Вы сталкивались с тем, что суды требуют в качестве доказательств исключительно подлинники документов? А я сталкивался уже даже с безумной ситуацией, что при наличии в приложении исключительно копий документальных доказательств, суды умудрялись вот как раз на этом основании оставлять заявление без движения, хотя в перечне приложений прямо было указано, что прилагаются именно копии. Ну, последнюю выходку обсуждать не буду, по-моему, так тут всё и так ясно. В отношении любого судьи, который вот именно по этому основанию вынес определение об оставлении заявления без движения, как я полагаю, надо возбуждать уголовное преследование без дальних разговоров.
Но вот то, что судьи то тут, то там (забавно, но в выражении «и там и сям», в отличие от «то тут, то там», запятая не ставится, а можете ответить почему?) требуют в дела в качестве документальных доказательств исключительно подлинники — факт.
Такова, между прочим, именно практика, так как в ГПК РФ или АПК РФ нет такого общего требования, что допустимым документальным доказательством является исключительно подлинник документа.
Так было и в деле № А40-38815/2024 в АС города Москвы.
Там важным доказательством позиции одной из сторон было наличие некоего договора (подробнее, если кто-то хочет, может сам прочесть — все судебные акты по делу опубликованы), ответчик представил копию этого договора, но две инстанции — первая и апелляционная... почему-то решили, что эта копия — не доказательство, так как договор представлен только в копии, а подлинник не представлен.
Но дело попало в суд кассационной инстанции Московского округа... и вот там в судебном акте судебная инстанция указала, в частности:
...
Принимая во внимание позицию истца, и отклоняя доводы ответчика относительно передачи имущества в аренду, суды нижестоящих инстанций исходили из того, что в материалы настоящего дела ООО «Центрэнерго» была представлена копия договора аренды движимого имущества № 04АР-19 от 12.12.2019, которая, в свою очередь, в силу положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, влечёт недоказанность заявленного факта, подтверждаемого только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа.
...
А далее:
Между тем, кассационная коллегия не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанции на основании следующего.
...
Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих исследованию при рассмотрении спора о взыскании стоимости потерь, является установление факта принадлежности спорных сетей соответствующему владельцу.
Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, в обоснование своих возражений, ответчиком представлена копия договора аренды движимого имущества № 04АР-19 от 12.12.2019, по условиям которого, ответчик передал, а третье лицо ООО «КУБАНСКАЯ РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ» приняло за плату во временное владение и пользование, находящиеся в собственности объекты электросетевого комплекс, расположенные по адресу: Республика Адыгея, Тахтамукайский район, а. Новая Адыгея, ул. Тургеневское шоссе, д. 1 и д. 10, а также акт приема-передачи от 12.12.2019.
Согласно части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дел.
Не принимая в качестве надлежащих доказательств вышеуказанную копию договора, суд первой инстанции не отразил мотивы отклонения представленных в материалы дела доказательств в обоснование своей позиции, в то время как судом апелляционной инстанции был отклонен договор аренды на основании части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная коллегия обращает внимание судов на то, что часть 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации допускает представление письменных доказательств в форме надлежащим образом заверенных копий, а пункт 6 статьи 71 названного кодекса применяется, когда суду представлены несовпадающие копии документа и по копиям невозможно установить подлинное содержание первоисточника. В данном случае иных копий, не тождественных представленным ответчиком, не представлялось, в отношении данных документов ходатайство о фальсификации не заявлялось.
Суды, при наличии копии договора аренды движимого имущества № 04АР19 от 12.12.2019 и приложенных к нему документов, нарушив принцип оценки доказательств, установленный пунктом 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопреки требованиям статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не предложили ответчику представить оригиналы указанных документов, таким образом, не создали условий для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора
Мне скажут, что, мол, это же АПК РФ, а вот в ГПК РФ... А что в ГПК РФ?
Давайте предположим, что таких правил в ГПК РФ вовсе нет. Что тогда? А тогда надо по аналогии закона (даже не права, а именно закона) использовать правила, которые регулируют даже не сходные, а вот точно такие же отношения в АПК РФ.
Но весь юмор заключается именно в том, что ст. 71 ГПК РФ есть! И... вот ведь удивительно, право слово, в ней написано... то же самое.
И даже основания для требования подлинника там вполне точно описаны, а вне этих оснований подобное требование оказывается... полностью произвольным, а потому и незаконным.
Но мне скажут, что далеко не всё можно проверить по копии. Уверяю вас — если речь идёт именно о документальном доказательстве, то решительно всё, так как документальное доказательство вообще не зависит от свойств объекта, который является документом, а только от его содержания. А вот если для доказывания важны свойства конкретного объекта, то это уже не документальное доказательство, а вещественное. Вот с вещественным доказательством — да, там важен именно конкретный объект для изучения, а не его содержание.
Например, все экспертизы производятся не с договором, а с, скажем, листами бумаги (ткани, пергамента, папируса, кусками шёлка, льна), на которые нанесён такой-то текст и такая-то метка, представляемая как подпись такого-то лица. Экспертиза договора, проводимая техническим экспертом, это глупость несусветная, потому что договор это не документ вообще, а двух- или более сторонняя сделка. «Экспертиза» же сделки проводится не почерковедами, например, а, собственно, самим судом, а вот если у суда не хватает для этого знаний и навыков, то вот это — действительно беда. Но эксперт тут не поможет.
При этом, требуя экспертизу, надо точно понимать что, собственно, вы собираетесь доказывать? Эксперт же не вправе, например, сказать о наличии или отсутствии полномочий у человека, который подписал документ, он может более или менее определённо (но далеко не всегда!) сказать — тот это человек или не тот, а этот. Но это ровно ничего не говорит ни о заключённости договора, так как если действительная сторона договора продолжает настаивать, что она согласна с тем, что подпись поставило полномочное лицо, то экспертизу проводили зря совершенно, а суд напрасно, явно с превышением полномочий и явно увеличивая издержки, такую экспертизу назначил. Почему? Да потому именно, что если даже подпись стоит не того лица, которые имело полномочия, но полномочный представитель согласен с этой подписью, то надо иметь в виду, что ГК РФ по сему поводу совершенно точно устанавливает, что последующее одобрение действий лица без полномочий полномочным представителем или самим представляемым, делает действия этого лица как раз полномочными; ну и зачем тогда выясняли — кто именно подписал?
Вот если бы в рассмотренном в Москве деле истец заявил, что доказательство, представленное ответчиком — сфальсифицировано... то вот тогда, только тогда, быть может, — но и это не обязательно — мог потребоваться подлинник. Это в том именно случае, если бы контрагент по предъявленному договору вдруг заявил, что он никакого такого договора не заключал. И при этом бы экспертизой подлинного документа и самим этим подлинником бы доказывалось и опровергалось заявление о фальсификации доказательства в виде документа с текстом договора. Но доказывать фальсифицированность следовало бы в первую голову именно тому, кто о ней заявит. Почему? А потому что нельзя предполагать, в том числе и суду, недобросовестность или неразумность поведения сторон.
Так что суд кассационной инстанции прав абсолютно: если доказательство — документальное, то копия это или подлинник значения не имеет, а суды первой и апелляционной инстанции — просто самодурствовали. Если копия надлежаще заверена.
А знаете что такое надлежащее заверение в общем случае?
— Надпись: «Копия верна. <подпись> <расшифровка подписи>»