. Вошла в дверь под выцветшей табличкой.
- Вы записаны? – спросила молодая коротко стриженная секретарша.
Не отрываясь от монитора, она стучала по клавишам накрашенными острыми ногтями. Настенные часы над ней тихо тикали.
- Нет. А можно как-то без записи?
- Нельзя, - ответила девушка, наконец глянув на посетительницу. – У него запись забита на неделю вперёд.
Вся уверенность Вали мгновенно испарилась.
«Может, мы разойдёмся как-то полюбовно. Да, он обманул меня в том, что касается детей. Но на деньги никогда не скупился. Вероятно, мы сможем разойтись и без адвокатов», - подумала она.
И как только приняла решение выйти из душного маленького офиса, дверь в кабинет открылась.
- Спасибо вам, Игорь Николаевич! Вы мне жизнь спасли.
- Ну что вы. Я всего лишь делал свою работу. Женщины и так постоянно заботятся: то о муже, то о родителях, то о детях. Нужно, чтобы иногда кто-то позаботился и о вас.
Вале голос показался знакомым. Она мотнула головой, пытаясь стряхнуть наваждение.
Но вот вслед за женщиной в проеме показался мужчина.
- Вы? – удивленно произнесла Валя.
Секретарша встрепенулась.
- Женщина не записана на приём!
Но Игорь Николаевич только махнул рукой.
- Ничего. Это по личным вопросам. Пропусти.
Он снова скрылся в кабинете и Валентина, словно под гипнозом, последовала а ним, прикрыв за собой дверь.
- Валентина. Вообще-то я по вопросам рабочим, - сказала она. – Развожусь с мужем. Говорят, вы очень хороший юрист. А мне не помешала бы консультация. Возьмётесь?
Игорь Николаевич посмотрел на неё.
- Игорь. Очень приятно. Правда. Сегодня, как вы слышали, весь день загружен. Я ведь два дня, как вернулся из отпуска. Но сейчас у меня обед, а совсем рядом есть неплохое кафе. Не подумайте ничего плохого. Я не имею в виду, что это свидание, хотя, я, конечно, был бы рад…
- Согласна, - выпалила Валентина. Она пожала плечами и улыбнулась ему. – Конечно, официально я ещё не разведена и фактически мой муж ещё не съехал из квартиры, но я уже всё решила. И не передумаю. Поэтому… пусть будет свидание.
- Вот и хорошо, - просиял Игорь.
- Только один вопрос.
- Конечно, спрашивайте что угодно.
- У вас есть дети?
Мужчина вздохнул.
- Нет, так уж вышло, что карьера всегда была на первом месте. Но я очень хотел бы стать отцом.
Через окно кабинета на стол падали косые солнечные лучи, скользя по документам и шариковым ручкам.
Игорь открыл дверь перед дамой сердца.
- Прошу, - сказал он, не сумев сдержать мальчишеской улыбки.
Столько бракоразводных дел позади, столько грязи, вылитой бывшими супругами друг на друга в судах, а он всё ещё верил в любовь. Ждал. И дождался.
Читайте также другие рассказы: