Еда – не только важный ресурс для жизни, но и источник нашего удовольствия. Но иногда действия, связанные с приемом пищи, приобретают нездоровую направленность. Врачи предупреждают о крайней опасности расстройств пищевого поведения и озадачены их романтизацией.
Текст: Екатерина Гаськова. Фото: freepik и предоставлено героиней публикации
Об анорексии или булимии наверняка слышал каждый: истории о людях, которые доводят себя до крайнего истощения, либо, напротив, поглощают экстремальные порции еды периодически звучат в масс-медиа. Чаще всего расстройства пищевого поведения (РПП) диагностируются в развитых странах. В Алтайском крае РПП не входят в топ самых распространенных психических заболеваний, однако врачи обеспокоены их стремительной «эволюцией». О том, как мозг и желудок управляют человеком, кто находится в группе риска и как помочь близкому, вступившему в «токсичные» отношения с едой, «Автограф» побеседовал с заведующей отделением психиатрической помощи при расстройствах психотического спектра в условиях дневного стационара, врачом-психиатром Алтайской краевой клинической психиатрической больницы им. Ю. К. Эрдмана Евгенией Аносовой.
- Евгения Владимировна, о каких расстройствах пищевого поведения необходимо знать?
- Согласно Международной классификации болезней, есть два основных типа расстройств пищевого поведения: анорексия и булимия. Но мы видим, что РПП «эволюционируют». В зарубежных классификациях выделяют, например, вомитинг - это вызываемая рвота, биджитинг - это неконтролируемое пищевое поведение, отличающееся от классической булимии. Появились парарексии - когда пищу пережевывают, но не сглатывают.
- Почему вообще человек вступает в нездоровые отношения с таким базовым ресурсом, как еда? В каком случае причины расстройств лежат в плоскости физиологии, в каком - в голове?
- Это многофакторные заболевания. Даже если у человека присутствует какая-то генетическая уязвимость - это не говорит о том, что он заболеет. Есть знаменитая фраза: «генетика заряжает пистолет, а среда выстреливает».
Если родители имели какие-то проблемы с пищевым поведением - вероятность возрастает, это генетика. Считается, что это связано чувствительностью серотониновых рецепторов в головном мозге. И, конечно, дети перенимают сами модели поведения из семьи.
К появлению расстройств могут привести и разные стили воспитания. Один из них - очень формальный контакт с ребенком, когда родители заняты больше обеспечением каких-то материальных благ, и нет эмоциональной связи. И есть другой подход - с чрезмерными ожиданиями, когда ребенок находится в постоянном стрессе и желании соответствовать. Чаще всего расстройства пищевого поведения - это как раз способ регулировки эмоционального состояния. Еда ведь связана с удовольствием. Что проще - поработать над собой, чтобы справиться с проблемами, или съесть шоколадку?
В группе риска также дети, у которых родители имеют повышенную массу тела, и они не хотят быть похожими на них. Есть профессиональные занятия - спорт, модельный бизнес - в этой среде чаще возникают такие расстройства. И почти во всех случаях имеет место необъективное восприятие собственного тела.
- А какие типы личности больше всего восприимчивы к таким заболеваниям?
- Как правило, это очень ответственные и обязательные люди - умницы, отличницы, эдакие перфекционисты. Для них неудачи очень болезненны.
Другой тип - люди со сниженной самооценкой, которые зависят от мнения окружающих. Особенно уязвимы дети - не каждый ребенок может справиться с какими-то нелицеприятными оценками со стороны семьи или сверстников. Еще важен такой фактор, как импульсивность, когда действие производится раньше, чем голова его осознала. А до определенного возраста у нас в принципе не сформированы соответствующие структуры в мозге. Конечно, влияет пониженная стрессоустойчивость. Все это, как правило, характерно для анорексиков.
Люди с другими расстройствами тоже имеют определенную «базу». Но вот смотрите: один неуверенный и продолжает себя не очень уверенно чувствовать. А другой неуверенный, и у него идет сверхкомпенсация. Такие люди, как правило, добиваются больших успехов, а внутри остаются неуверенными. И с помощью еды пробуют регулировать себя - это больше про булимию, биджитинг, вомитинг.
- Насколько объективно суждение о том, что мы сейчас переживаем «эпидемию» РПП? Сколько таких пациентов в нашем регионе?
Есть статистические исследования, которые показывают: чем более экономически развита страна, тем больше проблем с расстройствами пищевого поведения. Например, Индия не так давно была не слишком обеспеченной, буквально 20-30 лет назад коллеги не видели этих заболеваний. Сейчас они появились.
Об эпидемии рассуждать сложно. Но то, что сейчас стали чаще обращаться родители подростков - тут я с вами соглашусь. Чаще всего такие расстройства возникают у молодежи в возрасте от 12 до 25 лет.
Вомитинг набирает сейчас обороты. Но большинство наших пациентов - это, конечно, люди с анорексией, и, если их госпитализировали в стационар - значит, они уже достигли крайне кризисного состояния. 15 % случаев, к сожалению, заканчиваются летально.
У болезни, как правило, «женское» лицо - девушек с этим заболеванием в 10 раз больше, чем молодых людей. С диагнозом «булимия» тоже девушки преобладают, но всего в полтора-два раза.
За год в отделении проходят лечение 8-10 человек. Но многие обходят психиатров стороной - пытаются лечиться у эндокринологов, у терапевтов, у диетологов. Бывает, что пациентки попадают в реанимацию, а потом уже коллеги направляют их к нам.
И, видите ли, мы начинаем работать с 15 лет. А сейчас уже даже в 9-10 лет бывают проблемы, болезнь «молодеет», про это четко говорят специалисты и в России, и за рубежом.
Часто расстройства пищевого поведения сочетаются с другими психическими патологиями: с депрессией, с обсессивно-компульсивным расстройством, с различными расстройствами личности.
- Где находится граница нормы и патологии? Как понять, что у меня психическое расстройство, а не просто кратковременные погрешности в питании?
- Один из главных критериев для определения анорексии - это дефицит массы тела. Если дефицит составляет минус 15 процентов от минимально допустимого, и это не связано, скажем, с эндокринологическими или онкологическими заболеваниями, если вы прилагаете усилия, чтобы не набрать ни килограмма - это она.
Булимия, как правило, не сопровождается повышением массы тела. Но пациенты сами страдают по поводу того, что они утрачивают контроль над приемом пищи, занимаются самобичеванием. Если качество жизни начинает страдать - это тоже сигнал, что пора к специалисту.
При анорексии всегда будет наблюдаться падение массы тела. А если появляются пищевые срывы, изматывающие физические нагрузки, когда девушки начинают себя «наказывать» - 300 раз качать пресс за одну съеденную конфетку - то мы с другим имеем дело. Это может быть компульсивное переедание, булимия, биджитинг - дифференцировать должен специалист.
- По каким физическим маркерам можно сделать вывод, что близкий болен?
При анорексии, очевидно, это худоба, которую стараются маскировать одеждой. Все будет очень большого размера и надеваться слоями.
Если это анорексия с «очищающими» процедурами - могут быть заеды в углах рта. При обследованиях глубоких будет виден воспаленный пищевод - от того, что в него постоянно забрасывается кислота.
При определенном дефиците массы тела прекращаются менструации. А если это девочка - вообще может не сформироваться менструальный цикл и не будут развиваться вторичные половые признаки.
- Как помочь близкому человеку? Ведь, чтобы начать лечение, нужно, чтобы он сам этого захотел.
- Зависит от возраста. Если нет 18 лет, если снижение веса угрожает здоровью, начинаются обмороки - здесь обязательно ставится вопрос о принудительной госпитализации. Да, к сожалению, в психиатрический стационар.
Если все-таки согласие получено, и масса тела упала не настолько критически - то тогда как минимум нужно начать с психотерапии, психокоррекции. И до 18 лет еще обязательно семейное консультирование. Без этого разговаривать с подростком просто бессмысленно.
Если мы говорим о взрослых с анорексией, когда человек становится опасным для себя - тогда и его не будут спрашивать, тут уже вступает наш закон «о психиатрической помощи». В остальном - чаще всего взрослые уже имеют «стаж». Как правило, такие люди сами устают от болезни и у них появляется осознанное желание что-то с этим сделать. Нужно попробовать довести человека до диспансера.
Не хочется давать универсальные советы. Но если близкий страдает, я иногда предлагаю родственникам самим обратиться к специалисту, чтобы через них воздействовать на больного.
- Как лечат эти расстройства?
Если они не сочетаются с другими заболеваниями - однозначно начинаем с психотерапии. Это семейное консультирование, когнитивно-поведенческая терапия, краткосрочная стратегическая терапия. И, конечно, подключаем медикаментозное лечение.
- На что нужно ориентироваться, контролируя свой вес? И как, считая калории, не довести себя до невроза?
Индекс массы тела - самый базовый параметр. Но при подсчете нужно делать поправку на пол, возраст, уровень физической активности. Ну, и важны навыки рационального сбалансированного питания.
Любой фанатизм вреден. Тот же пищевой дневник - полезный инструмент, если он применяется по поводу. Если мы всех заставим вести пищевые дневники, я думаю, у многих обострится самоедство.
Если я исследовал свое пищевое поведение, понял, что моя суточная калорийность 3000 килокалорий, из них 50 процентов - это простые углеводы, я пересмотрел свой рацион и начал мягко приводить его в норму, и меня это вдохновляет - значит, это полезно. Если вы ведете дневник, а ваше состояние только ухудшается - значит, этот инструмент вам не подходит.
И главное в профилактике РПП - уметь справляться со своими эмоциями, научиться находить выходы из сложных ситуаций. Если с этим есть проблемы - лучше обратиться к специалисту.