— Да пошёл ты, Артём! Надоело всё! — Алиса швырнула полотенце на пол и выбежала из кухни.
— Стой! Куда собралась?! — муж метнулся следом, но она уже натягивала сапоги в прихожей.
— К маме! Хватит с меня этой... этой жизни!
— Опять за своё? Каждый раз одно и то же! — Артём с досадой ударил кулаком по дверному косяку. — Давай, беги! Только потом не плачь!
Алиса выскочила во двор, хлопнув дверью так, что задрожали стёкла. Февральский ветер хлестнул по щекам, но она даже не почувствовала холода.
В голове стучала только одна мысль: "Уйду! Навсегда уйду!"
Знакомая дорога до автобусной остановки.
Сколько раз она убегала по ней к матери? Три? Четыре?
Алиса уже сбилась со счёта.
Каждый раз Артём приезжал за ней — злой, но любящий.
А сейчас?.. Что-то подсказывало: в этот раз всё будет иначе.
Мать встретила её без удивления:
— Опять поругались? — только и спросила она, впуская дочь в дом.
— Мам, я больше не могу... — Алиса разрыдалась, уткнувшись в материнское плечо.
Дни потекли медленно, как патока.
Неделя сменяла неделю, а от Артёма — ни слуху, ни духу.
Алиса металась между гордостью и отчаянием.
То хотела сама позвонить, то клялась забыть его навсегда.
А в это время в их деревне...
Артём сидел на кухне, глядя в одну точку.
Пустой дом давил тишиной.
Он никогда не думал, что отсутствие жены может так выбить из колеи.
Даже любимая работа в поле не радовала.
— Артём Николаевич! — окликнули его у калитки. Это была Марина, молодая учительница, недавно приехавшая в их деревню. — Я тут пирогов напекла... Может, зайдёте на чай?
Он хотел отказаться, но что-то в её глазах — тёплое, понимающее — заставило согласиться.
Вечер за чаем затянулся.
Марина говорила мало, но как-то так, что на душе становилось легче. Она не осуждала, не давала советов — просто слушала. А потом...
Потом случилось то, о чём Артём будет долго корить себя.
Через три месяца Марина сообщила ему новость: она ждёт ребёнка. И это его дочь.
— Я не прошу ничего, — тихо сказала Марина, опустив глаза. — Просто... ты должен знать.
Артём сидел, стиснув виски руками. В голове крутилось: "Что я наделал? Как теперь быть?"
А в это время Алиса...
Баба Глаша, соседка матери, как-то за чаем проронила:
— Эх, девка... Мужик без бабы — что печка без огня. Найдёт, кто согреет...
Эти слова острой иглой вонзились в сердце Алисы. Той же ночью она собрала вещи.
— Ты куда? — всполошилась мать.
— Домой, мама. К мужу.
— Наконец-то одумалась, — вздохнула та с облегчением.
Возвращение было тяжёлым.
Алиса шла от остановки, чувствуя, как подгибаются ноги.
Артём встретил её на пороге .
— Вернулась? — только и сказал он.
— Вернулась...
Жизнь потихоньку начала налаживаться. .
Алиса устроилась в сельскую библиотеку, научилась готовить борщ "как у свекрови", старалась создать уют в доме.
Но что-то было не так. Артём словно носил в себе тяжёлый груз.
Правда открылась внезапно.
— Алиса, нам нужно поговорить, — сказал он однажды вечером, и по его голосу она поняла: случилось что-то страшное.
— У меня будет ребёнок... — начал он, не глядя ей в глаза. — От Марины...
Мир покачнулся. Алиса вцепилась в край стола, чтобы не упасть.
— Когда? — только и смогла выдавить она.
— Пока тебя не было... — Артём говорил тихо, но каждое слово било, как молот. — Я не хотел... Так получилось...
Две недели Алиса ходила как в тумане. Похудела, осунулась. Ночами плакала в подушку, а днём механически выполняла работу в библиотеке.
А потом... Потом она увидела Марину в магазине. Живот уже заметно округлился.
— Нам надо поговорить, — неожиданно для себя сказала Алиса.
— Давно пора, — спокойно ответила Марина.
Они сидели в маленьком кафе на краю деревни. Две женщины, связанные одним мужчиной.
— Я не претендую на Артёма, — первой заговорила Марина. — Мне важна только дочка.
— Дочка? Уже знаешь, что будет девочка? — Алиса почувствовала, как защемило сердце.
— Да. Назову Светланой...
Алиса смотрела на Марину и вдруг поняла: перед ней не разлучница, а просто одинокая женщина, волею судьбы оказавшаяся в такой ситуации.
— Знаешь, — неожиданно сказала Марина, — тебе тоже нужно родить. От Артёма. Он будет прекрасным отцом...
— С чего ты взяла?
— По тому, как он говорит о будущем ребёнке. С такой заботой... И о тебе он всё время думал, даже когда был со мной.
Эти слова что-то перевернули в душе Алисы.
Время шло. Родилась маленькая Светлана — голубоглазая, как Артём.
Артем часто забирал малышку и они все вместе с Алисой гуляли с ней .
Марина через полгода встретила хорошего человека из города и решила начать новую жизнь, совсем новую. Без дочери...
— Позаботься о ней, — попросила она Алису перед отъездом. — Ты ведь уже любишь её, я вижу.
И правда — Алиса привязалась к девочке всем сердцем.
Прошло пять лет. Тёплый летний вечер. По главной улице деревни идёт семья — Артём, Алиса, семилетняя Светлана и трёхлетний Мишутка.
— Мама, а в клубе сегодня будет Петрушка? — дёргает Алису за руку Света.
— Будет, солнышко, — улыбается Алиса, поправляя дочке бант.
— Пап, а возьми меня на ручки! — канючит маленький Миша.
— Иди сюда, богатырь! — Артём подхватывает сына на руки.
За их спинами шепчутся соседки:
— Гляди-ка, как всё обернулось... А ведь судачили, что не сложится у них.
— Да уж... Алиска-то как изменилась — и хозяйка теперь, и мать отличная.
— И Светку приняла как родную...
— А Маринка-то в городе замуж вышла, слыхали?
— Слава Богу, всё по-людски разрешилось...
Алиса слышит эти разговоры, но только улыбается.
Она давно поняла: счастье не в том, чтобы всё было идеально.
Счастье — это когда умеешь принять жизнь такой, какая она есть, и найти в ней свою любовь.
— О чём задумалась? — тихонько спрашивает Артём, приобнимая её за плечи.
— О нас. О том, как всё странно сложилось... и как хорошо вышло.
— Это потому что ты у меня мудрая, — шепчет он ей на ухо.
— Нет, — качает головой Алиса. — Это потому что мы научились любить. По-настоящему.
Вечернее солнце золотит верхушки деревьев.
В клубе уже слышна музыка — начинается детский концерт.
Светлана нетерпеливо подпрыгивает, Мишутка сонно положил голову отцу на плечо.
А Алиса думает о том, что любовь — это не красивая картинка из романа.
Любовь — это путь.
Иногда через боль и обиды, через испытания и ошибки.
Но если хватит мудрости и терпения пройти этот путь, в конце обязательно будет счастье.
Пусть не идеальное.
Пусть с царапинами и шрамами.
Но настоящее. Их собственное, выстраданное и от того особенно ценное счастье.