Больше особо крупных экземпляров мы в переходе не встретили. Только по стенам ползали всякие жучки да паучки, да мелочевка всякая.
— Никакого порядка в больнице нет, — ворчал Шелби, собирая мелкашку и ссыпая ее себе в пасть, — Надо бы наладить тут нормальный рабочий аппарат, и куда смотрит местное здравоохранение.
— И как ты его наладишь? — усмехнулась я, — Ты видишь, тут никого нет, ни охраны, ни смотрящего, ни жнецов.
— Вот и я о том же, в ближайшем будущем пожрет всё нечисть, и люди тут будут не лечиться, а помирать пачками, - хмурился он.
— И когда мы уже дойдем до дверей морга, что-то этот переход как-то странно растянулся, - возмутилась я.
— Да это вот нечисть всякая шуткует. Мы уже практически около двери, присмотрись.
Настроила свое особое зрение и вскрикнула от неожиданности — я практически упиралась носом в железные двери. Сделала несколько шагов назад и снова посмотрела на них. Они были все опутаны тонкими золотистыми нитями.
— А ты говоришь, что здесь никто за больничным миром не присматривает, — покачала я головой, — Смотри, какая интересная защита стоит.
— Угу, — подошел ко мне Шелби и тренькнул по одной из струн. — Неприятненько.
Он посмотрел на обожженные пальцы.
— А вот это уже интересно. Типа мы вовнутрь не попадем?
— Ну мы сюда не развлекаться пришли и не за всякими биологическими материалами, а работать. Так что все мы пройдем, — сказала я и аккуратно постучала древком косы по железу двери.
Практически сразу нам открыли. Придерживал створку и внимательно нас рассматривал маленький низенький лысый дядька в белом спецкостюме, резиновом фартуке и грязных нарукавниках.
— Здрасьте, — сказала я, — Не ждали?
— Здрасьте. Ждал, — кивнул он, — Что-то давно ваших не видно было.
Он впустил меня в помещение, а Шелби преградил путь.
— Он со мной, — махнула я головой в сторону демона.
— Странно, конечно, ну ладно, пусть входит, — пожал плечами дядька, — Меня Жека Петрович зовут. Можно просто Жека или просто Петрович, или… А, — махнул он рукой, — Зовите как нравится. Чай хотите?
— Может после, — ответила я.
— А чего после-то? Я только чайник вскипятил, заварки насыпал. Эти-то никуда не уйдут.
— Так некоторые из них становятся буйные, как меня чуют, — сказала я.
— Не, они у меня здесь все смирные. У меня тут специальные мешочки висят, амулеты, знаки начерчены. Нормально всё, тихо и спокойно.
— А откуда такое роскошество? — поинтересовалась я.
— Ну тогда, значит, пойдем чай пить. В моей коморке ничего такого нет, так что идемте. Как вас по матушке и по батюшке? - он не ответил на мой вопрос, но задал свой.
— Агнета, — ответила я, — Просто Агнета.
— Что-то имя такое знакомое. А, вспомнил, Семеныч про вас рассказывал, и Зина из поликлиники, медсестра, и тетка моя, Настя.
Мы переглянулись с Шелби.
— В смысле, та самая Настя или какая другая? — с осторожностью спросила я.
— Та самая, — хмыкнул Жека, — Это она мне вот тут защиту от мертвяков поставила, чтобы они меня не трогали.
Он провел нас в свой кабинет, в коморку, как он говорил.
— У меня чай с мятой и малиновым листом, — сказал он, разливая заварку по стаканам, — Сахар, мед, варенье?
— Просто горячий чай, — ответила я.
— А он будет пить чай? — Жека кивнул в сторону Шелби.
— Я что, не человек что ли? — обижено нахмурился тот.
— Ясно. У меня тут редко живые люди бывают. Обычно я пью пакетированный чай, а вот когда кто в гости заглядывает, так я обязательно завариваю. Вернее, у меня примета есть такая, если мне хочется заварки, значит, ко мне придут гости.
— Да мы вроде не гости, мы работаем, — пожала я плечами.
— Интересная, конечно, у вас работа, — он на меня оценивающе посмотрел.
— А у вас? — спросила я со смехом.
— Ну так я уже к ней привык.
— Так и я почти привыкла, — усмехнулась я.
Шелби отпил немного из стакана и кивнул мне.
— Во благо, — сказала я в чашку и чуть-чуть пригубила, — Вкусно.
— Может, печенье? — предложил Жека.
— Нет, благодарю. Как там Настя поживает? — спросила я.
— Да нормально поживает, — пожал он плечами, — Всё так же — лечит, калечит, порчи снимает и делает.
— Ничем не брезгует, — усмехнулась я.
— А чего ей от денег-то отказываться. Люди идут — она делает.
— Хорошую она тебе защиту тут организовала, — покрутила я головой в разные стороны, рассматривая золотистые нити.
— Да, — кивнул он, — Раньше всякие травки, мешочки вешала, даже ведьмовскую бутылку ставила, вот только со временем всё равно всё ломалось. А полгода назад пришла с одним товарищем и организовала вот это, — кивнул Жека на нити.
— А вы их тоже видите? — спросила я, — И с каким товарищем она приходила?
— Ну типа вашего, но только он такой, как стеклянный, инеем покрытый, от него еще холодом веет и мурашки бегут. Вот они мне это и организовали.
— Ясно.
Мы снова переглянулись с Шелби.
— Только она после этого в морг ко мне перестала ходить и просить всякое после покойников, - сказал Жека.
— А что она просила после покойников? — поинтересовалась я.
— Ой, а то вы не знаете: воду там, волосы, ногти, мыло. А после того, как поставила защиту, так, как бабка отшептала.
— Удивительно. А разве нельзя все это на дом принести?
— Тетка Настя сказала, что теперь это все бесполезное. Ну а мне-то что, баба с возу кобыле легче. Я все равно с нее денег за это не брал. Я бы и не давал бы ей ничего, так с ней ссориться — это себе смертный приговор подписывать. Я же прекрасно знал, куда она все это употребляла, — вздохнул Жека.
— Н-да, — покачала я головой.
— А вы живая или все это иллюзия?
— Ну так-то вроде пока живая, ну хочешь, можешь считать меня иллюзией, — я улыбнулась. — Ладно, Жека, чай у тебя замечательный, любопытство мое утолил, характер защиты мы узнали, так что пора приступать к работе. Ты пока в своей коморке посиди, а мы приберемся.
— Мне бы хотелось посмотреть.
— А чего там смотреть? Ты косу мою видел? Не дай боже неудачно махну, и прощай жизнь. И кто тут работать будет? Хотя, может, ты и будешь, но на месте жнеца. Я, кстати, недавно видела из вашей братии одного такого, курит даже после смерти, — хмыкнула я.
— Так мы запах пытаемся перебить. Но я не курю, не нравится. Ладно, идите, я туточки посижу, чаи погоняю, может, и перекушу чем, - кивнул он.
Мы с Шелби вышли из кабинета и немного прошли по коридору.
— Ну хоть какая-то польза была от ледяного ангела, когда он теткой Настей управлял, — хмыкнула я. — Кстати, ты заметил, что в коридоре нет ни одного покойника?
— Они все там, — ткнул Шелби пальцем в дверь холодного зала. — И их очень много, и с ними всех их страхи, подселенцы и прочие черти. Они тут, как в консервах, — поморщился он. — Так что будь готова, что кто-то из них очухается и начнет нас атаковать.
— Я всегда готова, — ответила я, приложив руку к монисто на груди.
Резко вокруг меня образовался небольшой кокон.
— А в прошлый раз было все по-другому, — удивилась я.
— Главное, чтобы он тебя защищал, — ответил Шелби и преобразился в свой демонический образ. — Только долго их не рассматривай, все делай быстро.
Двери распахнулись, и перед нами предстала плотная толпа покойников, а над ними густым облаком висели разные сущности.
— Звиздец, — прошептала я и махнула косой.
Верхняя масса ожила и зашевелилась, обнажив когтистые лапы, шипованные хвосты, кожистые крылья, клыки, зубы и прочие органы нападения. Все это загалдело, заорало, зашипело, заверещало на тысячи голосов. Я пригнулась и накинула капюшон от пуховика на голову.
— Погнали наши городских! — рявкнул Шелби и взмыл под самый потолок, распахнув лапы в разные стороны, словно хотел обнять друга, с которым давно не виделся.
Я же просто махала косой, пока покойники еще были в коматозе и не реагировали на происходящее. Косила и мысленно благодарила ледяного ангела за такую шикарную защиту, которая не давала активно действовать неупокоенным душам. Однако все когда-нибудь заканчивается, и энергия демона разбудила души. Пришлось быстро двигать руками, чтобы никто не попытался меня сцапать, как в прошлый раз. Но все же один покойник извернулся и принялся удирать от меня, швыряясь инструментами и простынями, противно голося и пытаясь разбудить оставшихся товарищей.
Сверху на меня спикировала какая-то гадость и толкнула меня в спину, так что я полетела вперед и уткнулась в свежего покойника на столе.
— Простите, — извинилась я, поправляя простыню.
— Ничего страшного, — улыбнулся он гнилыми зубами. — Вы только про меня не забудьте, а то мне тут не нравится, холодно и пахнет плохо.
— Да-да, обязательно прихвачу и вас, — кивнула я. — Надо же, какие культурные и вежливые покойники пошли.
— Вы пока тут другими занимаетесь, я с вами пообщаюсь, чтобы вам не скучно было, — присел он на каталке. — Я вообще-то помирать не собирался, но вот поел у соседки соленых грибочков и скопытился.
— Да я как бы занята, — ответила я навязчивому покойнику.
— Но слушать-то вам меня никто не мешает, — снова одарил он меня улыбкой и принялся рассказывать про свою жизнь, болтая босыми ногами.
— Н-да, — вздохнула я и махнула косой по нему.
— Ну что же вы так, — он посмотрел на меня с укоризной. — Я же еще не договорил.
— На том свете найдете свободные уши, — ответила я.
Шелби поймал бесноватого покойника, оторвал от него мелкую бесню, сожрал ее, а мне передал товарища уже без подселений. Тот уже не орал дурниной и не швырялся предметами, а висел безвольной тряпочкой. Через десять минут я обернулась — в зале никого не было, кроме нас с Шелби.
— Кажись, всё, — вздохнула я.
— Вы в холодильники загляните еще, — послышался голос Жеки из коридора. — Они любят там прятаться.
Шелби хлопнул громко в ладоши, и все холодильники резко открылись.
— Ну и чего вы там, голубчики, спрятались? — прохрипел он.
Он рывком стал выбрасывать неупокоенные души в середину зала.
— Но-но, попрошу вас, обращайтесь с нами аккуратней. Мы же вам не какие-то ханурики там, а вполне интеллигентные люди.
— Этот тоже что ли грибов у соседки употребил? — хмыкнула я, размахивая косой.
— Как вы догадались? — поинтересовался тип примерно такого же вида, как тот, что лежал на столе.
— Поняла по вашему внешнему виду, — ответила я и махнула косой.
Мы быстро со всеми рассчитались и выдохнули.
— Жека, больше никого нет? — крикнула я в коридор.
Мне навстречу выплыл шарообразный Жека в одежде мясника и с медицинской пилой в руках.
— Мило, — сказала я. — Но спасибо за чай.
— Шелби, я так понимаю, это мертвец? — спросила я. — Или маньяк?
Жека осклабился и посмотрел на меня мутными глазами.
— Слушай, ты ведь мужик-то был неплохой при жизни, зачем же вот это всё? — Я выставила перед собой косу. — Ведь можно продолжать работать в родном морге и приносить людям пользу.
— Я не хочу уходить, — булькнул он.
— Но ведь придется все равно когда-то это сделать. Да и жнецы не уходят, они работают, как обычные люди, ну вот у них просто такая странная работа.
Он остановился напротив меня и задумался.
— А ты чего с курильщиком не ушел-то? — спросила я.
— Уговорил забрать меня попозже, а он повелся, — снова булькнул Жека. — Коллеги ведь.
— Ну так что, пойдешь работать жнецом? — спросила я.
— Да можно попробовать, — Жека убрал в сторону пилу. — А что нужно для этого сделать?
— В первую очередь дать твердое согласие, а во-вторую — отправиться на тот свет, — вздохнула я.
— Хорошо, я согласен быть жнецом, но только при нашей больнице, ну и присматривать за порядком здесь, — кивнул он. — А то тут столько нечисти развелось.
— Ну тогда отправляю вас в кадровый отдел, — сказала я и махнула косой.
Мы с Шелби осмотрелись и выдохнули.
— Кажись, всё, — сказала я. — Эти гады мне капюшон оторвали, - пожаловалась я.
— Так-то вроде всё здесь, — согласился со мной Шелби. — Но у нас еще с тобой больница осталась.
— И надо бы найти этого Жеку. По всей видимости, он где-то здесь умер, и как его никто из персонала не нашел? — сказала я.
— Может, он себя в холодильник затолкал? — предположил он.
— Ищи.
В итоге мы нашли бедного Жеку в шкафу. Он лежал там уже, по всей видимости, пару дней.
— Пошла я звать Альберта Семеновича. Эх, жалко товарища, и чай он вкусный делал. Эх, как любил свою работу, что даже после смерти уходить с нее не хотел, - вздохнула я.
По внутреннему телефону вызвала Альберта Семеновича и сообщила ему прискорбную новость.
— Такого не может быть. Я ведь утром сегодня к нему заглядывал. Чай вместе с ним пили.
— И я с ним пила чай, но оказывается вот такой сюрприз.
— Эх, вот горе-то какое, — вздохнул доктор. — Сейчас я к вам спущусь.
— Хорошо, — кивнула я.
— Всё же, я думаю, что нам пора валить, — сказал Шелби.
— И даже не попрощаемся? — спросила я.
— Успеешь ты еще с нашим Альбертом попрощаться, — неоднозначно хмыкнул он.
— Ну как скажешь, — пожала я плечами. — Мне самой все это не нравится.
Я стащила с себя дранный халат и повесила его на спинку стула. С Шелби мы вышли через другой вход прямо сразу на улицу.
Автор Потапова Евгения