Запах жасмина, смешанный с пылью старой дороги, проникал в маленькое окошко, освещая комнату тусклым светом заходящего солнца. Маргарита сидела в кресле, её лицо, изборожденное морщинами, напоминало древнюю карту, на которой каждая линия – это прожитый год, каждая складка – это пережитая боль. Тишина в доме была густой и тягучей, словно застывший мёд, нарушаемая лишь редким щебетом воробьев за окном и глухим стуком собственного сердца. Она чувствовала себя одинокой, выброшенной на берег жизни, как старая, забытая лодкой. Муж, Иван, ушел два года назад, оставив её с тремя детьми. Ушёл не от болезни, не от старости, а от разочарования, глубокого и неизлечимого. Теперь, каждый скрип половиц, каждый звук в пустом доме напоминал ей о его уходе, о той пустоте, что образовалась в её жизни. Старший сын, Дмитрий, жил своей семьей, редко навещая мать. Его визиты были короткими и официальными, словно он выполнял некий неприятный, но необходимый долг. Младшие, Игорь и Светлана, тоже не оставляли М