«Развод»
Это упражнение идет в логике «кризиса среднего возраста».
- Представьте, - говорю я ребятам, - в какой-то момент вы поняли, что вместе жить больше не можете, и вам следует разойтись. Как известно, он разводов больше всего страдают дети. Именно они испытывают тяжелейшую душевную травму, а начиная с определенного возраста, могут оказаться в ситуации выбора, когда самостоятельно могут выбрать, с кем из родителей им оставаться. Давайте и представим себе такую ситуацию.
Семейные тройки у нас останутся прежними. Вам нужно будет поговорить со своим ребенком перед предстоящим и неизбежным разводом. Разумеется, вы очень любите своего ребенка, и каждый из вас хочет, чтобы ребенок остался именно с ним. Попробуйте убедить в этом свою «кровиночку». После того, как со своими словами к ребенку обратится каждый «родитель», ребенку нужно будет сделать свой выбор…
Кстати, коллеги, хочу еще раз обратить ваше внимание на важный педагогический контекст этих упражнений.
Первый пласт их, безусловно, игровой и тренинговый. Ребятушки, «одевая» на себя роли родителей и детей и «проживая» их значительно обогащают свой внутренний жизненный опыт, обогащаются необходимыми им в будущей жизни «паттернами» поведения.
Но это внешний, поверхностный пласт. Согласитесь, серьезно подготовить их к будущим семейным ролям в столь юном возрасте невозможно, и ставить такую цель в качестве главной было бы просто утопично и смешно. Главный акцент педагогического целеполагания находится все же не в этом.
Главное, на мой взгляд, в уникальном диагностическом потенциале подобных упражнений. Я бы даже сказал в наглядно-обнажающем их свойстве. Причем, «обнажают» они самые скрытые и глубоко упрятанные в душе духовно-нравственные поведенческие установки, которые бессознательно воспроизводятся в ходе игрового взаимодействия подростков.
Посмотрите, как четко проявилось это в предыдущих заданиях. Все разговоры о «предохранении» - это ведь бессознательное воспроизведение собственных нравственных установок, усвоенных когда-то в нашем разложенном и даже «растленном» духовно-нравственном континууме.
И еще раз подчеркну важность игровой формы. В игре это «воспроизводство» происходит спонтанно, без сознательного контроля, а значит наиболее адекватно внутреннему миру самих играющих. Если бы я предложил детушкам просто порассуждать на эту тему, высказать свое мнение, результаты, скорее всего, были бы другими. Во всяком случае, приходилось бы делать неизбежную поправку на различного рода сознательный и бессознательный «камуфляж» - желание казаться взрослее, «ломка» перед авторитетами и наоборот слепое копирование чьх-то мнений.
Вот и в новом задании важна не игровая оболочка, а поведенческий ценностный подтекст. Какие установки будут воспроизводить наши ребятки в столь сложной ситуации – вот на что следует, думается, обратить главное внимание.
Даю какое-то время родителям сосредоточиться и подготовиться к предстоящему разговору. Решаем идти в обратной предыдущему упражнению последовательности.
Итак, первая семья – Дани, Тани и Димы.
Начинает Даниил и говорит о том, что если Дима останется с ним, то «будет все нормально», Дима выучится, со временем заведет свою семью, но, мол, выбор он должен совершить сам.
Ни слова против «жены», хотя Даня раз и отмахнулся от Тани: «Не мешай мне!», когда она попыталась вставить какую-то свою реплику.
- Дима, ты уже взрослый, и я не хочу уговаривать тебя остаться со мной, говорить, где будет лучше и хуже – ты сам должен все решить, - начинает свою речь Таня. - Но я хочу тебе сказать, что в случае, если ты останешься со мной, у тебя будет несколько дней, когда ты можешь видеться с папой. Когда ты захочешь, когда ты свободен. Я не знаю, даст ли он тебе такую возможность, если ты останешься со мной, но я тебе такую возможность даю.
Таня говорит так убедительно, серьезно, словно все происходит на самом деле. Она уже действительно настолько взросла в личностном плане, что ей не нужно играть, представляя данную ситуацию.
Даю небольшую паузу, чтобы Дима мог сосредоточиться и предлагаю ему сделать выбор. Дима, практически не сомневаясь, выбирает Таню. Вот так: сын решил остаться с мамой. Вот его мотивы:
«Я выбрал маму, потому что она дала бы встречаться с папой, а папа, может быть, и не дал возможности».
Вот, оказывается, что сыграло решающую роль. Интересно, что Таня была уверена в этом выборе:
«Я сказала Диме, что выбор за ним, и он решает. Он выбрал меня. Я в этом была уверена».
А что же Даня? Как он объясняет свою неудачу?
«Развод бывает очень часто, и мне было очень интересно сказать теплые, хорошие слова. Чтоб ребенок пошел ко мне. Мне было это очень интересно и трудно. Но все же ребенок пошел к маме».
Гм, гм?.. Нет, говорил действительно тепло, но все же не настолько, чтобы превозмочь серьезную убедительность Тани. И на Диму больше подействовали не эмоции, а предоставление права спокойной возможности видеться с обоими родителями. Да, это больше ему по характеру.
Так, начало положено. Что будет в следующей семье? Кого выберет Оля – Настю или Кирилла?
И эта семейная пара вообще тронула меня своим благородством.
Настя не только предоставила Оле возможность видеться с папой, но сказала, что она, если захочет и когда захочет, может жить у него и что это не повлияет на их отношения, она по-прежнему будет любить ее.
Речь Кирилла – это вообще, на мой взгляд, образец благородства в такой непростой ситуации:
- Оля, я не буду говорить тебе вот этих красивых слов по поводу института и прочего… (Нет, все-таки, чуть-чуть покоробило. Об институте, о том, что она будет Оле помогать туда поступить, говорила Настя.) Знай, я просто очень тебя люблю! И даже если ты выберешь Настю, я на тебя нисколько не обижусь, потому что ты моя дочка, ты моя кровиночка…. И я тебя настолько люблю, что даже если ты выберешь Настю, мне будет… я…. буду даже рад, потому что твоя мама – очень хороший человек. Во-вторых, ты тоже у меня красавица, умница… - Кирилл гладит Олю по голове. - Ты все сделаешь правильно. Думай только не умом: там, поступать в институт, еще что…. А думай сердцем – и выбирай. Знай, что я желаю тебе только добра.
Нет, я все-таки слишком увлекся «благородством» Кирилла. В его словах есть очень тонкая дипломатия и скрытые «шпильки» по отношению к маме. Хотя я, если бы выбирал, навряд ли это почувствовал и выбрал, скорее всего, Кирилла.
Предоставляю выбор Оле и…. Что вы думаете? Она выбирает Настю.
Да, Оля, в который раз ты меня удивляешь своей интуицией! Но по каким, все-таки, мотивам?
«Когда мои родители, Настя и Кирилл, расставались, то я выбрала жить с мамой. Не то, что я не хочу жить с папой, просто папа сказал, что он будет даже рад».
Да, Кирилл, это был фальшивый момент в твоей речи, и Оля это почувствовала. А что думает сам Кирилл?
«Я думал, что Оля сжалится и выберет меня, но просто не сработало, и она выбрала Настю».
Да, не сработало, потому что Оля почувствовала неискренность. Настя, вот, не думала ни о каких психологических уловках:
«Я думала, Оля выберет Кирилла. Но она выбрала меня. Кириллу большое спасибо. Он говорил больше. Я рада, что мой муж был Кирилл».
Настя и не претендовала на победу, но победила. Так часто бывает, когда человек не привязывается к ожидаемому результату своих действий.
Идем дальше. Света должна выбрать между Муратом и Машунькой.
Все-таки, похоже, ребят захватила эта «игра в благородство». Мурат с Машей долго предоставляли друг другу первое слово, потом ссылались на взрослость Светы, что она должна сама выбирать. Маша опять, вижу, никак не может войти в роль и чувствует себя не в своей тарелке.
Мурат в конце еще усилил «любовную» риторику, продемонстрированную Кириллом:
- Знай, с кем бы ты, в конце концов, не осталась, я тебя любил, люблю и буду любить и сделаю все, чтобы тебе было хорошо!..
Но выдала легкая улыбка, после которой Мурат махнул рукой – мол, закончено, и он выходит из роли.
Да, результат предполагаем: Света выбирает «маму», к глубокому удивлению последней. Но сначала мотив Светы:
«У меня был очень трудный выбор между мамой и папой. Но я выбрала маму, потому что она больше заботилась обо мне, а папа хотел меня подкупить 50 рублями и чтобы я к нему пошла и его выбрала».
Как-то упустил я этот момент с деньгами. Возможно, это происходило еще на начальных стадиях семейных упражнений. Странно, на Мурата это не похоже. Обычно он использует более тонкие, не такие топорные методы убеждения. Вот его резюме:
«Я особо не стремился, чтобы меня выбрала моя дочь. Выбрала дочь маму. Мне немного неприятно».
Да, расслабился слегка. Ну, а что «мама»?
«Я действительно чувствовала себя в роли мамы разводящейся. Света меня выбрала потому, что я дала ей выбор».
Впрочем, да, был один момент, когда у Маши сошла с лица смущенная улыбка, и слова о «выборе» были произнесены серьезно и проникновенно. Это, видимо, и оказало решающее воздействие на Свету.
И последняя наша семья. Максим между Лешей и Тасей.
Леша внес новые краски в несколько однообразную палитру отцовских увещеваний:
- Если ты останешься со мной, то, ну, мы с тобой будем, ну… как два холостяка…. Будем жить, как говорится, на полную катушку. Ты будешь работать со мной, деньги зарабатывать…. Я потом помогу поступить в институт (и здесь не без института – поистине, идея «фикс» у наших старших лагерников!), в общем, вырастишь настоящим мужиком….А если останешься с мамой, то, знаешь, эти всякие сюсюканья, ну там…. В общем, можешь вырасти маменьким сынком. Но выбор за тобой, решай, как знаешь.
Тася не выдумала ничего нового, апеллируя к взрослости и сознательности Максима. В результате он выбрал Лешу, который, кажется, нашел, какую важную струнку нужно было тронуть в сердце Максима:
«Ну, я, мне кажется, выбрал правильное решение, потому что, если я пойду к маме, там будет такая ситуация, а у папы я вырасту мужиком»
Леша в засветке уходит от личных чувств в обобщения:
«Развод – это тяжелое испытание для ребенка, и он должен сделать свой выбор».
Тася, хоть и гораздо более эмоциональна, но тоже вполне адекватно поняла причины выбора Максима:
«Это ужасный процесс. Максим выбрал Лешу! Мне не обидно, ни капельки. Ведь это жизнь, выбор за Максимом стоял простой, я сразу поняла, что он выберет Лешу. Он просто хотел стать настоящим мужиком».
Да, интересно, насколько игровые результаты транспонируют реальные духовные ценности в этой жизненной ситуации? Слова Таси «ведь это жизнь» внушают оптимизм по отношению к диагностическому потенциалу этих заданий.
Но на этом упражнение не закончилось. Мы еще посмотрели своеобразный «мастер-класс» по этому поводу. Я уже упоминал, что к нами подошли два ветерана – Женя и Юра, и мне пришло в голову, попробовать им инсценировать развод с решением проблемы ребенка. Ребенком я ничтоже сумняшеся сделал Машуньку. Она села между двумя новоявленными «родителями», и дальнейшее действо, разыгранное на наших глазах, могло бы войти в классику импровизационных актерских скетчей.
Юра, развалясь на стуле, со скучающим видом взял в руку какой-то журнал. И первой, изогнувшись в яростном порыве, открыла диалог Женя:
- Я к тебе обращаюсь! Слышишь?.. Я с тобой разговариваю! Убери эту дрянь – хватит читать!
- Я б убрал эту дрянь, но ты тяжелая просто…
- Забирай своего ребенка! Ты знаешь – я работаю, мне некогда с ней будет возиться…
- Это мой ребенок?.. Я не понял, когда ты… - оживляется Юра. - Меня не было в городе, когда она родилась. Я не делал анализ ДНК…
- Ах, ты, дрянь, забирай ребенка, я кому сказала?..
- Ты хоть знаешь, как зовут нашего ребенка?
Женя приподнимает эмблему на груди Машуньки, читает…
- Ее зовут Маша.
Юра сначала закатывается смехом, но потом продолжает тему:
- Какая Маша? Это у нее фантазии такие, вот она и пишет на табличке. Это девочку с соседней улицы зовут Маша…. А на самом деле ее, может, зовут Света.
Женя наклоняется к уху Маши, видимо, уточняя имя – она действительно видит ее, может, в первый раз в нашем лагере.
- Да, Маша! Ее зовут Маша…
- Да она врет тебе!..
- А, ну не ори на меня!.. – взрывается Женя.
- Я не ору на тебя.
- Все, Маша, ты завтра едешь к папе.
- Послушай, завтра она к папе не поедет.
- Нет, она поедет…. К простому дворнику, в каморку… Я больше не буду тебя обеспечивать.
Юра тут же подхватывает тему:
- Да, с тех пор как ты отобрала пятьдесят процентов моей компании, конечно, мне теперь придется подрабатывать дворником…
- Нечего было ушами хлопать!
- Блин, у меня из пятидесяти миллионов долларов осталось только двадцать пять. Я нищий теперь…. Как мне жить теперь?
- Вот и обеспечишь на них ребенка.
- Слушай, обеспечишь… Ты вообще, помнишь. Кто была – фифа расфуфыренная! – Юра неожиданно переходит в наступление. - Я женился на тебе, не помню, когда мы брак заключили, за полчаса…
- Ах, ты лох позорный!
- Я не помню, как тебя звать даже. Я все время звал тебя: киска, рыбка, потому что не помнил твое имя…
Общий смех в классе.
- Ах ты, козел облезлый!.. И с кем я столько лет!.. Маша, сколько тебе лет?.. Сколько лет я с ним прожила?!..
- Сколько, столько?..
- Столько не живут, сколько я с тобой прожила.
- Да-да-да…. Да, ты со мной не жила, ты жила у своего какого-то хахаля, я не знаю…
- Давно это было?.. А твоих всех любовниц я вообще не упомню!.. Так все – я сказала! – Женя снова возвышает голос, встает и кладет руку на плечо Машуньки. - Все, ты едешь к папе!
К папе?.. К папе сегодня вечером нельзя. У папы сегодня вечером сабантуй.
- А женщин всех твоих, стриптизерш, я выкину из дома…
Юра словно бы уже обороняется от нависающей Жени:
- Ты не можешь выкинуть их из моего дома. Ты и так оттяпала у меня квартиру московскую…
- Я у тебя еще и дачу заберу!
- Дачу ты не заберешь!..
- Так, все! – Женя гладит Машуньку по голове, и та уж было начинает к ней прижиматься. - Ладно сегодня она переночует у нас. Мы уж так уж и быть с моим парнем подвинемся…
Маша недоуменно отстраняется.
- Что значит, подвинемся?.. - саркастически улыбаясь, хотел было зацепиться за новую тему Юра, но Женя перебила.
- Но потом… она пойдет к тебе. И все! Я больше не хочу на эту тему разговаривать. Я так решила!
- Ты, подлая…. А я решил, что она будет жить у твоей матери, вообще…
- А ну, не трогай мою маму! – Женя начинает новую спираль пререканий.
- Твоя мама мне столько крови попила, что пусть теперь и с ней…
- Что ты знаешь о моей маме? Ты ее знаешь в лицо? Ты ее забыл после свадьбы…Ты вообще, помнишь, как ее зовут?
- Галина Васильевна…
- Надежда Петровна!..
В общем, это могло бы, продолжаться бесконечно. Думаю, пороху у моих ветеранов хватило бы еще очень надолго.
Останавливаю под спонтанные аплодисменты наблюдателей этот бесконечный семейный скетч. По традиции предоставляю слово для выбора Машуньке. Она, кстати, вела себя достаточно натурально, мечась между обоими родителями и искренно недоумевая от их отношения к себе.
Как вы думаете, кого она выбрала? Не догадаетесь. Она молодец, продолжила творческую непредсказуемость игры и сказала, что после всего услышанного решила не оставаться ни с кем из них, а пойдет жить в детский дом. Вполне оригинально и трагикомично.
А вообще, я думаю, полезно было понаблюдать всем за таким срезом современных нравов. Юра и Женя так легко и свободно импровизировали, будто такие «разводные паттерны» уже сложились в их представлении о своем собственном будущем. И это немного грустно.
В общем – салют ветеранам! Провожаем их. Им пора идти на очередную консультацию и готовиться к очередным экзаменам.
Но все-таки, подводя общие итоги этому упражнению, сейчас испытываю неудовлетворение. Конечно, разводы – это трагическая реальность нашего «неверного» времени, и в какой-то мере готовить к подобным ситуациям наших детушек может и нужно. Но…. Надо было обязательно и здесь «внушить» положительный идеал. Идеал – верной семьи безо всяких разводов…. Как говорится, «пока смерть не разлучит нас»… В ситуации с добрачным сексом хватило на это мудрости, а вот здесь как-то было упущено. Это, безусловно, определенный педагогический прокол в области нравственного ориентирования наших детушек, наставления их «на путь истинный».
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь