- Опять у бабки торчала? А поросята не кормлены? - зашедшая в дом мать, с порога начала воспитывать Люську.
- Да ты что, мам? Кормила я их.
- Знаю я, как ты кормишь! Котам поди все скормила. Вон какие жирные носятся!
- Так они мышами питаются. Со всей округи в наш хлев мыши бегут. Зачем кошкам поросячья еда?- убеждала Авдотью дочка, а сама вспоминала горящие кошачьи глаза,наблюдающие за чавканьем свинюшек. Как только те, наевшись, отходили от кормушки, коты тут как тут. Люська крошила им кусочки сала в мешанку, и кошки съедали все подчистую. Голод не тетка. От воспоминаний отвлек голос Авдотьи:
- Горазда ты с матерью спорить! Давай на стол собирай! Есть хочу хуже собаки. Мальчишки-то где? Сейчас отец придет, ужинать будем.
- Они здесь недалеко, на горке. Увидят, что папа домой идет, сами прибегут.
- Это точно! Они у нас прожорливые. Где блины - там и мы, - ворчала Авдотья, намыливая руки.
- Они печку натопили, воды наносили и удрали на горку.
Время бежало. Каникулы кончились. Зима тоже приказала долго жить. Побежали по дорогам ручейки. Распустила сережки верба, появились на пригорках желтенькие глазки мать-и-мачехи. А Люська так и бегала каждую свободную минутку к бабушке Нюре. Интересно было девочке с веселой старушкой, а та, за неимением своих внучат, весь свой богатый жизненный опыт передавала чужой девчоночке. Как-то раз принялась Люська расчесывать седые реденькие бабушкины волосики.
- Бабулечка, а что это за шрам у тебя на голове?
- Это, Люсенька, операция у меня была. Выросла противная шишка.
- Больно было?
- Больно, Люся. Меня даже облучали, а толку не было. И вот одна женщина показала мне травку под названием репешок. Научила ее заваривать и прикладывать к шишке. Я насобирала этого репешка, насушила и давай им лечиться. Заварю, положу в марлечку и на шишку. Повяжу платочек, так и хожу. Хочешь верь, хочешь не верь, а вылечилась я этим репешком. С тех пор собираю разные травы. Вот посмотри, книжку раздобыла о травах лечебных. Летом собираю, когда Белянку пасу, и в нашем овраге, и в посадках, и на берегу.
- Ты и меня научи, бабушка! Я тоже люблю травки и цветочки. У меня даже гербарий есть. Нам на каникулы задавали прошлым летом. Я тебе покажу.
- А мой гербарий вот висит у печки.
- Это вон те красивые венички? - Люська показала на пучки травы, висящие вдоль печки.
- Да, моя хорошая. Тут и от головной боли, и от ломоты в ногах и спине, и от поноса, и наоборот от запора. Да много чего. Вот лето придет, пойдем мы с тобой по травки и цветочки. У твоей матери что-нибудь болит?
- Ещё как болит! Голова болит, ноги болят. Да и руки тоже.
- Сейчас подберём ей травки. Это ей поможет.
Бабушка Нюра взяла чистые тетрадные листы бумаги, свернула кулечком, подписала " От головы", "от ног и рук". Люська рассмеялась:
- Голова, руки и ноги отвалятся что ли?
- Не отвалятся, а болеть не будут. Я на кулечке написала, как заваривать и сколько раз пить.
Бабушка насыпала в кульки размятую траву и протянула Люсе.
Дома Люська отдала матери кулечки с травой, рассказала про чудесное исцеление бабы Нюры. Авдотья недоверчиво повертела в руках кулечки и положила на полку.
- Попробую, как-нибудь заварю. Бабка Нюра на своих травах вон какая шустрая.
- Она и меня обещала научить летом травы собирать. Отпустишь, мам?
- До лета ещё дожить надо. Ты про свои дела не забывай. Видишь, как мать устает, да и отец тоже.
Вот и лето пришло. Начались самые длинные, самые долгожданные каникулы. Люську распирало желание отправиться с бабушкой Нюрой за травами.
- Ты не спеши, девочка! Травкам силу надо набрать. А пока я тебе книжку дам, мою заветную. Только ты ее никому не показывай. Изучай потихоньку. Уж очень бедовые у тебя братья. Испортят еще.
Бабушка Нюра завернула книжку в чистую тряпицу и вручила ее Люське. И все! Пропала наша Люська! Девочка каждую ночь с фонариком изучала травы. Днём, когда полола грядки, каждую травину находила в том бабушкином справочнике, каждый сорняк. И, о чудо! Все сорняки оказывались лекарственными. Вот лебеда - по научному Марь белая, самый злостный сорняк. Упустишь время, потом не выдерешь.
Прочитала про него девочка, что "лебеда съедобна, и многие используют её для приготовления витаминных салатов. В голодные годы лебеду добавляли в тесто для выпечки хлеба, и это растение часто становилось настоящим спасением от голода.
В народной медицине отвар лебеды применяют при лечении воспалительных процессов в горле, при кашле, как успокаивающее при различных неврозах. Семена выводят токсины и их часто используют как слабительное и рвотное средство при отравлениях."
Ну, про подорожник она и раньше знала, и про пастушью сумку тоже. К разбитым коленкам прикладывала листочки подорожника не один раз, и не два. Чтобы не забыть, начала Люська снова гербарий делать. Все сорняки опознала, засушила среди газет, пришила в альбом и подписала, что от чего и как им лечиться. Родители дочь за такое увлечение не бранили. Авдотья уже попробовала отвар трав, принесенных Люськой от бабы Нюры и осталась очень довольна.
- Полезное дело! - говорила она.
В овраг, где пасла козу старушка, Люська бегала часто и узнала уже много трав. Гербарий ее пополнялся. В ручье, бегущем по самому дну оврага, нашлась самая настоящая мята с крупными пушистыми листочками. Люська набрала ее целую охапку и себе и бабушке.
- Эх, Люсек! Какой вкусный чай будем зимой пить! Вот за мяту тебе и отец спасибо скажет. Вот увидишь!
И правда. За мяту девочку похвалили и велели ещё набрать. А Люська носила и нежный липовый цвет, и лиловую душицу, и золотой зверобой, и розовый иван-чай. Нашла она и тот самый репешок, спасший бабушке Шуре жизнь.
Все сени были завешаны душистыми пучками. Кроме этих, всем известных трав, девочка собирала все, что попадалось, искала названия в толстом справочнике. Матери это уже надоело, и она грозилась сжечь бабушкину книжку.