Решил почитать воспоминания знаменитого финна Карла Густава Маннергейма.
На сайте, с которого скачал русский перевод помечено: "полная версия". Но в предисловии к этой "полной версии" честно прибавлено: "Издательство пошло на значительные сокращения «Мемуаров» — в них очень много деталей и незначительных фактов, которые затруднили бы восприятие книги широкой читательской аудиторией. Однако сохранено главное — пристальное внимание автора к военной истории и политике, личное отношение к тем событиям, участником которых он был".
Самое забавное в том, что сразу после слов "сохранено главное — ... личное отношение к тем событиям, участником которых он был" начинаются сами мемуары Маннергейма, однако, не с того места, с которого их начал Маннергейм. Издательство опустило очень короткое, но насыщенное интересной информацией предисловие, где говорилось о том, как Маннергейм видел отношения с СССР, Гитлером и Западом, и почему во Вторую мировую войну он вел себя так, а не иначе. Может быть это было сделано для того, чтобы не шокировать сразу публику, поскольку, как сказано в издательском предисловии, "для наших отцов и дедов это был враг, воевавший против СССР", а некоторые "детали и незначительные факты ... затруднили бы восприятие книги".
Очень хорошая наглядная демонстрация, почему при переводе в книгах категорически не рекомендуется делать купюры. И трагизм в том, что люди, не понимающие, почему этого нельзя делать, не умеют и тексты интерпретировать. Вот почему их купюры никак не могут ограничиваться сокращением "незначительных фактов". Эти люди и понятия не имеют, какие факты значительны, а какие нет. Более того, незначительный для большинства факт может иметь очень важное значение для того или иного исследователя.
Люди, относящиеся к книгам серьезно, книги с купюрами не читают. Я понимаю, что для тех, кто не обобщает информацию и кто любой информации рад, это подойдет. Но для серьезного исследователя читать такие книги - словно пить коктейль, в который бармен прилюдно сморкнулся.
Неужели многие даже из культурно развитых людей предпочтут чтение воспоминаний Маннергейма какой-нибудь художественной книге? Единицы. А учитывая что само издательство понимает, что, как указано в издательском предисловии, "в его «Мемуарах» не следует искать красот литературного стиля: язык повествования сух и лаконичен, порой он напоминает военные сводки", эти единицы еще значительнее сократятся. Так для кого же калечили текст? И почему в голову не приходит, что если уж очень хочется убрать "детали", их можно сделать мелким шрифтом, чтобы дать людям выбор, знакомиться с этими деталями или нет.
Впрочем, и дальнейшие купюры с самого начала не предвещают ничего хорошего.
Обычно я, работая с текстом, выделяю в самом тексте все, что может интересным до мелочей, а наиболее интересные места я обычно копирую и распределяю по тематическим файликам. И вот первая же выдержка, которую мне захотелось скопировать из английского перевода (оценка Маннергеймом поведения Николая II), была вырезана из русского перевода.
Впрочем, добро пожаловать в мир, в котором мы живем, английский перевод тоже изуродован, но уже несколько по-другому, согласно английскому редактору. С изданиями 21 века приходится работать, как со списками древней летописи. В общем, самый полный перевод, который я пока смог найти, - это украинский. Других пока у меня нет.
И это напрягает. Наткнулся на достаточно мутное место, относящееся к 80-м гг. 19 века, которое отсутствует в английском переводе, а в русском звучит: "В сословном представительстве города Хамина он выражал интересы буржуазии, и кадеты прозвали его «буржуйским генералом»". Прямо в духе марксизма, что анахронистично для Финляндии 19 века. В украинском это звучит несколько мягче, но все равно режет слух: "У сеймі він був представником гамінської буржуазії, і кадети охрестили його буржуйським генералом". Другие переводы мне пока не доступны. Но возможно, в оригинале звучало, что он был представителем от горожан.
Вот поэтому книги следует переводить максимально близко к тексту, даже в ущерб литературности, и ни в коем случае нельзя делать у книгах купюры.