Начало рассказа здесь:
Галина тяжело вздохнула, поправила волосы на голове, а затем встала из-за стола и подошла к стеклянному шкафу. На верхней полке находилась шкатулка. Взяв её, она снова вернулась к столу и произнесла:
– Вы правы, больше свою дочку не увидите. Она скорее всего умерла.
– Не может этого быть! Откуда ты знаешь? – с ужасом в голосе спросил Фёдор Петрович.
– Вот посмотрите, – Галина достала из шкатулки фотографию и передала её. – Это моя мама. Так мне в детском доме сказали. Я была подкинута туда, а воспитатели обнаружили меня в старой меховой куртке, а в кармане нашли это фото и решили, что она моя мама. Только куда она подевалась, они не знали.
Фёдор Петрович был в шоке и с раскрытым ртом слушал Галину. У него в голове не укладывалось, как такое могло произойти, ведь он думал, что дочь жива, хоть и пропала, просто не давала себе знать. Не желая возвращаться домой, а тут ещё и внучка, о которой старик и не подозревал. Неужели Людмила родила и бросила ребёнка? Это первое, что пришло на ум после того, как он вышел из оцепенения.
– Подумать только, передо мной внучка, – вслух произнес Фёдор Петрович.
– У меня только эта фотография и осталась, – продолжила Галина, – И тут уж вам решать: родственники мы или нет.
– Ты знаешь, а у тебя что-то есть от Людмилы, – покачав головой, произнес мужчина. – Правда, наверное, от отца-то побольше. Я того байкера плохо помню, всё как-то быстро произошло, что даже в голове не отложилось.
Чтобы Галина ничего не додумывала, Фёдор Петрович вкратце рассказал ей некоторые моменты из прошлого, но о взбалмошности Ольги не стал делать акцент. Уж больно тяжело было на душе при мысли о том, что она с ним сделала, и лишний раз вспоминать негатив ему не очень-то и хотелось.
Пожав плечами, девушка добавила:
– Может, и вправду у матери так сложились обстоятельства, что она просто вынуждена была меня оставить.
– Кто знает? – задумчиво ответил Фёдор Петрович. – Я ведь не в курсе, как сложилась её судьба с этим байкером. Люда начисто отказалась от каких-либо контактов.
Также он подозревал и то, что к этому могла приложить руку и приемная дочь Ольга. Незадолго до побега сестры из дома, она устроила провокацию. Стащила крупную сумму денег у родителей и подстроила всё так, чтобы в краже обвинили Людмилу. Естественно, что отец и мать были шокированы, поэтому и устроили младшей дочери трепку. Она, конечно же, обиделась, но виду не подала и только через некоторое время выплеснула свою злобу, решив навсегда покинуть семейное гнездо. В то же время все эти события произошли так давно, что сейчас просто нереально было искать концы.
Фёдор Петрович резко выдохнул и, положив Галине руку на плечо, тихонько произнес:
– Значит, будешь моей внучкой. А фотографию матери береги и не выбрасывай. Мы ведь не знаем, что толкнуло её на этот поступок.
Задержавшись в доме девушки, Фёдор Петрович окончательно забыл о том, что у него был бизнес. Казалось, что это больше его не интересовало. Шли дни, а он даже не пытался связаться с Ольгой или управляющим, и Галина не делала шагов в этом направлении и не предлагала вернуться домой. Её устраивало то, что рядом был близкий человек. Такой роскоши у неё никогда в жизни не было. Она приняла родство Фёдора Петровича и даже стала называть его дедом.
С тех пор прошло две недели. Мужчина привык к поселковой жизни и подружился со многими соседями, а они рады были общению с новым человеком, тем более таким образованным. Фёдор Петрович привлекал их мудрыми речами и искромётными советами, но серьёзным подарком для него стало знакомство с той самой знахаркой.
Нина Сергеевна обратила внимание на бодрого не по годам старичка и решила поближе его узнать. Так между ними завязались отношения, вернее, посиделки за чашечкой чая. Нина Сергеевна сама приходила к Галине, чтобы увидеться с Фёдором Петровичем, либо же приглашала его к себе домой. Она будто почувствовала родственную душу. Мужчина очаровал её своим душевным благородством. Знахарка прямо сияла от радости. Она была практически его ровесницей, и общение заставляло обоих вновь окунаться в молодость.
Как-то они сидели за ужином, и Нина Сергеевна спросила у Фёдора:
– А чё ж ты с Ольгой не помиришься?
– Так я с ней вроде не ругался, – пожав плечами, ответил он.
– Ну почему тогда не съездишь и не поговоришь? – продолжила допрос знахарка.
– Да нет пока необходимости, – спокойно произнес Фёдор Петрович. – Бизнес без меня выживет, там всё работает как часики, а что касается наших с ней взаимоотношений, то пусть одумается, прежде чем исправлять ситуацию.
Нина Сергеевна поняла, что ему неприятно говорить на эту тему, и переключила его внимание на другую проблему. Знахарка предложила Фёдору Петровичу заняться своим здоровьем. Тем более, что у неё для этого было всё необходимое, и в первую очередь – дары природы, которые могли мертвого на ноги поднять. Мужчина согласился, так как у него не было другого выхода. В своё время он ведь отказался от традиционной медицины, и возвращаться к ней всё ещё не собирался.
Постепенно Нина Сергеевна приучила его к травам и отварам на их основе. Фёдор Петрович безбоязненно пробовал снадобье. Он верил женщине, потому что она искренне ему помогала. Вместе они ходили в лес и там собирали лечебные растения. Заодно и дышали свежим воздухом, который был так полезен в их возрасте.
Казалось, что между ними сложилась полная идиллия. Галина даже удивлялась, как этим двум пожилым людям удалось так быстро сойтись. Фёдор Петрович, получая натуральное питание, лечебные отвары, через некоторое время почувствовал себя заметно лучше. У него пропала вялое состояние и апатия, на их место пришли кипучая энергия и желание жить ещё дольше. Можно сказать, что Нина Сергеевна вернула ему уверенность в собственных силах.
Мужчина стал задумываться о будущем. Болезнь постепенно отступила, и это стало настоящим чудом для врачей. Когда он приехал к ним на приём, они не нашли признаков недуга. Он как будто исчез.
Однако Фёдор Петрович так и не решился на встречу с Ольгой. Он упорно отодвигал этот момент на более поздний срок, а возможно, что и просто не хотел с ней видеться. Никто не мог знать, что у него творилось в голове по этому поводу. Мужчина всячески уводил разговор в другое русло, если его снова пытались спрашивать о приёмной дочери. Такое впечатление, будто она и вовсе перестала для него существовать.
Он нашёл ту свободу, о которой так мечтала его пропавшая родная дочь. Вот о ней Фёдор Петрович больше всего думал, хоть и не знал, что с ней, где она. А то, что Галина сообщила о смерти, ещё больше наводило на мысли о том, что было истиной. Мужчина не переставал надеяться, что они когда-нибудь вновь увидятся, и ждал этого момента, наверное, больше, чем смерти. Да и её Фёдор Петрович уже не боялся. Не было у него переживаний по поводу того, что возможно скоро придётся Богу душу отдать.
Время летело незаметно, и в посёлке всё шло своим чередом. Галина так и носила почту, радуя жителей приятными известиями или поздравительными открытками. А совсем недавно ей доверили раздавать пенсию. После этого появилось ещё больше обязанностей, а вместе с ними и доброжелателей. Пенсионеры не столько денег ждали, а сколько возможностей узнать последние новости и просто душевно поговорить.
Это же в полной мере касалось и Фёдора Петровича, и Нины Сергеевны. К ним Галина заходила как минимум два раза в неделю. Дедушка окончательно поселился в доме знахарки, но при этом не препятствовал тому, чтобы она продолжала лечить других людей. Поток желающих не иссякал ни в будние дни, ни в выходные. Можно сказать, что Нина Сергеевна жила без отрыва от производства, и ей это нравилось, потому что результаты были налицо: люди выздоравливали, а те, кто совсем отчаялся, обретали уверенность, иначе смотрели на жизнь.
Однако через некоторое время произошли события, которые слегка всколыхнули посёлок.
Наконец-то вспомнив об отце, Ольга решила проверить, как он и что с ним.
Грешным делом даже подумала, что его уже нет в живых, но сильно удивилась, когда обнаружила отца в добром здравии. Мало того, в компании такой же жизнерадостной женщины. Ольга негодовала, что её план не сработал, и фирмы ей теперь не видать, как собственных ушей. Отец ведь не позволит переписать её на себя.
Скрывать было нечего: нерадивая дочка желала смерти отца и надеялась получить от него наследство. Естественно, разразился скандал, и в первую очередь на неё ополчились Галина с Ниной Сергеевной. Фёдор Петрович надменно молчал и не вступал в перепалку. Он со стороны наблюдал, как его приёмную дочь отчитывали за все грехи. И вот, когда гневный порыв у женщин иссяк, потому что Ольга тоже им отвечала, он и не выдержал:
– Зря ты так злорадствуешь, дочка. Я ведь внучку нашёл. Какое счастье-то, ты даже не представляешь!
– Какую ещё внучку? – недовольно, с удивлённым видом спросила Ольга.
– Да вот же она, прямо перед тобой, – показав на Галину, ответил Фёдор Петрович.
– Не может быть! Так ты мне племянница, что ли? – ехидно улыбнувшись, Ольга обратилась к Галине.
– Выходит, да, но я об этом ничего не знала, – тихонько ответила та.
– Так что, значит, наша семья пополнилась, – пожав плечами, подытожил Ольга.
В то же время она, внутри, не злилась, понимая, что теперь всё внимание отца будет приковано к этой внучке, и естественно, в её голове возникла мысль: "А не собирается ли он оставить ей наследство?" Ольга даже вздрогнула, когда эти предположения её посетили, и чтобы не гадать на кофейной гуще, она решилась проверить родство через ДНК-тест. Незаметно для Галины она взяла её волосы, а также у отца и отправила в лабораторию.
После того как все успокоились, Ольга признала свою вину и попросила у отца прощения, но это было всего лишь прикрытием, потому что она не собиралась делиться с деньгами с какой-то там племянницей. Но в целях безопасности, и чтобы никто и ничего не заподозрил, на время стала любящей дочерью и одновременно благородной тётей для Гали.
Её волновали результаты экспертизы, и пока шла проверка, Ольга была шелковой, уговоривала отца вернуться обратно домой. У неё не получилось. Зато она смогла убедить его в том, что с бизнесом всё в порядке, даже предъявила документы отчётности. Фёдор Петрович ознакомился с ними и понял: дочь говорила правду. Во всяком случае, на тот момент у него не возникло сомнений. И всё благодаря тому, что сменил эмоциональный климат и больше не нервничал.
Вместе с тем, Ольга периодически приезжала в поселок, чтобы проведать отца и заодно привезти ему всё необходимое. Фёдор Петрович в откровенной беседе признался Гале, что не собирается съезжать из посёлка. Ему понравились эти места, и мужчина решил здесь доживать свою старость. Тем более, что нашёл любимого человека в лице Нины Сергеевны. Знахарка это подтвердила и даже рассказала Галине, что в ней будто молодость проснулась.
– Ты не поверишь, Галя, как я себя чувствую рядом с Фёдором! – щебетала Нина Сергеевна, – Он прямо душу вытаскивает и по полочкам раскладывает. Столько лет я жила одна, думала, что уже никто меня не заинтересует. Но тут сам Господь послал мне твоего деда.
– Я тоже рада, что вы встретили друг друга, – порадовалась за неё Галина. Это ведь такое счастье быть любимым и знать, что и тебя кто-то любит.
Последние слова прозвучали с нескрываемой грустью, и Нина Сергеевна решила приободрить молодую соседку.
– Не переживай, и в твоей жизни когда-нибудь появится любимый.
– Надеюсь, что так и будет, – ответила Галина, пожав плечами неуверенно.
– Все будет хорошо, я точно знаю, – заверила её Нина Сергеевна.
И они вдвоем попили чай с булочками.
После того как в её жизни появился дедушка, Галя стала чаще готовить сытные обеды. Из-под её рук получались порой такие шедевры, что просто за уши невозможно было оттащить гостей.
Фёдор Петрович вместе с Ниной Сергеевной вечерами наведывались к Галине. Им нравилось общество внучки. Все приятно проводили время, позабыв о невзгодах.
Тем временем близился срок получения результатов экспертизы ДНК. Ольга, чувствуя некую неуверенность в родстве своего отца с этой девушкой, зачастила в поселок.
На нее уже не злились, правда, по мнению Нины Сергеевны, горбатого только могила могла исправить, но в глаза Ольге об этом никто не говорил. Не хотели портить едва нормализовавшиеся отношения. Во всяком случае, у Федора Петровича не было таких намерений.
Через несколько дней Ольга получила результаты и была приятно удивлена, что Галина никакая не родственница её отцу. Исчезло само понятие племянница, а вместе с ним и не состоявшаяся внучка, и естественно, что этой новостью она поспешила поделиться с отцом. Тот, конечно, был в полнейшем недоумении.
– Но как же? Я же был уверен! – произнес Федор Петрович, схватившись за голову. – Кстати, а зачем ты вообще делала эту экспертизу?
– Ну как, нельзя же было верить первым попавшимся людям, – ответила Галя.
– Я не первая попавшаяся. У меня лишь сохранилась фотография дочери Федора Петровича.
– Давайте не будем мудрить и попытаемся всё выяснить, – вмешалась в разговор Нина Сергеевна.
– И что ты предлагаешь? – нежно спросил у неё Федор Петрович.
– Я как-то лечила одного мужчину от подагры, – ответила знахарка, подмигнув Фёдору, и он рассказал мне, что работает частным детективом. Вот к нему и нужно обратиться, чтобы он собрал необходимую информацию про Галю.
– Точно! – радостно воскликнул Федор Петрович, подняв указательный палец вверх.
– Я с ним созвонюсь и договорюсь о встрече.
– А мне что делать? – недовольно спросила Ольга.
– Живи так же, как и до этого жила, – ответил отец.
– Интересно, что же тогда с Галей будет? – не унималась дочка.
– Да ничего не будет, – осадил ее отец. – Детектив лишь выяснит, как фотография попала к Гале, но я всё равно не изменю к ней своего отношения, что бы ты там ни говорила и ни показывала. Пойми, Оля, время упущено, когда ты могла всё вернуть назад.
– Хорошо, я поняла, – огрызнулась Ольга. – Всего доброго. Надеюсь, что больше мне не придется что-либо объяснять.
Было видно, что Ольга обиделась, но этому никто не придал значения, и в первую очередь потому, что отсутствовала Люда, дочка Федора Петровича. Не до конца перед ними реабилитировалась Оля, и еще оставались признаки обиды и подозрений: не верил отец, чтобы она так быстро изменилась. Наверняка она что-то готовила, поэтому он и дал ей понять, что не стоит раскачивать лодку, в которой они чувствовали себя вполне комфортно.