Давайте сделаем небольшое отступление. В лагере выяснять эти вопросы времени не было, и я вернулся к ним уже в ходе написания этой книги. Однажды я просто собрал бывших лагерников и попросил их ответить письменно на следующие вопросы о «деторождении»:
1) Когда я впервые узнал или узнала об этом?
2) Какие у меня были чувства и мысли по этому поводу?
3) Как они изменялись впоследствии?
4) Что я об этом думаю сейчас?
Вопросы я специально выстроил в «жизненной» перспективе, чтобы проследить не только «источники информации», но и эмоционально-логическую «онтологию» их восприятия.
Начнем с наших первочков, как самых младших по возрасту (11-12 лет) и личностной зрелости.
Оля:
«1) Я узнала об этом от друзей на улице. Тогда мне было 5 лет.
2) Чувства и мысли у меня были очень странными и непонятными.
3) Они практически никак не изменились за все время.
4) Сейчас я думаю об этом, что … это большая гадость!!!»
Обратите внимание на возраст «узнавания». Пять лет, конечно, не тот возраст, когда можно точно классифицировать свои чувства. Однако за прошедшие еще 7 лет, по словам Оли, ничего не изменилось в восприятии. Вот это удивительно. Хотя, видимо Оля еще только стоит на пороге личностных перестроек сознания.
А как вам по существу оценка половых отношений – как «большая гадость»?.. Свидетельство незрелости? Но давайте пока воздержимся от обобщающих комментариев.
Рита:
«Об этом я узнала из книги, которую мне купила мама, когда мне было 11 лет. Я думала: Зачем это нужно?» Эти мысли изменялись так: это вызвало у меня неприличие. Сейчас я об этом думаю так: так устроена жизнь, и это нужно для продолжения человечества».
Смотрите на разницу возраста «узнавания»! И источником знаний в данном случае выступили не подружки на улице, а книга (видимо, специальная) через посредничество родителей. Такой вариант получения информации более предпочтителен? Обратите внимание на переход первоначального интеллектуального недоумения («а зачем это нужно?) в последующую нравственную дисгармонию (неприличие). Но насколько зрел итоговый вывод в конце – вы согласны?
Машунька:
«Я узнала об этом от подруг. Ощущения были ужасные. Мне было очень плохо, потом они не изменились, а сейчас мне кажется, что это романтично и происходит это от большой любви».
Жаль, Маша не указала возраст «узнавания». А по сути – сразу нравственное неприятие, похожее в принципе на Олину «гадость», но удивительная метаморфоза в конце. От «ужаса» до «романтичности». В Маше, похоже, уже началась перестройка, на пороге которой Оля еще только стоит. Хотя ее амплитуда все равно впечатляет. И заметили тенденцию: когда узнается от подруг на улице – в той или иной степени есть впечатление «гадости» и «ужаса». Хотя, может, рано еще делать такой вывод? Но пойдем дальше.
Настя:
«1) Я узнала об этом в шесть лет от троюродного брата, но тогда я не знала, как это делается, знала, что после этого есть дети.
2) Мне с детства говорили, что меня нашли в капусте. Я, конечно, удивилась, что дети бывают таким образом, но шока у меня не было.
3) Потом в 8-9 лет мама потихоньку начала рассказывать, что бы я не делала это раньше времени и не портила себе жизнь. В классе, школе я сначала не стеснялась про это говорить, нормально относилась.
4) А теперь стесняюсь это говорить и считаю, что нельзя калечить этим жизнь».
Итак, новая первоначальная эмоция – удивление. И дальше опять информационное вмешательство родителей, которое, по всей видимости, следует признать благоприятным. Метаморфоза со стеснением, видимо, и связана с личностной перестройкой и достижением определенной степени зрелости, когда информация «об этом» начинает применяться к себе и восприниматься в личностном ключе.
Теперь шестиклассники – на одну возрастную ступеньку выше.
Лена:
«Я узнала об этом примерно лет в шесть. Мне об этом рассказал брат, но не все. Потом я узнала об этом уже в школе. Чувства были мерзкие. И я больше об этом не думала. У меня нет повода об этом думать. Чувства остались такие же».
Не говорит ли это нежелание разбираться с чувствами в виде «отсутствия повода» о полученной первоначально психической травме. Опять некомпетентная «уличная» (хоть и от родственников) информация. И опять «мерзость». Еще одна тенденция – чем раньше узнается «об этом», тем в более негативном ключе?
Света:
«1. Я узнала об этом в шесть лет, от улицы.
2. Ужасные, потому что о таком узнать в шесть лет – я была в шоке.
3. Почти что не изменились.
4. Я думаю, что беременеть – это нормально в 24 года, но в 17 лет, 18 лет – это ужасно».
Ну, вот – еще одно подтверждение уличного информационного шока. И этот образ чувств практически не изменился. Это свидетельство проникновения в глубочайшие душевные структуры. И смотрите: какая длительная проекция выстроена у Светы – до 24-х лет.
Марина:
«1. Я узнала, откуда берутся дети – мне рассказала мама, а потом, когда у меня родилась сестра, то потом я окончательно убедилась.
2. Когда мама мне это рассказывала, то у меня были необыкновенные чувства. Когда я это представляла, то меня бросало в дрожь.
3. Впечатления изменялись по-разному, то мне было все равно, откуда берутся дети, то иногда садилась и начинала раздумывать, когда-то я тоже буду взрослой.
4. Сейчас я думаю, что все дети узнают, откуда берутся дети, и никогда у нас не будет такого, чтобы дети не знали, откуда берутся дети».
Марина точно не определяет «необыкновенные чувства», но это явно не однозначно отрицательные эмоции, несмотря на «дрожь». И не последнюю роль в этом играет, видимо, то, что источник информации – мама.
Ну а что наши мальчики?
Ваня:
«Я узнал в четвертом классе от одноклассников. Мое отношение было нейтральным».
Слишком кратко для того, чтобы сделать хоть какую-то попытку анализа. Но тут мы должны учитывать начинающуюся подростковую гиперсексуальность, в силу которой подростку-мальчику очень трудно адекватно выразить свое отношение «к этому».
И ответы Максима, думаю, подтверждают это:
«1)Я узнал об этом в 5-6 лет, узнал на улице немного, от друзей и от старшего брата.
2) Мои чувства были нейтральные, я воспринимал как обязанность, чтобы зачать ребенка…»
Прервем на время работу Максима. Обратите внимание: у обоих мальчиков одна и та же эмоциональная тональность – «нейтральность». Очень не похоже на девочек. Пожалуй, у Риты только где-то близко по этой тональности.
А теперь обратите внимание на концовку:
«3) Сейчас я думаю с помощью моего брата, что всех девчонок надо …. и …., ну, пока не настанет, ну, где-то 28-30 лет, а до этого надо получать кайф от всего этого».
На месте точек – вполне однозначное нецензурное слово, которое просто невозможно дать открытым текстом, и вам понятно, какое.
Но ведь о Максиме никак не скажешь, что это маленький циник или пошляк. Конечно, он во многом рисуется, и ему хочется выглядеть более старшим. Пошлость – это самый типичный прием, к которому для этого прибегают начинающие взрослеть подростки.
И второе, что нужно сказать в защиту Максима – он ведь не скрывает источник формирования «своих» (слово «своих» не даром взял в кавычки) взглядов. В который раз приходится обращать внимание на разлагающее влияние более старших родственников – братьев, как правило. О братьях в данном контексте упоминают еще Настя и Лена. Как тут не задуматься о решающей роли семьи и ее возрастной структуры?
В следующей возрастной ступеньке – семиклассники – у нас только Вика:
«Узнала я об этом у мамы. Я у нее спрашивала, она мне говорила так, чтобы я поняла. А лет мне тогда было 7-8, точно не помню.
Чувства были – а мыслей нет. Я просто не знаю, какие у меня были тогда чувства.
Изменялись. Я начала больше читать про беременность. А особенно про малышей.
Я думаю, что это чудо, когда в человеке живет еще человек, а потом рождается».
Пока, наверно, самая светлая работа – без единой отрицательной эмоции. И заслуга в этом, видимо, мамы. Опять контраст шокирующей и разлагающей улицы и спокойно вразумляющей «мамы».
И, наконец, последняя возрастная планка – ребята, закончившие восьмой класс, и на момент написания уже учившиеся в девятом, те которым 14-15 лет – пик подросткового возраста на переходе в юношество.
Даниил:
«Узнал я об этом в 12 лет. Тогда я еще был не такой уж и взрослый и поэтому мало понимал, что это такое.
Возле меня находится Бибердова дача. Я вечером вышел погулять. Уже стемнело, но я еще не хотел идти домой и вдруг смотрю, к нам идут какие-то пацаны. Ну, я с друзьями с ними чуть пообщались, и начали говорить на эту тему, и они нам все подробно рассказали. Но они уже были взрослые. Честно, нам было очень интересно послушать их. Я считал, что это круто, и это хорошо, и это нужно делать частенько. Нам это очень понравилось.
Я сейчас считаю, что это, во-первых, опасно, могут быть последствия, ведь ты не знаешь, бракованный он или нет. Теперь я это все осознаю, но я предупреждаю, я с этим еще не сталкивался.
Александр Иванович, и все-таки в тот день мне было очень интересно послушать об этом, потому что я этого тогда не знал».
У Дани – ну, просто классика уличного «просвещения»! Смотрите: позднее «узнавание» практически неизбежно приводит к этому варианту. Стоит задуматься учителям и особенно родителям. Но радует то, что педагогические коррекции на эту тему – как у нас в лагере, к примеру, вполне могут сыграть свою положительную роль.
Маша (старшая):
«Откуда берутся дети, я узнала в возрасте примерно 5 лет. Я знаю, что точно узнала не от родителей, я их никогда не расспрашивала по этому вопросу. Сестры или брата у меня нет, значит, и не от них. В этом возрасте я занималась танцами, и меня окружал большой коллектив детей разных возрастов. Вот от них-то я и узнала, конечно, не сразу все, но мое понимание стало яснее. Я не помню, какие у меня были чувства или ощущения. Но когда узнаешь что-либо новое, чувствуешь недоумение, неожиданность, любопытство, наверно, так и тогда…
Сейчас что-то меня не сильно волнует это, и я мало задумываюсь об этом.
Рождение детей – это важный шаг будущих родителей, семьи, в которой должен появиться ребенок. Но мир несовершенен и встречается множество случаев, когда дети рождаются никому не нужными, и все по вине, неосторожности и глупости людей. Много детей, которые остаются без матери, которых бросили, но есть и такое, что они не успевают родиться на свет, их просто лишают жизни, не успев родиться…
А так не должно быть».
Феномен «не помню, как это было», видимо, связан с незначимостью информации для личностного восприятия. В пять лет по-другому, скорее всего, и быть не могло. Хотя, нет! Вспомните Олю и Свету и их впечатлениями того же возраста – «гадость» и «шок». Что здесь больше играет роль – особенности личности или форма преподнесения информации?
Еще один феномен, со слов Маши – «не сильно волнует это». Можем мы поверить ей? Думаю, ей – да. Маша настолько спокойна по натуре, что мне вообще трудно представить что-то, что может ее сильно разволновать. Хотя в целом, это, конечно, не может быть характерным для ее возраста. Мы позже убедимся в этом.
Леша:
«1. Я узнал об этом лет в шесть-семь от брата и его друзей, но до этого я предполагал об этом.
2. Чувство интереса и чувство полного удовлетворения в своих предположениях.
3. Потому что я всегда сомневался в баснях об аисте и капусте и, наконец, появилась версия, которая объяснялась логически, потому что аист слишком тупой, чтобы приносить в нужное место нужных детей, капуста слишком зеленая и ни как не ассоциировалась со мной.
4. Я думаю, что с каждым годом дети узнают об этом раньше, и в среднем это начальная школа».
У Леши, как у Маши очень мало эмоций – одна логика. Познавательный интерес был удовлетворен и это является главным. Да, очень похоже на Лешу.
Кирилл:
1) Я не помню, когда и от кого я узнал про это. Как-то само собой получилось. Я, вроде, знал это с рождения.
2) Я не испытал особых чувств. Наверное!!! Я не помню. Это было давно и неправда.
3) Раньше я относился к этому несерьезно. И воспринимал я это как «запретную игру». Но время менялось, я стал серьезней, кругозор расширился. Я думаю, что сейчас к этому очень неправильное отношение. Сейчас я думаю об этом редко, но «метко». Серьезное дело, но лучше соблюдать правила. До свадьбы ни…, ни… и др.»
У Кирилла уже видны определенные и сознательные нравственные установки в этой области. Это радует. Сознательный нравственный запрет, конечно, не гарантирует от «ошибок», но свидетельствует о достаточно высоком духовном уровне личности, способной ставить самой себе подобные запреты.
Мурат:
«1. К сожалению, я не помню, когда и как я узнал об этом.
2. Конечно же, я не помню и свое мнение об этом, ведь это было давно.
3. Мое отношение к этому, конечно, менялось, и что самое главное, и это нехорошо: у меня рос интерес к «запретному плоду». Но и в то же время я со временем начал понимать важность этого – это очень хорошо.
4. Я считаю, что это значимая часть жизни человечества, в том плане, что без этого не будет человечества, ведь откуда появятся на свет люди? Я лично против половых актов между детьми и подростками. К тому же я не понимаю тех людей, которые готовы заняться этим с первым встречным ради некого кайфа, не любя этого человека.
Почему-то меня до сих пор тянет к «запретному плоду», и в то же время я в полной мере осознаю и понимаю суть и важность этого».
Мурат углубляет степень откровенности, и спасибо ему за это. И впечатляет глубокий рефлексивный уровень – Мурат не только отмечает развитие «интереса», но параллельно этому выделяет другой процесс – процесс осознания «важности» этого вопроса. И эта «параллель» - одна из гарантий выстраивания верных нравственных установок.
Дима:
1) Я долго думал, но так и не вспомнил, как я узнал об этом.
2) Так как я не помню, как я узнал об этом, то и не помню, какие чувства у меня были.
3) Когда я узнал об этом, я был, наверняка, маленьким, а поэтому мало что понимал. Со временем я узнавал больше, и отношение к этому немного изменилось. Появился так называемый «стыдливый интерес». Я знал уже больше. Я рос, и отношение к этому явлению менялось. Временами я стремился узнать больше, или быстрее вырасти, а временами мне было противно.
4) Сейчас, когда я уже стал парнем и знаю уже очень многое, я думаю так: это абсолютно нормальное явление для женатых людей. Это естественный процесс, но все-таки то, что наша современная молодежь развратна и задумывается над этим вопросом рано – это факт. Поэтому я думаю, что всему должно быть свое время».
Глубокий анализ и вполне адекватные ему выводы. Заметим, что Дима первый и единственный из мальчиков отметил период, когда ему было «противно». Редкая для мальчишек утонченность – и это действительно характерно для Димы.
Таня:
«1. Мне рассказал брат. Сколько было мне лет, я не помню, но он старше меня на 2,5 года. Он сказал буквально в 2-х словах об этом. Я поняла на своем уровне это.
2. Я узнала что-то новое. И думала, что узнала уже все.
3. Впоследствии узнавала что-то еще, но не помню как. Появился интерес. С возрастом нарастающий.
4. Сейчас смотрю на это, как на медаль с двумя сторонами естественно. С одной стороны, как на неотъемлемую часть жизнь человека, как на что-то прекрасное. Но с другой, как на ужас, на разврат, на то, ради чего люди совершают многие вещи. Без чего не мыслят своей жизни. Безусловно, существуют 2 стороны. И, по-видимому, одна дана как возможность иметь детей, а другую приобрели мы сами».
Пока самая глубокая работа. Согласны? Увидеть в одном явлении две стороны, разграничить их и даже попытаться объяснить появление каждой – для этого надо быть очень глубоким человеком, в чем, собственно, по отношению к Тане сомнений не было.
Катя:
«1. В детстве я про это узнала на улице от детей старше меня на 3-5 лет. А если точнее, я узнала в 6 лет.
2. На тот момент и лет до 13 воспринимала как что-то необъяснимое и что-то неприличное и противное.
3. А на данный момент мое мнение и взгляд расходятся со взглядом девушки и парня. У девушки ранняя половая жизнь портит психику и губит жизнь (ранняя беременность). Половую жизнь врачи советуют начинать, когда полностью сформируется организм, то есть в 17-19 лет.
4. И парней я понимаю, которые вступают в половую жизнь рано. Так как сейчас все телевидение (реклама, фильмы) построены на том, что там снимаются девушки в полуголом виде. Но так же и для парней вредна ранняя половая жизнь, останавливается развитие.
А общее мое мнение, что чем раньше начинаешь половую жизнь, тем хуже».
Катя первая указывает на общественные причины половой распущенности. Это важно. Сознание нравственной «вредности» окружающего социума позволяет противостоять его разлагающему влиянию. Во всяком случае, можно на это надеяться.
Люда:
«Впервые я узнала о сексе в 5 классе. Я прекрасно помню тот день (просто в моей памяти запечатляются самые яркие моменты). Мне об этом «поведала» Ксюша. Это не был «опошленный» возраст, как это бывает у многих. Она рассказала совсем немного, впоследствии я узнала гораздо больше, но и этого мне хватило на тот момент. Я почувствовала какое-то отчуждение, это мне сразу опротивело, появилось отвращение. И как-то необычно. Мне не хотелось даже задумываться об этом. Но позже я стала относиться к этому, как говорится, параллельно. Что это есть, что нет. Да, конечно, интересно узнать об этом от своих впечатлений, а не от других людей; но мне это неприемлемо. Я думаю, что еще слишком рано.
Несмотря на рассуждения остальных, я думаю, что секс это не совсем физическое удовлетворение – это еще и способ показать отношение к человеку. Особенно, если ты отдашь самое дорогое – девственность. Мне кажется, что секс может существовать только при наличии полного доверия и взаимопонимания и, конечно, любви. По рассказам близкого мне человека, она не описывала подробности, она сказала, что сближаешься с человеком необъяснимо близко. Это происходит не на физическом уровне, а на духовном. Что, по моему мнению, гораздо важнее. Чтобы довериться человеку нужно как минимум несколько месяцев, а то пару лет. Но опять же возраст! Если, например, мне 14, а я встречаюсь с мальчиком с 10 (наверно, имеется в виду – класса), то, конечно, не стоит. Он не оценит и не сделает ровным счетом никаких выводов. Этот возраст (возраст, в котором я допускаю секс) около 20 лет. Но очень важно, чтобы была хоть какая-то доля процента, что этот человек станет твоим мужем.
Сейчас я слышу много разговоров об этом. Возраст такой. Мне они уже надоели. Многие мои знакомые были уже с мальчиком не один раз. Но многим из них нет и 16! Мне это не приемлемо. Но свои мозги им не вставишь, так что не изменить того, что они портят в юном возрасте свою жизнь».
Давайте, коллеги, поразмышляем над этой работой. Вы чувствуете, чего не хватает Люде в ее отношении к сексу? Казалось бы, можно порадоваться за ее достаточно крепкие моральные устои, но где же здесь слабое место? Оно бросается в глаза и сразу выдает рыхлость всей нравственной установки Люды. Посмотрите еще раз на фразу: «Этот возраст (возраст, в котором я допускаю секс) около 20 лет. Но очень важно, чтобы была хоть какая-то доля процента, что этот человек станет твоим мужем».
Допускать секс в каком-либо возрасте безотносительно к семейному положению (муж, жена) и нравственности как таковой – свидетельство, и это придется признать, если мы поверим в полную искренность Люды, духовной незрелости. Для человека высокой духовности и нравственности секс не может быть «вынужден» возрастом. Это однозначно. Вы согласны со мною, коллеги?
Ну, а надежда на «доли процента» - это не просто «рыхлое место», а зияющая брешь в рассуждениях Люды и ее нравственных устоях. Даже, если допустить весьма сомнительную установку Люды, что секс – это «еще и способ показать отношение к человеку»! Не спасут и надежды 99,9% на то, что этот человек станет мужем, если он еще фактически граждански и церковно им не стал. «Показ отношений» через постель – это всегда с нравственной точки зрение – падение, а с психологической – манипуляция с глупой надеждой привязать к себе этого человека окончательно. А расплата за любую манипуляцию неизбежна.
Но есть еще один нами не затронутый «параметр», который мы должны рассмотреть в связи с работой Люды, чтобы полнее рассмотреть тему. Это «параметр» Божественного закона и церковных правил. С точки зрения Бога любой секс между мужчиной и женщиной вне брака является грехом и никаких исключений здесь в связи ли с «возрастом» или «показом отношений» быть не может.
Вот именно этого так явно не достает в рассуждениях Люды, которая пытается выстроить нравственные ценности на зыбком фундаменте собственных оценок и отношений: «не приемлемо», «слишком рано». В то время как воля Бога должны быть здесь решающей для верующего человека, которым, безусловно, Люда является. И с этой точки зрения все просто и ясно и укладывается в одну простую заповедь – «не прелюбодействуй», не допускающих никаких исключений. А разрешается и даже благословляется секс с того момента, когда в храме новобрачные в таинстве венчания дадут друг другу обещание вечного союза и станут по Божественному слову «единой плотью».
Да, далеко мы в нашем развращенном и растленном мире ушли от этой святой простоты. Но оправдываться «окружением» не стоит. Бог во все времена Один и Тот же, и его нравственные установки останутся неизменными, как бы ни изменялись люди и до каких глубин нравственного падения они не дошли.
Подведем итог нашему исследованию, друзья. Мы потратили много времени, но, кажется, актуальность темы может нас оправдать.
Я думаю, несколько выводов по поводу источников информационного «просвещения» детей в области «секса» мы можем сделать.
Первое. Возраст, в котором дети начинают получать первую информацию об этом, - 5-6 лет, и с этих пор все «заинтересованные» лица (родители, родственники, педагоги) должны быть в «мобилизационной готовности».
Второе. Нельзя пускать «просвещение» в этой области на самотек и отдавать его на откуп улице. Шоковый в психологическом и растлевающий в нравственном плане эффект в этом случае почти гарантирован.
Третье. Нужно быть внимательным и к «просвещенческой инициативе» близких родственников – в первую очередь, старших братьев. Последние, по нашему опыту, в связи как с педагогической некомпетентностью, так и с нравственной распущенностью могут произвести эффект вполне сравнимый с «уличным».
Четвертое. Наиболее адекватный способ информационного и нравственного просвещения в этой сфере способны продемонстрировать чуткие к своим детям и подготовленные в педагогическом плане мамы. (Возможно, и отцы, просто таких примеров наши лагерники не предоставили.)
Пятое. Возраст, когда мамы могут начать это делать, по опыту наших ребят – с 8-ми лет (Настя), но, думается, можно и раньше, памятуя о начале «мобилизационной готовности» - с пяти лет. Здесь все может быть определено условиями конкретной семьи, ее структуры и социального окружения.
Фу!.. Вот, кажется, и все. Вы согласны, коллеги, с предложенными выводами? Чем могли бы их дополнить?
А нам пора вернуться к нашим лагерникам. Вы не забыли, что у нас идет «День зрелости», а весь «сыр-бор» разгорелся в связи с попытками наших «зрелых» по возрасту лагерников объяснить своим взрослеющим детям, откуда берутся дети?
Пора переходить к еще одной скользкой в нравственном плане, но, увы, такой нередкой в окружающей жизни процедуре.
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь