Все, что я когда-либо видела, проработав с детьми в больнице и в поликлинике, мысленно делила на "бывает", "интересно", "жесть" и "полный звездец". Первые два варианта - это то, что встречается чаще всего, когда сходу можно предположить диагноз, отправить на исследование или прописать лечение.
Картину из последнего варианта с матерным словом я наблюдала только один раз, когда работала еще в хирургическом отделении детской онкологии: на реанимационной машине откуда-то очень издалека привезли подростка, которому в течение полугода пытались лечить лимфому кожи популярной антибактериальной мазью "Ле..м....ь" в сочетании с народными способами. Ругались матом тогда все: от медицинских сестер до кафедральных профессоров, так как увиденное не оставляло никого равнодушным. Если я опишу здесь ту картину, то Дзен заблокирует меня раз и навсегда. Но я думаю, что можно попробовать хотя бы отдаленно представить, если понимать, что при отсутствии лечения злокачественная ткань разрушается, захватывая все здоровые ткани вокруг (кожу, сосуды, мышцы вплоть до костей...). Тогда мы со старшей и более опытной коллегой ежедневно ходили это все хирургически обрабатывать: нам благотворительный фонд за один день нашел, купил и привез очень классные и дорогие повязки, специальные гели и "сетки", которыми мы пытались хоть как-то улучшить состояние, пока химиотерапевты ломали голову, как этому ребенку помочь по основному заболеванию. К сожалению, у этой истории грустный конец.
Но вернемся к случаю с обычного педиатрического приема.
Заходят к педиатру мама с сыном, которому 15 лет. Я сижу в дальнем углу кабинета и от двери до меня надо пройтись. Они же закрыли дверь и встали, как будто идти ко мне не собирались.
-Проходите сюда, присаживайтесь, - приглашаю я, параллельно смотрю в экран и открываю медицинскую карту парня. Собственно, поэтому я и не обратила внимания сразу на то, что мальчик идет как будто прихрамывая немного.
Мама села на кушетку рядом, парень продолжает стоять, а пустой стул передо мной продолжает приглашать кого-нибудь все-таки сесть на него.
-Можно присесть сюда, - показывая на стул, говорю я мальчику.
-Не могу, - отвечает он и смотрит на маму, как бы сигнализируя ей "рассказывай".
-Вы знаете, у него это началось с ветрянки. Младший из школы принес, они вместе и болели. Я ему говорила не чесаться, но он меня не слушал, теперь вот. Мы были уже у хирурга, он нам назначил мазь "Пролечин" (название изменено, но созвучно, основные компоненты - масло ши и витамин Е), но сейчас стало намного хуже. А, еще я гормональной мазью мазала...ааа.. этот Ад...т....н! Но к хирургу мы больше не пойдем, он ругался на ребенка сильно, что он продолжает чесать. Нам сказали, что вы нам точно поможете...
Это ж кто на меня возложил такую ответственность
Он снял штаны, показал свое бедро (чуть выше)... и там была та самая жесть: жуткое воспаление от присоединенной бактериальной инфекции с расчесами. От увиденного, я машинально глубоко вдохнула и задержала дыхание, как будто могла заразиться. Плюс надо отметить, что у мальчика с правилами гигиены как-то не складывалось: его прям хотелось помыть. Подозреваю, что проблема была не в семье, а в сложном подростковом периоде ребенка, так как рядом сидела совершенно чистая, ухоженная мама.
-У него на фоне ветрянки и расчесов началось бактериальное поражение кожи и мягких тканей. Уже пора начинать пить антибиотики. И гормональная мазь здесь совершенно лишняя, - говорю я.
-Ой, нет, я не буду давать ему антибиотики. Мы в последний раз после них так долго мучились с кишечником! Он же тут просто расчесал.
-Напишите отказ? - спросила я.
-Да, хорошо. Но вы ведь мазь назначите какую-нибудь?
Честно, отказ я взяла, чтобы себя прикрыть. Если бы эта бактериальная инфекция распространилась по организму, то моя бы голова первой полетела с плеч. Никакая фраза «мама не хотела антибиотики, поэтому я назначила мазь» меня не спасла бы.
Расписала им два нормальных лечебных крема, рассказала про обработку кожи, про обязательный вечерний или утренний душ. Фактически проговорили по часам, когда и что делать… объяснила про возможное ухудшение состояния, и куда в этом случае бежать.
Эти 10 дней я каждый день вспоминала парня, ругала себя, что так и не уговорила их начать пить антибиотики. Успокаивало то, что, если они не пришли, то, возможно, у них все хорошо. Но вчера я все-таки увидела их запись в плане приема на вечер.
Они зашли довольные. Мальчик показательно плюхнулся на стул, а потом и похвастался, что они все делали, как я сказала и это место стало заживать. А пришли они «просто показаться», и заодно он хочет уточнить, сколько ему еще мыться надо… вердикт «пожизненно» был вынесен под довольную мамину ухмылку.
P.S. Здесь в конце рассказа было пару слов о вакцинации от ветрянки. Но, честно, я очень устала от треша в комментариях к статьям, где хоть немного затронута тема прививок. Поэтому поговорим об этом как-нибудь в другой раз.