Романтическая любовь - это когда телегу ставят впереди лошади.
Любовь обладает властью на земле, и именно за эту власть люди и любят любовь. По эволюционному замыслу любовь — посвящение себя чему-то большему, то есть служение.
Это позволяет мозгу иметь сверхзадачу, необходимую для тонуса верхних отделов. Правильное с точки зрения психофизики поведение вознаграждается удовольствием. В кровь поступают вещества наркотического свойства. Ощущения обостряются, эмоции усиливаются, дух захватывает от полноты жизни.
Эгоцентрическое состояние человека апатично и наполнено тревогой. Человеческий мозг устроен таким образом, что лимбическая система получает стимулы для выработки «гормонов удовольствия» только когда человек испытывает сильный интерес к чему-то и чем сильнее его захватывает это стремление, тем удовольствие сильней. Превосходная степень интереса называется любовью.
Ни один наркотик не сравнится со страстной любовью по силе эйфории и… ломки. В зависимости от дозы любовь может быть сильнее самого мощного вещества. Боль от потери любимого человека превосходит страдания наркомана. Жажду получить любовь возлюбленного невозможно сравнить с тягой к самому сильному наркотику. Слишком большими резервами обладает мозг по выработке эндогенного «гормона удовольствия», чтобы химия могла соперничать с нейрохимией.
Феномен любви во многом понятен современной науке, однако атеистическая наука упускает из вида главное о любви: страстная любовь к человеку - имитация служения Богу, поэтому любовная эйфория - лишь имитация счастья. Картонный рай, тлеющий в аду. Марина Комиссарова "Популярная сексология"
И в египетских, и в индийских, и в китайских и в других древних текстах есть эротика, но нет романтизма, есть удовольствие от секса, но нет служения ему. Губы возлюбленных сравниваются с лепестками роз в каплях росы, груди с холмами над рекой, и все любовные эпитеты, которыми древние поэты наделяли объекты своего эротического влечения, отражают красоту природы, которую создал Творец.
Романтическая любовь зародилась в Средневековье.
Это культ, в равной степени атеистический и аскетический. Атеистический аскетизм - вещь нездоровая, потому и породившая причудливую манию. Место Святой Девы в новом культе заняла Прекрасная Дама, сначала почти эфемерная, асексуальная, а потом все больше обрастающая плотью и кровью, чувственностью и эротикой. К чему это привело через несколько веков?
Мучения современного романтика, взращенного на атеистической любви, осознающего тупиковость этой любви, но все равно отдающегося ей со всей силой своей души, описал Марсель Пруст. «Женщины, которых я любил наиболее самозабвенно, никогда не соответствовали моей любви. Моя любовь была искренней, и я подчинял все стремлению видеть их, отвоевать их только для себя; я готов был рыдать в полный голос, если проводил вечер в напрасном ожидании. Но это происходило, скорее, потому, что они обладали способностью раздувать мою любовь, доводить меня почти до припадка. Сами по себе они никак не воплощали мой идеал. Когда я смотрел на них, когда я слышал их голоса, я не мог отыскать в них ничего, что напоминало бы мою любовь или же гармонировало с ней. И тем не менее единственная моя радость состояла в свиданиях с ними и я тревожился, ожидая их прихода. Как будто бы существовало некоторое абсолютное достоинство, внешнее для них, но искусственно навязанное им природой, и это достоинство, эта наэлектризованная сила обостряла мою любовь, заставляла меня поступать определенным образом и причиняла мне страдания». Пруст называл любовь «взаимной пыткой». А Дени де Ружемон писал о западном романтизме так: «Любить саму любовь больше, чем предмет любви, любить страсть ради страсти, подвергаться мучениям и искать мучений… Страсть, тоска по гибельному огню и торжеству самоуничтожения - вот тайна, которую Европа всегда тщательно скрывала». там же
Романтическая любовь - суррогат. Наркоман пытается заменить нейрохимию химией, романтик пытается заменить метафизику физикой.
Мистическая любовь в их понимании - бред воспаленного воображения, результат религиозного фанатизма. Их ограниченному пошлостью сознанию недоступна мысль о том, как возможно испытывать искреннюю любовь к чему-то бесплотному. Приземленные люди испытывают тягу только к плотскому. Однако любовь устроена так, что, нарастая, заставляет служить избраннику со всей силой, на которую способна душа. И вот уже вместо того, чтобы служить Духу, страстные влюбленные служат телам своих возлюбленных. Слагают им гимны, приносят им жертвы, обожествляют их.
Так романтики нашли альтернативу - они наделили исключительной альтруистичностью и даже духовностью половую любовь.
Однако не религия является причиной утери счастья человеческой любви и чувственности, а атеизм.
Сражаясь с религией за романтизм (культ сексуальной любви) сотню лет, люди так и не поняли, что все это время следовало сражаться с романтизмом за религию, чтобы привести в порядок свой верх и свой низ. Атеистический романтизм перевернул человека с ног на голову. Сфера сексуальных удовольствий, из которой древний человек черпал животную энергию, как из питья и пищи, оказалась в самом верху, на небосводе сознания, в сфере идеального, как это называл Платон, принадлежащей высоким абстракциям. Поэтому сексуальной страсти молятся и служат, ей посвящают лучшие порывы души. Надо ли удивляться, что эти порывы так похожи на беснование? Здоровая чувственность вернется не раньше, чем атеизм потеснится, и место на троне сознания займет объект, служение которому приведет человеческий разум и тело в гармонию.
Мне мнение автора понравилось, тем более что это мнение сексолога. Однако как похоже на мнение Лазарева С.Н. Правильно выстроенная система ценностей ведет к гармоничной жизни человека, освобождая его от стрессов, боли и невротизма. Приведем ли мы в порядок свой верх и низ, большой вопрос. Деструктивное давление на внутреннюю жизнь людей извне приняло сейчас уже какие-то дикие формы. Культ романтизма тоже превратился уже в культ похоти и культ тела. Дно-то когда будет? Наверное, мы будем от него отталкиваться каждый по отдельности и устремляться к правильным ориентирам. И тогда душа и тело в нас станут на место.
Еще натолкнулась на прекрасный разбор "Противоречия культа Прекрасной Дамы в рыцарской культуре" (Анастасия Грунэ, сайт Слово Богослова. Богословие, философия и культура сегодня):
Герои романа о Тристане демонстрируют, что для них сохранение чести, верности и долга становятся средством, условием для того, чтобы оставаться рядом друг с другом. Ради спасения чести и, следовательно, любовной связи, Изольда публично называет предполагаемую ее обвинителями связь с Тристаном «греховной» и «похотью», как бы дистанцируясь от самой возможности того, что доблестный рыцарь и достойная королева могут быть в этом обвинены. И в этом глубокое противоречие взаимоотношений Рыцаря и Дамы. Рыцарь может ответить на любой призыв Дамы, кроме призыва к любви. Прекрасная Дама принимает любое служение рыцаря, кроме любви. А что им делать, если их обоих призывает любовь? Если и бесчестие, и отказ от любви с одинаковой неизбежностью ведут к отказу от себя, то есть к гибели духовной? История Тристана и Изольды, так же как и история Ланселота Озёрного и Королевы Гвиневеры, является описанием поиска компромиссного решения. Какие есть варианты у влюбленных?
... для Тристана, рыцаря, смысл его жизни - это служение своей Прекрасной Даме, Изольде, и его раздумья о возможности счастья для неё - это размышления о реализации собственного предназначения в этом мире. Отвечая Тристану, Изольда исходит из предпосылки, что их любовь - проклятье, которое разрушает жизни обоих. Она в это искренне верит и, заботясь о милом друге не менее чем о себе, выбирает возвращение к королю Марку как возвращение каждого к самоидентификации через принадлежность к рыцарскому культу. Изольда не видит себя за пределами сложившихся стереотипов отношений и социальных ролей.
... это тупиковый ход в рыцарском культе Прекрасной Дамы, так как Изольда ограничивает творческое вмешательство Божественного в жизнь человека, определяя эту жизнь по меркам человеческим, пусть и самым высоким. Фактический запрет на спонтанность чувств, предопределенность стереотипов рыцарского поведения неизбежно должно привести к фактическому умалению рыцарской доблести и девальвации культа Прекрасной Дамы.
Здесь четко описывается любовь, как вмешательство божественного. Как сила, которой необходимо подчиниться:
Финал романа о Тристане - убедительное доказательство того, что, разделив любовь пополам, герои не достигли успокоения и счастья, а, наоборот, прожили жизнь полную сомнений и страданий с тем, чтобы всё-таки смириться со своей любовью, а следовательно, примириться с Богом, который есть Любовь. В этом заключается один из основных смыслов «Романа о Тристане» - он, так же как и история Ланселота Озёрного и королевы Гвиневеры, размыкает обращенность рыцарства на себя, дает почувствовать ограниченность законов, построенных на человеческих понятиях, даже таких как доблесть, верность, честь, и в очередной раз демонстрирует величие Божественного Промысла, осуществляющегося героями в их любви.
Только выйдя из эгоцентризма, из ограниченности человеческих понятий плотской любви, что привнес в нашу жизнь культ Дамы и Рыцаря, служения земной любви, можно преодолеть эгоистическую обращенность чувств на самого себя и личные страдания и ощутить ее божественный замысел, только подчинившись чувству, такому, какое оно есть, распознав его, можно отдаться ему и ощутить всю ценность и божественность любви и человеческих отношений.
Только поставив во главу угла божественную волю это возможно: истинное развитие чувств, истинное прощение и принятие партнера в любви. В человеческой любви мы не ей служим, не партнеру, а божественному, через человеческую любовь нас учат, через нее мы возрастаем.
Об этом, наверное, авторы сказать хотели. Ну или я так поняла.
💕💕💕💕💕💕💕💕💕💕💕
Надеюсь, не очень сумбурно. Иногда статьи с цитатами других авторов у меня тяжеловесные выходят. Хотела просто проиллюстрировать мысль о божественной природе любви.
Продолжение темы вот здесь
Как всегда, буду благодарна и вашим лайкам и подписке 🌷🌷🌷😊