Прекрасный автожурналист Сергей Знаемский говорит, что красивый автомобиль — это автомобиль, в котором дизайн следует за функцией. Это настолько верно, что канонически некрасивый Porsche 911 мы все считаем красивым, потому что он идеален в езде и в эргономике.
С самолетами также: аэродинамически нестабильный Су-35 мы считаем красивым (несмотря на его нестабильность), потому что он хорошо выполняет свою функцию — быть быстрым и маневренным. С этим все более-менее понятно. Но что такое плохой автомобиль? Тот, у которого дизайн не следует за функцией? Или тот, который глохнет на перекрестке, как было с моим ВАЗ-2106?
Если бы я сортировал плохие автомобили по их плохости, то автомобиль, о котором сегодня пойдет речь, располагался бы ниже ЗАЗ-968А, лыж и путешествия в одном купе с коучем и криптоинвестором.
Это — мой бывший автомобиль Bajaj Qute. То ли мопед с крышей, толи багги с импотенцией, но по документам он — квадрицикл (не путать с квадроциклом). Так решили в МРЭО, куда я приехал ставить его на учет. Надо сказать, что это были единственные люди, которые над ним не смеялись. Вы наверняка заметили, что наши внутренние органы сложно рассмешить.
А вот мой знакомый индийский автоблогер, которому я прислал фотку со своим новым приобретением, хохотал и называл меня странным, ведь даже в родной Индии этот квадрицикл оказался никому не нужен.
Модель Qute – это единственный опыт постройки автомобиля индийской компании Bajaj, всю жизнь строившей мопеды. Поэтому под капотом у нее — мопедный мотор объемом 0,2 литра на 13 лошадей. Вернее, не под капотом, а под задним диваном.
Вернее, не диваном, а железной лавкой, обитой дермантином. Эта лавка, равно как и передние стулья, прикручена к полу болтами, которые уже сильно поржавели за годы эксплуатации (какой-то псих до меня наездил на нем 25 тысяч километров).
В горловину его крошечного топливного бака не влезает пистолет на заправке, поэтому заправлять его надо из канистры, пользуясь специальной маленькой воронкой. Максимальная скорость — 73 км/ч на пятой передаче мотоциклетной секвентальной механики. И этой скорости совершенно достаточно, чтобы погибнуть и не быть опознанным.
А еще в его базовой комплектации нет стекол, а только полиэтиленовые шторы, которые можно скатать в рулон и зафиксировать липучкой. Но на моем «Бажаже» стекла есть. Все дело в том, что у «Бажажа» был дилер в России, который их продавал и, прости Господи, дооснащал. Поэтому моя машина — в топовой комплектации. Здесь есть стекла со сдвижными секциями, печка от Газели и микро-магнитола с МР-3. Другими словами, я могу ездить на нем зимой.
Единственное ограничение — у него нет зимней резины. И честно говоря, я не уверен, что зимняя резина в такой размерности существует. Кстати, его колесные диски одновременно выполняют функцию тормозных барабанов, так что повреждения диска автоматически означает, что вы останетесь без тормозов на одном из колес.
Мы купили этот «Бажаж» для съемок на нашем канале, и даже сняли пару роликов, в которых пытались его продать сначала Игорю Big Russian Boss, а потом - Артему Дзюбе. Но ни один из них почему-то не стал его покупать. Да и особой популярностью у нас на канале эта машина не пользовалась. Ее просто никто не знает. И с ней ни у кого, кроме меня, не связано никаких эмоций. Поэтому продать ее — было логичным, хоть и печальным финалом этой истории.
И тут меня ждал сюрприз. На площадках объявлений этот автомобиль получил все те просмотры, которых он не имел на нашем канале — мне каждый день писали люди, которые предлагали поменяться на 6 соток в Калининграде, африканского питона, УАЗ, два сломанных квадроцикла. Просмотры перевалили за 100 тысяч, телефон разрывался.
Оказалось, что в реальности, где Лада Веста стоит больше двух миллионов, люди захотели себе игрушку за 290 тысяч, чтобы хоть как-то кататься. Я продал «Бажаж» прекрасному человеку, которому нужна была маленькая машина, чтобы ездить до станции электрички (не знаю, как он будет ее оставлять на парковке, ведь индусы предусмотрели замки на капоте, багажнике и обоих бардачках в салоне, но на дверях личинок замков нет. Эту машину физически нельзя запереть).
Я передал машину новому владельцу холодным вечером, и пошел домой пешком. Деньги в кармане не грели. Я расстался с самым необычным и самым бесполезным автомобилем, который у меня был. Единственное, что меня радовало — это был международный день отказа от автомобиля. И еще никогда в жизни я не проводил его так символично.