Найти в Дзене
Белая ворона

Казахский хлеб

Эту статью посвящаю всем моим читателям из Казахстана. В моём детстве, когда людей не делили по национальностям, цвету кожи и разрезу глаз, когда одной из любимых передач была программа Радуга о творчестве разных народов мира, и каждый год 30 декабря вся моя маленькая семья усаживалась перед чёрно-белым Рекордом и смотрела праздничный концерт ко дню образования СССР. Это были самые добрые и приятные воспоминания. Потрескивают дрова в печке, мама и бабушка варят холодец и обжаривают колечки домашней колбасы к Новому году, который наступит завтра. Накрахмаленные тюлевые занавески на окнах. И чувство спокойной стабильности. Которое больше никогда не появлялось... Это будет потом, всё то, что формировалось под воздействием телевизора, подмен понятий, растления ценностей, когда путаны и бандюки стали предметами народной любви и о них стали петь песни и снимать кино, от врождённого раболепия перед каждым портретом в холле учреждений и организаций, а так же слияния всех самых низких проявлен

Эту статью посвящаю всем моим читателям из Казахстана.

В моём детстве, когда людей не делили по национальностям, цвету кожи и разрезу глаз, когда одной из любимых передач была программа Радуга о творчестве разных народов мира, и каждый год 30 декабря вся моя маленькая семья усаживалась перед чёрно-белым Рекордом и смотрела праздничный концерт ко дню образования СССР.

Это были самые добрые и приятные воспоминания. Потрескивают дрова в печке, мама и бабушка варят холодец и обжаривают колечки домашней колбасы к Новому году, который наступит завтра. Накрахмаленные тюлевые занавески на окнах. И чувство спокойной стабильности. Которое больше никогда не появлялось...

Это будет потом, всё то, что формировалось под воздействием телевизора, подмен понятий, растления ценностей, когда путаны и бандюки стали предметами народной любви и о них стали петь песни и снимать кино, от врождённого раболепия перед каждым портретом в холле учреждений и организаций, а так же слияния всех самых низких проявлений сути человеческой, что долго копилась внутри у очень многих, в какой-то момент это всё рванёт наружу.

Подобно эффекту дрожжей, брошенных в места общественного пользования.

После успешной репетиции во время странного явления, которое исчезло так же внезапно, как и появилось. Когда наглядно было показано полнейшее смирение, сдобренной тоннами анонимок и доносов на тех, кто был умнее и свободолюбивее и понял, что проводится эксперимент.

Но никто не ответит за все те жизни, которые оборвались из-за какой-то запланированной махинации.

Которая в один миг стала вдруг невыгодна. И ей нашли замену. С одинаковым сценарием развития - многолетнее нагнетание ситуации роликами в социальных сетях, которые никто и никогда не мог подтвердить, как достоверную информацию.

Ибо журналистика у нас прекратила являться объективной и честной информационной структурой.

И, как следствие, разжигание ненависти. Но, особо разжигать уже и не приходилось.

Потому как уже механизм этот был запущен давно. И его наглядно наблюдали сверху опытные кукловоды-манипуляторы.

В моём обычном советском небогатом детстве, мама и бабушка смогли мне показать какие-то города нашей огромной Родины.

Я была в Москве, там жили наши родственники, они и сейчас живут, может быть даже читают мой канал.

Мы какое-то время жили в Белорусской ССР, в городе-герое Брест.

И потом поехали с мамой туда, в 1985 году. В гости к нашим соседям по квартире. Как всё было просто...

Я была в Ульяновске, в Волгограде, в пионерских лагерях. В общем, что-то да повидала в своём обыкновенном детстве.

А тогда, в 1987 году, я искренне гордилась, что я комсомолка, и верила в успешный исход перестройки.

Тогда я не знала, что комсомольские вожаки первыми будут рвать на части советское наследие, а приспособленцы-портфеленосцы, забывшие о словах клятвы, данной когда-то, будут доламывать то, что ещё можно было доломать.

И как кульминация их бытия, сократить численность населения страны до уровня горьких слёз. И многое другое.

Что неведомо или тщательно оправдывается теми, кто лежит пластом перед портретами в холле. Многовековая историческая особенность.

В тот год мы с мамой поехали в Казахстан к отцу. Моё детское сердце было доброе. И я тогда не понимала, что мой отец, по сути, самый настоящий подлец. Который наклепал детей по белу свету и НИ ОДНОМУ не дал ни ума, ни сердца. У моего отца четверо детей. Возможно, их гораздо больше.

Да, он платил алименты. Иначе не мог, так как ряды Советской Армии ему этого не простили бы. Тогда я об этом не задумывалась. А просто была рада, что мы полетим на самолёте в гости к папе.

Папа на тот момент служил в Казахстане в городе Кустанай. И речь пойдёт именно о Казахской ССР. Так тогда назывался Казахстан.

Для меня всё было удивительно в Казахстане. Другой климат, другие люди, которые были почему-то приветливее и добрее, хотя иногда плохо говорили на русском языке.

Другие магазины, другие товары на полках магазинов.

Я помню свой самый настоящий ступор в тот момент, когда мы зашли в промтоварный магазин, а там свободно продаются капроновые колготки и чулки, колготки-сеточки со швом сзади и красивым кружевным цветочком и бусинкой.

Это бал писк моды 80-х. Продавалась чехословацкая бижутерия, японские автоматические зонты, югославская обувь Цебо, кожаные сумки и перчатки, прекрасные кружевные шёлковые комбинации и парфюмерные дезодоранты, духи. От такого изобилия я потеряла дар речи.

Я не понимала, почему в Краснодаре не продаются эти качественные и нужные товары, а здесь они вот так запросто лежат на прилавках.

Сейчас уже бессмысленно давать объяснения отвечать на вопрос "почему".

В какой -то день мы пошли в ресторан Кустанай. Где наш столик обслуживал неземной красоты паренёк-казах по имени Руслан.

Вот такой красивый, как сейчас современные аниме, с тонкими благородными чертами лица. Я запомнила его и его имя, хотя мне уже 50 лет.

Моя мама работала в Общепите Краснодара. И я видела разные продовольственные выставки и ярмарки, которые проводили регулярно в городе.

Были мы и в ресторанах. Не часто, но были.

Но лучшего сервиса, чем в Казахстане в ресторане ,,Кустанай" я не встречала НИКОГДА.

Даже ресторан Прага в Москве чуть-чуть уступал тому ресторану в небольшом городе Кустанай. Прага был восхитительный ресторан, но ресторан Кустанай в Казахстане был ЛУЧШЕ. Только этого никто не знал.

Мы приехали на майские праздники. Город был украшен флагами и плакатами.

Так же мы ходили на первомайскую демонстрацию. Счастливые улыбающиеся люди, которые даже не подозревали, что осталось всего несколько лет этой счастливой жизни, которую они потом будут тысячу раз вспоминать...

И никто не мог предположить, что однажды начнут гнать прочь своих соседей, друзей, скрипя зубами от злости... Которая неизвестно откуда вдруг вспыхнула в сердцах...

Мы шли по городу, светило солнце, у меня в руках были два разноцветных шарика, похожих на огурец и батон варёной колбасы, перетянутой шпагатом.

И я очень хотела есть. Не помню почему мы не поели в буфете. Не помню и всё тут. Но мы зашли в магазин, чтобы купить что-то.

Бутылку лимонада, какие-то продукты к домашнему обеду. И круглую булку ржаного хлеба. Я так хотела есть, что не удержалась и отломила от хлеба краюшку.

Этот вкус невозможно забыть. Ещё теплый, с хрустящей корочкой, из ржаной муки с частичками зёрен, с каким-то невероятным особенным вкусом из-за какой-то особенной добавки, душистый казахский хлеб пахнул мне в ноздри своим ароматом. Ароматом, который я помню и сейчас.

Я сидела на скамейке и жевала этот хлеб, закрыв от удовольствия глаза.

Я, чья родина Кубань, которая житница России. И у нас был тоже очень вкусный хлеб, вкус которого мы с мужем часто вспоминаем. Но такого казахского хлеба у нас не было...

Деревенские рассказы. Часть восьмая. День урожая.
Белая ворона1 марта 2021

Прошло очень много лет с тех пор. В этом году я навсегда порвала и без того скупые отношения со своим отцом.

Потому что он такой же портфеленосец, который забыл слова клятвы и занял удобную для себя позицию.

И на каждом углу митингует, что кроме галош ничего не было. Это говорит человек, которому страна галош дала всё. И квартиры, и полное обеспечение, и образование, и карьеру, и уважение.

Но он предпочитает славить тех, кто платит ему копеечную пенсию, с которыми он судился несколько лет, чтобы получить то, что ему полагалось по закону.

Да там нужно книгу писать. Но нельзя *слепого и глухого* заставить понимать то, что он не видит и не слышит. Или не хочет.

Я, единственная из его детей, у которой родились его внуки и правнуки. Правда он даже не попросил фотографии своих внуков.

И я была единственной, кто ещё общался с ним. С остальными детьми, с моими братьями и сестрой отец разругался в пух и в прах. Каждому плюнув в душу.

Не думая о своей старости, которая уже наступила.

Но...

Пусть каждый получит то, что он заслужил.

Когда меня недавно спросил Вова:
- Мама, а что самое вкусное, что ты ела в своей жизни?
Я ответила:
- Казахский хлеб.
Хлеб...
Хлеб...

Дорогие мои друзья из Казахстана!

Все те выходцы и жители Казахстана, кто встречался мне на пути, все эти люди были добры, неравнодушны, готовые протянуть свою руку помощи.

Родственники моего мужа живут в Казахстане. Только мы не можем найти их...

Все письма, которые написаны мне людьми из Казахстана, это добрые и человеческие письма.

Те люди, которые живут в Сербии и даже живут в маленьком Сомборе, которые родом из Казахстана, это ЛЮДИ. Которые воспитаны на тех принципах и ценностях, о которых я вам рассказывала не раз.

Я благодарю вас от всего сердца.

Те, кто когда-то посеял эту рознь - преступники. Жаль только , что они не ответят за свои дела.

Но одно столетие сменяет другое. И никто не знает, что нас ждёт в будущем.

Благодарю ВАС за всё.

Ваша Белая ворона💖

Хлеб
117,3 тыс интересуются