Елена и Александр всегда очень хотели иметь детей. Но почему-то с этим у них не заладилось.
Сначала они не переживали, но через два года решили обратиться к врачам. Первое обследование никаких проблем не выявило. Потом было еще несколько – и в государственных, и в частных клиниках – результат был таким же.
Елена даже уговорила мужа съездить с ней в монастырь, к иконе, у которой женщины вымаливали детей. Но и это не помогло.
Им предлагали усыновить малыша, но на этот серьезный шаг Елена и Александр так и не решились.
В конце концов супруги смирились со своей бездетностью, перестали бороться и стали просто жить.
Когда Елена почувствовала какое-то недомогание, она сначала не обратила на это внимания – может, съела что-нибудь несвежее, ничего, пройдет.
Однако ни через день, ни через два ощущение дискомфорта не исчезло. Елена записалась на прием к терапевту в частную клинику, которая находилась недалеко от дома.
Врач, выслушав жалобы пациентки, дал направление на анализы и посоветовал посетить еще нескольких специалистов.
Уже на следующий день Елена узнала, что беременна – семь – восемь недель.
Женщине было в это время тридцать семь лет, а ее мужу – сорок два.
– Леночка, завтра же ты напишешь заявление на увольнение. Это не обсуждается, – заявил Александр.
– Но тогда я практически не получу декретных, – возразила Елена.
– К чepту декретные! Главное сейчас – это наш ребенок. Ты должна высыпаться, а не ездить каждое утро на работу в переполненном транспорте. А вдруг тебя кто-нибудь толкнет? Отдыхать, хорошо питаться, много гулять. И обязательно регулярно посещать врача.
Елене, конечно, была приятна такая забота мужа, но она совсем не собиралась изображать из себя хрустальную вазу, которую берут в руки только для того, чтобы смахнуть с нее пыль.
Александр запретил жене вставать утром, чтобы готовить ему завтрак. Но она просыпалась, ждала, когда за ним закроется дверь и тут же вставала.
Женщине всегда есть чем заняться дома. Елена протирала пыль, иногда включала пылесос – хотя муж всегда ругал ее за это – потом занималась обедом или ужином, гладила белье, в хорошую погоду обязательно ходила гулять.
Беременность проходила достаточно легко, все анализы и результаты УЗИ никаких проблем не выявляли. На двадцатой неделе стало известно, что у них будет девочка.
Имя для нее Елена уже выбрала – Ниночка, в честь своей любимой бабушки. Александр не возражал. «Ниночка»! – чем чаще он повторял это имя, тем больше оно ему нравилось.
Ниночка родилась в срок и по всем показателям была абсолютно здорова.
– Ты бы видел, какая она красивая! – это было первым, что Елена сказала мужу после родов. – У нее кудряшки золотистые!
Ниночка действительно была очень симпатичным ребенком, особенно это стало заметно к году: голубоглазая кудрявая девочка вызывала улыбку у каждого, кто смотрел на нее.
Елена и Александр растили дочку по науке: когда начинать прикорм, сколько гулять, какую музыку включать и какие картинки показывать – все делалось для правильного развития девочки.
Когда Ниночке исполнилось три года, родители решили, что отдавать ее в детский сад еще рано.
– В группе двадцать пять – тридцать детишек, разве воспитатель может за всеми усмотреть? – сказала Елена приятельнице. – Да еще некоторые родители так и норовят в сад больных детей привести. Нет, я лучше с ней дома посижу.
Елена нашла в интернете образовательную программу одного из детских садов, скачала ее и стала сама заниматься с дочкой рисованием, лепкой, аппликацией. Она включала детские песенки и разучивала с Ниночкой стишки и потешки.
Когда в пять лет девочка все же пошла в сад, выяснилось, что она умеет все, что должен уметь ребенок ее возраста. Кроме одного: Нина не могла сама ни одеться, ни раздеться, она не умела правильно застегнуть пуговицы, зашнуровать ботинки и даже аккуратно повесить свои вещи на стульчик перед сном и в шкафчик после прогулки.
Все это Елена делала за дочку сама. Ниночка даже игрушки за собой не убирала.
– Ничего, научится еще! – отвечала Елена на замечания воспитателей. – А пока я и сама могу все сделать.
В школе ситуация была такой же:
– Помогите, пожалуйста, Ниночке на физкультуру переодеться, – просила она учительницу, когда дочка пошла в первый класс.
Однако училась девочка хорошо: крючочки и палочки в ее тетрадках выстраивались ровными рядами, стихотворения заучивались без ошибок, прочитав текст один раз, Ниночка могла сразу пересказать его.
Но от любой домашней работы девочку оберегали:
– Ее дело – хорошо учиться, – отвечала Елена приятельнице, которая удивлялась тому, что десятилетняя Нина не умеет мыть посуду.
– Лена, ты же дочке только хуже делаешь – как она жить-то будет неумехой такой? Ей ведь надо будет замуж выходить, детей растить. Вы же с Сашей не будете все время у нее на подхвате, – говорила подруга.
Но Елена на эти слова внимания не обращала.
Когда Ниночке исполнилось двенадцать лет, Александр заболел – инфаркт, затем инвалидность. Работать он больше не мог, а пенсии на жизнь семье не хватало. Пришлось Елене выходить на работу.
Когда-то она была опытным бухгалтером, но после такого перерыва ее на работу никто бы не взял.
Помогли друзья Александра: с их помощью Елене удалось пройти курсы от центра занятости и устроиться в небольшую фирму. Зарплата была невелика, но и эти деньги помогли семье выжить.
Елена теперь, прибегая с работы, начинала заниматься домашними делами. Александр в меру своих сил и возможностей помогал жене. Единственным человеком, для которого ничего не изменилось, была Ниночка.
– Для тебя главное – учеба, – твердили ей родители.
В тот год, когда Нина училась в десятом классе, Александра не стало. Теперь Елена уже зарабатывала больше, Нина стала получать пенсию по потере кормильца. Но было понятно, что платить за обучение Нины в университете они не смогут.
И Елена снова и снова повторяла:
– Учись дочка.
Всю домашнюю работу она так и тащила сама, кроме того, в дополнение к основной работе взялась вести бухгалтерию двух небольших фирм и частенько засиживалась у компьютера до полуночи.
Ниночка выучилась: окончила школу с золотой медалью, поступила на бюджет по специальности «Документоведение и делопроизводство», получила красный диплом.
После университета устроилась на работу. Но проработала только три месяца: как-то прибежала домой посреди рабочего дня вся в слезах.
Оказалось, она что-то напутала в документах, и начальник сделал ей выговор. Девушка расплакалась и убежала.
– Ничего, Ниночка, на этой конторе свет клином не сошелся. Отдохни, успокойся, а потом мы тебе другую работу найдем.
Но и в других местах Нина долго продержаться не могла – полгода секретарем у директора швейной фабрики, куда ее по знакомству устроила мама, – это был самый долгий срок.
И вот Ниночке уже тридцать лет, и она снова сидит без работы – фирма, где она работала диспетчером, закрылась.
– Ничего, дочка, – успокаивала ее Елена, когда Нина пришла домой с этим известием. – Ничего, мы что-нибудь придумаем. Сейчас я тебе вареничков сварю, ты покушаешь и отдохнешь.
Сказав эти слова, Елена хотела было встать с кресла, но не смогла.
Скорая приехала быстро. Елену забрали в больницу, Нина поехала с матерью.
Домой она вернулась одна – мать спасти не успели.
На пoxopоны из небольшого уральского городка прилетели две младшие сестры Елены. Они все и организовали. Потом обняли Ниночку, велели звонить, если что понадобится, и уехали.
Утром Нина проснулась совершенно одна. В пустой квартире не пахло кофе и блинчиками, на кухне в раковине было полно грязной посуды.
Работы у Нины не было. Деньги были – немного, правда, но на месяц точно хватит. А дальше что?
А дальше было вот что.
Дней через десять в квартиру Нины позвонили. Она открыла – на пороге стояла женщина, которую девушка часто видела во дворе.
– Ну, что? Сидишь? На работу так и не устроилась? – спросила Анна Федоровна – так звали женщину.
Она прошла на кухню, открыла холодильник, заглянула в стоящие на плите кастрюли.
– Все понятно: макароны, сосиски, пельмени – прямо набор холостяка. Долго без работы протянешь? Завтра в полдевятого зайду за тобой, будь готова, – устрою тебя секретарем к нашему директору.
Анна Федоровна, которая жила в соседнем подъезде, пришла не просто так и не потому, что пожалела Ниночку. Все было гораздо проще: ей очень понравилась большая трехкомнатная квартира девушки.
– Ведь останется без денег, еще, чего доброго, продаст, чтобы было на что жить, – подумала женщина. – А ведь такую жилплощадь неплохо бы к рукам прибрать. Да и Григория пристроить.
Григорий был непутевым сыном Анны Федоровны – тридцать пять лет, а до сих пор ни семьи, ни работы нормальной – сидит у матери на шее и слезать не собирается.
Вот Анна Федоровна и подумала, что тут одним разом можно несколько проблем решить.
Она работала завхозом в школе, которая находилась рядом с домом, где они жили. И так удачно сложилось, что директору нужен был секретарь – прежняя девушка вышла замуж и уехала из города. Вот она и решила Нину туда пристроить и взять ее под свое крыло.
И, надо сказать, женщине удалось полностью реализовать свой план: за Ниной она присматривала, чтобы та вдруг не уволилась, домой к ней постоянно приходила, тыкала ее носом в грязный пол, в немытую посуду, заставляла окна мыть и белье гладить.
Иногда к себе приглашала. С Григорием познакомила. Тот за Ниной стал ухаживать, а через год после того, как девушка осталась одна, они поженились.
Более того, Анна Федоровна сумела так хитро обойти невестку, что Нина мужа не только зарегистрировала в своей квартире, но и подарила ему половину жилплощади.
Видели бы сейчас родители свою Ниночку!
Вот идет она к дому – в руках у нее две тяжелые сумки. А в квартире муж лежит на диване – ждет, когда жена придет, ужин приготовит. Да еще покрикивает:
– Нинка! Где ходишь? Поворачивайся побыстрее! Я скоро уже с голоду cдoxну!
А вечером свекровь явилась:
– Господи! До чего же безрукая и бестолковая моему Гришке жена досталась! Нинка! Не забудь завтра капусту купить – солить будем.
Так и живет теперь Ниночка. И что с того, что у нее красный диплом? Все время отличницей была, как родители хотели. Только тому ли Ниночка училась?
Автор – Татьяна В.