Найти в Дзене
Счастливый амулет

Чужая кровь. Глава 52

"- Да ты! – Семён не выдержал, схватил Тараса за ворот фуфайки и поднял со скамейки, - Ты! Лепёшка ты коровья, а не мужик! Правильно про тебя люди говорят! А жена твоя тянула тебя, дурака, да только всё ты испоганил, и ладно бы в своей только жизни! Ты по себе то людей не равняй!" С того самого дня, когда болезнь отпустила Семёна из жарких своих объятий, жизнь Дианы совершенно переменилось. Она сама стала будто другая внутри, словно отпустило что-то, какой-то камень упал с плеч и стало легче идти. Покой пришёл в душу, хотя она и понимала – предстоят ещё разбирательства в случившемся. Но это… пусть, это жизнь. Вместе с первым снежным покровом, укрывшим лёгкой пока ещё пеленой землю и лес, пришла в эту семью какая-то новая благодать. Диана вышла на работу, снова вернувшись к своему любимому делу и стараясь наверстать упущенное за время своего короткого отсутствия. Семён пока ещё находился дома на больничном, в местном лесничестве ожидали известий о Косте – его отправили в областной центр
Оглавление

"- Да ты! – Семён не выдержал, схватил Тараса за ворот фуфайки и поднял со скамейки, - Ты! Лепёшка ты коровья, а не мужик! Правильно про тебя люди говорят! А жена твоя тянула тебя, дурака, да только всё ты испоганил, и ладно бы в своей только жизни! Ты по себе то людей не равняй!"

Художник Млада Константиновна Финогенова
Художник Млада Константиновна Финогенова

*НАЧАЛО.

Глава 52.

С того самого дня, когда болезнь отпустила Семёна из жарких своих объятий, жизнь Дианы совершенно переменилось. Она сама стала будто другая внутри, словно отпустило что-то, какой-то камень упал с плеч и стало легче идти. Покой пришёл в душу, хотя она и понимала – предстоят ещё разбирательства в случившемся. Но это… пусть, это жизнь.

Вместе с первым снежным покровом, укрывшим лёгкой пока ещё пеленой землю и лес, пришла в эту семью какая-то новая благодать. Диана вышла на работу, снова вернувшись к своему любимому делу и стараясь наверстать упущенное за время своего короткого отсутствия.

Семён пока ещё находился дома на больничном, в местном лесничестве ожидали известий о Косте – его отправили в областной центр, рана оказалась серьёзной, да ещё и переохлаждение давало себя знать. Хоть врачи и давали положительные прогнозы, но все понимали, что к работе лесничего он сможет приступить нескоро. Если вообще захочет возвращаться сюда.

Касьянов встретил прибывших для разбирательства специалистов, и всё село гудело – какие только версии и предположения не высказывались по поводу случившегося, даже мистическую приплели. Якобы хозяин леса не желает видеть в своих владениях людей, и вот такой суровый знак подал всем!

На Чернушинский кордон по старой просеке несколько раз ездили и приезжие, и местные лесники во главе с Лихачёвым, но пока никто не знал, что же на самом деле там произошло. Семён рассказывал домашним то, что сам слышал от Лихачёва:

- Иваныч сказал, лесника нового будем ждать, уже в район отправил запрос, потому что под зиму, а у нас некомплект. Я как с больничного выйду, на обход дальний не пойдёшь зимой, его Геннадию Пестрикову передадут, а мне первый, второй и шестой.

- А что, уже выяснили, от чего подломился мостик? – Диана прикрыла дверь в кухню, где они с мужем разговаривали, чтобы игравшая в комнате Дашутка их не слышала, - Я всё же уверена, что это Тараса рук дело! Никому больше это не нужно, в чём резон? И он так «удачно» собрался тогда, в город якобы уехал! Вере Петровне можно сказать отметился – «к женщине поехал»! К какой женщине? Он так сказал соседке, а сам отправился на заимку!

- Диана, ну что ты, - усмехнулся Семён, - Что же он, злодей какой? Зачем ему это нужно? Какая выгода? Сидит там у себя в доме, попивает, работой себя не утруждает. Зачем ему такие осложнения в жизни?

- Да потому что покоя ему не даёт чужое счастье, - Диана хоть и сбавила сердитый тон, но всё равно была убеждена в своей правоте, - В том и дело, что ничего у него не получается в жизни, за что ни возьмётся – ничего не ладится. Ни в чём не преуспел, в бригадиры метил, а теперь ещё ниже слетел, чем был. Уже и на трактор не садят, потому что руки трясутся постоянно. Злой он человек, Семён, очень злой! Я вот иногда вспоминаю, как он в последний свой приход к нам на Дашутку глядел – ни толики доброты и нежности в глазах… Ведь даже когда на чужих детей смотришь, душа радуется, а здесь – на свою дочь!

- Ты не думай про это, разберутся без нас, - говорил Семён.

Сам он знал уже, Лихачёв сам ему рассказал, что за Чернушинским кордоном, на отмели, ниже того места, где Семёну удалось вытянуть Костю из воды, в куче нанесённого течением валежника нашли остатки рухнувшего мостика. И даже не будучи специалистом можно было определить, что мосток не сам по себе рухнул, не от старости и ветхости, и не от воздействия какой-то стихии – на жердях были явные следы повреждений – его подрубили, а верёвки, связывающие жерди, подрезали.

Семён не знал, кто это сделал, кому это понадобилось и с какой целью… но не хотелось бы думать, что это был Тарас, и таким образом он хотел отомстить. Хотя, лучше пусть ему, Семёну, пусть на него злится Тарас, чем вымещает свою злобу на Диане и Дашутке! Жаль только, что пострадал Костя, совершенно посторонний и ни в чём не повинный человек.

Кто бы это ни был, разберутся и выяснят, Семён в этом был уверен, но после тех слов Дианы он задумался… Нужно сделать одно дело, пока всё с эти мостком не выяснилось. Потому что если вдруг окажется, что это и в самом деле Тарас «расстарался», неизвестно как потом всё обернётся.

Ничего не сказав жене, Семён собрался как-то и отправился прямиком к дому Тараса Суханова. Калитка была заперта, но из печной трубы вился дымок, значит хозяин был дома.

Семён постучал в калитку, громко окликнув хозяина дома. На оконце шевельнулась занавеска, потом заскрипел засов в сенях и на крыльце показался бледный, исхудавший Тарас, он пристально всматривался, кто же стоит у калитки, а когда разобрался, то хотел было поскорее скрыться обратно.

- Тарас, стой! – крикнул Семён, - Я поговорить с тобой пришёл! Насчёт Дашутки!

- Чего опять надо-то от меня? – проворчал Тарас, в растерянности оглядел двор и пошёл к калитке, - Мало того, что обдираете меня, как липку, с каждой зарплаты сколько удерживают на девчонку, так ещё чего надо стало?

Тарас с опаской глядел на гостя, и явно раздумывал, стоит ли пускать Семёна внутрь. Открывать калитку было боязно, но, с другой стороны, если не пустить, то это подозрительно будет, подумают, что Тарас боится чего-то… Вон, соседка Вера Петровна уже из-под руки глядит, чего тут у него на дворе происходит! Везде надзиратели, куда ни кинь! Недавно эта же Вера Петровна оттаскала его «по матушке» за то, что во дворе устроил бардак, всё травой заросло и к ней в огород через забор сорняки лезут! А как они могут лезть, они что ли живые?!

Вот теперь и этот явился, лесничок! Жизни учить, или что? Тарас хмыкнул, и что им всем от него надо! Жаль, не тот с мостка в реку упал! Тарас отпер калитку, пустил Семёна во двор и сел на скамейку под окном, поёживаясь от холода, он достал из кармана пaпиpoсy. Не приглашать же этого лесника в дом, лучше потерпит, и Тарас запахнул фуфайку.

- Ну? Чего надо-то, говори! Не май месяц тут сидеть, загорать! – проворчал он, выпуская вверх дым.

- Документы подпиши на отказ от девочки. Ты же сам хочешь от алиментов избавиться, вот я тебе и предлагаю.

- А что, Дианка согласная что ли от алиментов отказаться? Или хитрость какую опять затеваете? Сперва откажется, а потом снова-здорова?! Не знаю, что вы там замышляете, но я вам не верю! Подведёте меня опять под монастырь, и так ославили меня на всё село!

Тарас явно осмелел, поняв, что Семён пришёл с просьбой, а не разбираться с ним. Теперь он сидел, закинув ногу на ногу и недовольно попыхивая пaпиpoсой.

- Я Дашу удочерить хочу, тогда алименты никто с тебя не стребует, не переживай! – сказал Семён, с трудом скрывая отвращение к этому человеку, - Могу сам тебя в город свозить, всё спросишь у специалиста, если нам не веришь.

- А что, тебе уже и машинку личную от лесничества выделили? Как герою, спасшему друга своего! Да уж всё село гудит, только и чешут языками, что ты геройски на себе нового-то лесника волок! А что, Семён… может ты сам его в Чернушку-то и управил? А?

- Тебя, я гляжу, давно не учили, как с людьми разговаривать нужно? Научить? – спросил Семён с лёгкой угрозой в голосе, всё же он не ругаться пришёл, но и позволить этому никчёмному человеку строить из себя важную птицу он не позволит.

- Да ладно, чего ты, шуток не понимаешь? Чего нам с тобой делить? Бабу мою ты уже увёл, теперь вот и дочку отнять собрался…

- Вот дела! Ты ж сам говорил, всё село слышало, что не твоя это дочка! Так вот, я тебе и предлагаю. Гляди, Тарас, больше я к тебе не приду и просить по-хорошему не стану. Не хочешь – не надо! Есть и другие пути!

- Пятьдесят рублей.

- Чего? – не понял Семён.

- Пятьдесят рублей дашь, подпишу, чего надо. Не так и дорого, что скажешь? Я много и не попрошу, ты прав – мне без алиментов полегче станет, может и женюсь, да своих детей наделаю! А ты своих расти! Признайся, гуляла ведь Дианка с тобой, когда ещё со мной жила, да? Неспроста у вас всё так быстро закрутилось!

- Да ты! – Семён не выдержал, схватил Тараса за ворот фуфайки и поднял со скамейки, - Ты! Лепёшка ты коровья, а не мужик! Правильно про тебя люди говорят! А жена твоя тянула тебя, дурака, да только всё ты испоганил, и ладно бы в своей только жизни! Ты по себе то людей не равняй! Хотя… как по мне, так и хорошо, что ты такой мpaзью оказался! Если бы не это, не видать бы мне Дианы, не было бы у меня моих девчонок! Пристукнуть бы тебя, как муху навозную! Да руки марать неохота!

- Помогите! – заорал Тарас, - Ты, Сёмка, поплатишься за всё! Вот увидишь…

- Заткни глотку! Пятьдесят рублей я тебе дам, и ещё десятку накину! Завтра с утра заеду за тобой, в город поедем, всё подпишешь! Паспорт приготовь! А если начнёшь ерепениться, так я через суд всё решу, не сомневайся! – Семён отпустил ворот фуфайки, и Тарас мешком плюхнулся обратно на скамью.

- Ладно! Побузили и хватит, - проворчал Тарас примирительно, - Завтра всё сделаем, мне самому не нужно вот это, за нагулянную женой девку платить! У нас в роду пацаны родятся, а не это…

Семён плюнул, развернулся и пошёл со двора. Чувствовал он себя прескверно, словно в грязи извалялся, хотелось тщательно вымыть руки. Ну, хорошо хоть договорились о деле! А деньги… да пусть подавится, сквалыга, один чёрт всё пропьёт! Лишь бы от своих слов завтра не отказался, подлец, с него станется!

Но на следующий день всё было сделано, как надо. Тарас подписал отказ от дочери, Семён заранее всё разузнал, как и что нужно сделать, часть документов была уже подготовлена заранее, так что много времени это не заняло. Получив обещанные шестьдесят рублей, Тарас хотел было что-то сказать Семёну, но тот отвернулся, глядеть на эту пакость в обличие человека, у него не было сил.

- Домой я сам поеду, можешь не подвозить, - хмыкнул Тарас, довольно складывая купюры во внутренний карман пиджака, - У меня ещё дела в городе!

Семён даже не глянул на него, сжимая в руках папку с бумагами, он старался убедить себя, что желать нехорошего даже такому недочеловеку не стоит.

Продолжение здесь.

От Автора:

Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.

Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.